В поисках натуры для портрета
Грешного Иуды, Леонардо
Приходил на улочки Боргетто,
Где бродил меж нечистот и смрада.
Здесь ютились нищие и воры,
Прозябая в пьянстве и разврате.
Теснота и грязь смущала взоры,
Был дыханью воздух неприятен.
Мастер пристально смотрел на лица,
Всё не мог найти того, что надо.
«Не годится… снова не годится…»
Вслух шептал великий Леонардо.
Третий год. Уже почти готова
«Вечеря», но нет лица Иуды.
Торопил его заказчик снова,
Слышал за спиною пересуды:
- Что он ищет? Лиц «достойных» много,
Каждый пятый для портрета годен
И продать готов за деньги Бога.
Алчность обретается в народе…
Тот художник просто привереда,
И советов не желает слушать…
Мастер же искал того, кто предал
Сам себя, сгубив тем самым душу.
Наконец в канаве водосточной
Увидал он спящего пьянчужку.
Грязен, жалок, выглядит порочно
И готов предать… за пива кружку.
Он отмыл и причесал бродягу,
Плащ ему накинул на обноски.
Начал торопливо на бумагу
Черновые наносить наброски.
- А ведь вы меня уже писали,
Вдруг сказал ему бродяга грустно.
- Года три с тех пор прошло едва ли…
Я тогда… служил ещё искусству.
В хоре пел… и был любим за это,
Но… судьба вмешалась вероломно
И сменила линию сюжета:
Вот теперь – пропойца я бездомный.
А ведь верно: образ Иисуса
Он с него писал! Узнал не сразу...
Так людей на дно ведут искусы,
Убивая волю в них и разум.
Излучал когда-то свет он чистый,
А теперь… судьба его жестока.
Добродетель погибает быстро,
В соприкосновении с пороком.
4.08.13.
|
