Моей души тяжёлый груз Посвящается роду Хохловых Прийти могилам поклониться, Проехав через весь Союз, Чтоб снова в детство окунуться, Моей души тяжёлый груз… С годами всё весомей, Всё гнёт, всё давит он… Вернуться в край родимый, Где дед и прадед был рождён. И их никогда мои не знали дети, И я видел в детстве лишь отца, Такая наша странная судьба, И никогда не видел деда, Он похоронен был в саду, Что посажен был его руками, Привыкшими к тяжёлому труду, Что только нежности не знали. И пчёл любил он разводить, Дарить им радость жизни, И сыновей учил дома рубить, Везде творить добро прилежно… Немало было тех домов В округе, что они срубили, Что стоило немало им трудов Лишь бы весело там жили… Но только им самим не зажилось, Их кругом теперь могилы, И нет теперь уж тех домов, А сёла людные ведь были. Здесь людям весело жилось, Они трудились, пили и гуляли. И так же весело по праздникам чудили. Сам свидетелем я был, Когда в гостях та были, Как праздновали праздники тогда. Не помню, что за праздник был, А только помню, что-то городили, И мы всей ватагой до утра чудили. Я помню, как веселилась молодёжь, И как шумело всё село, и правда улей, Его ведь только растревожь, И только утро нас шкодников угомонило. Двоюродные сёстры, братья, Мы стали все тогда роднее, Всю жизнь прожить бы так, Но судьбе всегда виднее. Тогда уехал я с сестрой домой, С могилою отца простились, И только дома догнала беда. Сестра Наташа с жизнью распрощалась. Красавица, ей бы жить да жить, Всего семнадцать лет ей было, И было от чего тут зарыдать И долго мы с сестрою слёзы лили. А время птицею летит, Оно и устали не знает, И некому его остановить. Мы вдаль всё время рвались. Мне тридцать семь уже, А было лет пятнадцать, И вот нам свидеться пришлось, Не узнают двоюродные братья. Уже нет Виктора в живых, И смерть его трагична, Её он встретил на ногах, И так уснул навечно. - Сергей, братишка, наливай, Помянем родных немножко, Здесь обрели они покой, А нам он снится только. Как снятся брат, сестра и тёти наши, Так же дядьки и родня… Так пей, Сергей, до дна, Нам жизнь одна дана, А сегодня помянем умерших, Найдём могилку моего отца, И в саду проведаем мы деда И снова мы бредём, как когда-то По местам знакомым Как всё здесь одичало, Здесь был когда-то дом Сергей родился в нём, Виктор, Николай, Наташа, И мы гостили в нём, И нас встречала тётя Зина наша. И нет уже колодца у ручья, Остался родничок лишь малый, Я из него напьюсь воды, Приехав из бесконечной дали. И сад зарос и одичал уже, Могилку отца еле отыскали, Мы укрупняли сёла все тогда, И крестьян с земли согнали. И хорошо, что ты не дожил дед, На своей земле ты был хозяин. Крестьянину всё сделали во вред. Чиновник - враг земле, не барин. Прости нас дедушка, прости, Земля тебе пусть будет пухом, Твой будет сад ещё цвести, И не перевелась пчела над лугом. А к моему отцу пришли, Уж солнце было на закате, Я должен был сюда прийти, Но как-то всё не получалось. Здесь у отца была семья, А наша первая распалась, Уехали на Дальний мы Восток, И там мы жить остались. И сёстры есть, и братья есть, Все по отцу они родные, И только нет у нас у всех отца, Мы все свиделись впервые. Нам есть о чём грустить. Отцу бы жить да жить, Нам счёты незачем сводить, Мы все осиротели рано… Ну что проведали мы всех, Всех наших мёртвых и живых, И если бы не ты, Сергей, То вряд ли я нашёл бы их, Да и погода вроде бы не шутит: То ветер злобно тучи крутит, То мелким сыпанёт дождём И мы тебя, природа не поймём. Казнишь ты нас или ругаешь, Или вместе с нами ты грустишь, Поверий старых мы не знаем, Но всё же неприятно под дождём. И вот в тепле у Алексея, Как сильно изменился он, Атаман разбойничьей ватаги, Что был в романтику влюблён, Где детства наши золотые годы, И премного утекло воды, Туда никак ты не вернёшься… И столько нет в живых родни… Но наша память всех их оживляет, И нашими устами говорит, Не часто в жизни так бывает, Но если сильно хочешь – оживит! Ведь в сердце нет умерших, Пока хоть кто-то жив из нас, Как нет безвременно усопших. Мы доживаем лишь за вас, Работаем и праздники встречаем, Детей растим и говорим о вас, И грусть порой преодолеваем, Но часто в жизни не хватает нас… Один дед на кучу внуков, И того крепко поцарапала война. За всех живи ты, дядь Володя, Живи так лет до ста и более, И за сестёр своих, и за отца, За прадеда, и дядек наших, За всех своих родных, Сто век свой не дожили до конца. И к вам я , братья, обращаюсь: Я хочу, чтоб наши дети Уже не растерялись никогда. Счастливой пожелайте мне дороги, Сведёт ли нас ещё судьба ?! 1990 год.
| 
