Обняв, тебя я гладил по спине,
от шеи и до самого крестца.
И замер мир. Застыл, оцепенел,
прислушиваясь, бьются ли сердца
двух половинок, что разделены
прикосновениями влажной кожи,
от колотящей и с ума сводящей дрожи
готовых выпрыгнуть из тел своих тюрьмы! |
