но крайности не вечны.
далёкий зов тумана окутал вновь обманом.
безбрежностью храня,
ты снова видишь море, каким зовёт нас горе.
теперь же всё не ясно, какой же ты прекрасной
тайною храня, оставишь впредь меня
не надо мелочиться, стоЯ за хилый дом
перстами заискриться и милый звон речей,
печей, людей и лиц, что в сердце плетёт ком.
и гневный лепет птиц, как может быть острей.
|
