Я не знаю, на радость иль на беду,
Нынче вечером с двери засовы сняты!
К ночи женщину в доме старинном жду
С этим именем тёплым — Наташа, Ната...
Просто дело-то, собственно, и не в том,
Что в дверном проёме такие формы!
Только женщина входит в маленький дом,
И науке вразрез здесь почти просторно...
Холостяцкий быт — да за двери змеёй,
А торшер качается вроде кадила.
В доме вкусно пахнет почти что семьёй...
Не хочу, чтобы женщина уходила.
А она, как-будто бы и невзначай,
Поправляет каштановую корону.
Рафинад из сахарницы сыплет в чай,
Где толкают воду кружочки лимона.
Дом, в надежде на то, что грядёт уют,
Прячет мой беспорядок в густые тени...
И не сердце, а будто куранты бьют,
Наполняются жизнью и кровью вены.
Я как будто судьбой за стихи прощён,
И судьба одарила случайной пайкой.
Эта женщина скоро придёт ещё
И, возможно, останется здесь хозяйкой.
|
