Шумят беспечные сатиры,
Хлебая водку и вино,
Святое всё презрев давно,
Воспев не храмы, а сортиры.
Повсюду вонь и экскременты,
На стенах кляксами сердца.
Нет ни начала, ни конца,
Есть лишь случайные фрагменты.
Растерзанная плоть багрянит
Струёй потерянных надежд
Среди возвышенных невежд.
Никто теперь уже не встанет. |
