ёжика. Он быстро пробежал в высокую траву, и я испугалась за ним пойти. Малыш был такой славный!
Глаза ребёнка засияли восторгом.
Вдруг девочка опять вцепилась в Джинна и потащила его на кухню. Здесь на подоконнике сидел огромный чёрный кот, почему-то названный Лунтиком. Кот выгнул спину и зашипел. Видимо, пахло не человеком, а непонятным существом.
- Ты чего, маленький... - испугалась девочка, бросилась к нему и стала успокаивать, поглаживая животное по спине. От ласки кот перестал шипеть и выглядел более дружелюбно, чем минуту назад.
- Познакомься, Лунтик, это мой папочка! Только не пугайся, он не совсем папа. Он - джинн!
Сам папа по обыкновению молчал. Говорить он не любил и не умел. Давно уже привык к тому, что его вызывали и приказывали, а он только исполнял чужие желания, а после блаженно спал или сидел на облаке и дрыгал ногами как ребенок. Они с чёрным красавцем молча изучали друг друга до тех пор, пока коту это не надоело. Он потянулся, взмахнул хвостом, спрыгнул на пол и с достоинством удалился прочь.
Тут в подъезде послышались шаги, потом они стихли. Слышно было только, как в двери повернулся ключ. Джинн замер. Через мгновение на его месте уже маячило сизое облако, которое молниеносно скрылось в титанной топке…
Эвелина рванула за ним в ванную комнату, но отца и след простыл. Девочка села на корточки и тихонько заплакала. Бабушке с дедушкой она решила ничего не говорить, чтобы они не расстроились от того, что было в ее жизни неизбежным.
5. Живая гора
Увидев плачущего ребенка, бабушка подбежала к внучке, обняла и заглянула в заплаканные глаза. В них увидела только большое детское горе. Бабушка тяжело вздохнула. Она всё поняла. Слишком хорошо знала повадки неуловимого отца Эвелины. Пожилая женщина была немало огорчена. Ей так и не удалось ни разу лицезреть этого хваленого красавца.
Джинн опрометью вылетел из трубы и растворился в воздухе. Спустя минуту, он уже сидел на чердаке, ставшем ему домом. Он почему-то был жутко напуган. Но внутри него вдруг поселилось неведомое ему чувство безмерной тяжести, словно на его больную спину взгромоздилась живая гора. Странное ощущение удручало Джинна. Привычный пейзаж уже не радовал, как и подружка-летучая мышь, висевшая над его головой. Небо нахмурились. Серая пелена заслонила собой доступ к свету. Джинн уселся в углу, закрыл глаза и задремал.
В полусне он увидел странную птицу с лицом ребёнка. Она села рядом и запела какую-то грустную песню. Мелодия разливалась по телу и наполняла его теплом. Вдруг песня оборвалась. Снизу раздался детский плач. Джинн высунулся с чердака и посмотрел вниз. Около дома рыдала девочка. Два чумазых пацаненка вырвали из ее слабеньких рук красивую куклу и теперь один из них пинал игрушку грязными кроссовками. Другой, раскинув руки и зло усмехаясь, стоял и отшвыривал девочку в сторону, не давая ей возможности поднять дорогую для неё вещь. Джинн вдруг вспомнил, что когда-то и Эвелине подарил похожую куклу. Он мгновенно слетел вниз, обратившись вороном, и больно клюнул одного из хулиганов в голову.
Мальчишка взвыл, что-то выкрикнул и пустился наутёк от взбесившейся птицы. Товарищ бросился за ним. Широко раскрыв заплаканные глаза, девочка смотрела на происходящее и ничего не понимала. Птица, невесть откуда свалившаяся на головы её мучителей, поднялась на крышу соседнего дома и исчезла в чердачном окне. Здесь ворон превратился в сизый дым и повис в воздухе.
Джинн был зол. Поступок сорванцов расстроил его. Всю свою долгую жизнь он совершал разные поступки, повинуясь воле своих повелителей, но никогда у него не было желания обидеть кого-то. Он прекрасно понимал, что самое гнусное зло в мире - обижать слабых. Что-то вдруг защемило в груди. Он вспомнил собственное бегство от дочки, совершаемое в который раз. Внутри него словно вспыхнуло пламя, обжигающее и мешающее дышать. Джинну стало стыдно. Летучая мышь, висевшая было недвижно, встрепенулась и выпучила глаза. Вместо сизого дыма в воздухе висело пунцовое облачко.
6. Как приручить дым
Мира как обычно была завалена кучей бумаг. Работа лишила ее сна, жизненный график сбился. Жизнь протекала как в полудрёме. Ей почти не звонили. Она тоже избегала звонков, видя в них большую помеху и трату времени, поскольку вечный рабочий невроз и боязнь не успеть завершить дела властвовали над ней.
И всё-таки звонок раздался, и в трубке она услышала звонкий детский голос. По ту сторону связи всхлипывающая в трубку девочка рассказывала матери об утреннем происшествии. Обиде ее не было конца. Ребёнка расстроило неожиданное появление и исчезновение отца.
- Ну-ну, успокойся. Хватит плакать. Как будто ты не знаешь своего сумасшедшего папашу... – успокаивала Эвелину мать.
Но на самом деле её переполняли иные чувства. Такое отношение джинна к собственной дочери, казалось уже привычное, вызывало гнев. Мира уже не слышала ребёнка. Она всерьёз задумалась, как помочь дочери и разбудить совесть у существа, никогда не знавшего никаких чувств. Как приручить то, что по сути являлось дымом? Это была задачка не из лёгких.
Женщина вдруг вспомнила, что, прогуливаясь как-то с подругой по близлежащей роще, обратила внимание на брошенные людьми какие-то вещи. Удивило, что среди хлама видны были вполне добротные старинные предметы быта. Хотя подобные стихийные свалки "украшали" рощу в разных местах, расположенных близко к дороге, по которой проезжали машины и ходили люди, всё равно то место произвело особое впечатление.
Вспомнив об этом, Мира резко поднялась, наспех оделась и выскочила на улицу.
Она не шла, а практически бежала в направлении леса. Здесь было светло, тенисто и спокойно. Сквозь ветви деревьев сочились на темную землю, сдобренную солнцем, тонкие нити солнца, словно небесная пряха сбросила вниз свою золотую пряжу. Со всех сторон лились звуки природы: распевали на разные голоса птицы, шумел листвой ветер, доносились отдалённые звуки проезжающего транспорта, хрустел под ногами хворост, выстукивал больное дерево дятел, плакала по брошенным детям кукушка. Но женщина не замечала ничего: она, как ракета, выпущенная точно в цель, стремительно двигалась к заветному месту.
Продолжение следует…
