Моему сыну был один год, а я уже считала себя умудренной мамой. Мои подруги детей ещё не имели, да и замужем были немногие. Вдруг мне позвонила моя однокурсница, с которой мы вместе не так давно закончили художественное училище, Марина Сабирова.
- Ириша, срочно приезжай. У нас в семье несчастье. Нужна твоя помощь и поддержка. Беда со старшей сестрой Юлькой.
- Что случилось?
- Она сына родила. Год назад вышла замуж за любимого парня. За Грушина, помнишь у меня на дне рождения был такой светленький? Ну я тебя с ним знакомила.
- Ну родила, и что?
- Сережкой назвали. Полгода ему исполнилось. Вчера всех врачей прошли. Говорят он отстает в развитии. Не сидит ещё. Педиатр вообще заявила, что он похож на ребёнка с синдромом Дауна. Глаза ей не понравились. Назначили дополнительные обследования. Так Юлька ревет второй день. Выпрыгнуть из окна грозилась вместе с ребенком. Мы дежурим около неё все. Ира, приезжай. Может, ты ей объяснишь, что рано ещё паниковать. Нужно сдавать анализы.
Тем же вечером я выбрала, из подаренных моему ребенку запасов, красивую новую игрушку, оставила сына маме и поехала в гости.
Мы с Маринкой пощебетали о прошедшей юности. Она угостила меня вкусным пловом. Потом пошли в комнату старшей сестры. Я поздоровалась с Юлей. Серёженька только что проснулся, немного хныкал спросонья. Потом увидел игрушку, заулыбался, стал тянуть ручки. Все реакции вроде в норме. Но вот глаза - точно как у Дауна. Немного раскосые, с небольшими мешками под нижними веками. Круглое широкое лицо. Ребенка усадили в подушки, так как сам он сидеть ещё не мог. Это, конечно, говорило об отставании в развитии.
Я очень боялась расстроить молодую маму, потому сказать вслух то, что думаю, не решилась. Пришлось похвалить малыша за его "солнечную" внешность, смышленый взгляд, очаровательную улыбку. Но то, что предо мной сидит Даун, я уже не сомневалась.
Потом мы с подругой пили чай с вареньем и тортом. Марина предложила посмотреть фотографии, хранившиеся в старом альбоме. Вспомнили детство. И вдруг среди детских фотографий я увидела знакомое лицо, очень похожее на Серёжу.
- Кто это? - спросила я, - этот ребенок несколько старше, да еще с бантиком.
- Так это же Юлька маленькая.
- Юлька? А почему у неё такой миндалевидный разрез глаз? Почему такие скулы широкие? Что у неё с лицом?
- Так мы же татары, Ира. Сабировы мы. Ты что забыла? А теперь Юлька у нас за Грушина замуж вышла и стала Юлия Грушина. А сын у них - Грушин Сергей. Русская семья получилась, - сказала, смеясь Маринка.
- Так Серёжа на свою маму похож, - почти закричала я. - Татарин он, потому и внешность у него такая. Никакой он не Даун. Нормальный татарин. А педиатр подумала, что он русский. Ведь зовут его Сергей Грушин.
Вот такая была история. Как хорошо, что нам попалась на глаза эта фотография, а то у Юлии и молоко могло пропасть на нервной почве.
Конечно, потом врач извинялась, что высказала такое предположение. Самостоятельно садиться Серёжа начал на месяц позже, а в школе учился лучше всех. Теперь уже взрослый дяденька.
Прямая речь великолепна!