ЛЮБУШКА

идет и чайник с кипятком: у Ленки вся спина обварена, у Светки ноги до колен; и скалка, и лампа настольная и все, что под руку попадется. Многого-то уже не попадается. Мебель, почитай, вся продана, кастрюли-тарелки пропиты. Швабра, что Любушка сперла в аптеке, и та пропита!                   
    
       А Любушка ежедневно без пятнадцати шесть утра выползает на раздобытки. Кому ж еще родных людей-то кормить? Светка что заработает, тут же и пропьет хоть сама, хоть с матерью на пару. Любушке они никогда не наливают, сколько не канючь, лишь пинка выпросишь, ежели чего не покруче. Милиция давным-давно отступилась от салищевского бардака. Коль скоро нет факта преступления, то есть, никого не зарезали, то и огород городить при наших-то взаимоисключающих законах не хрена. Себе в убыток - людям на смех!

        А Любушка ежедневно мотается по свалкам и рынкам. Где хлебушком раздавленным разживется, где помидорками мятыми, а где и колбаской осклизлой. Иные сердобольные торговки пару-тройку картофелин ей в сумку бросят, морковку, яблочек червивых. Иногда еще Любушка и по кладбищам городским бродит. Там на Пасху и в другие престольные праздники много чем разжиться можно. Дождется Любушка, пока народ схлынет, и собирает с могилок кутью, конфеты, пирожки, куличики всякие, просфорки. Бывает, и стопка-вторая водочки достанется, коли бомжи не опередят. А намедни какой-то шикарный из себя весь мужик, не иначе - мафия бандитская, дай ему Бог здоровья, подозвал из машины и сунул ей в окошко стодолларовую бумажку. Любушка бумажку-то эту спрятала, а куда, уже и не помнит...

       От автора. Сумбурная какая-то история получилась у меня нынче. Такая же сумбурная, как и вся Любушкина жизнь. Много лет уже знаю я эту старушку, мог бы, казалось, и "покрасивше" написать. Ну да ладно, как получилось, так уж и получилось. Не обессудьте, уважаемые господа читатели. Я вот к чему: коли встретите в трамвае, магазине или на рынке Любушку, не обижайте ее, пожалуйста. Да, она неприятна глазу, от нее дурно пахнет, но ведь ей немного осталось на этой земле. Бог ей судья.