Слёзы невольно выступили на моих глазах, и я отвернулся, а чтобы сгладить неловкость, спросил:
- А где сейчас ваш сын Касим?
- Умер, - просто ответил Фирдоуси. В его голосе прозвучало страдание.
Он тихо добавил, больше для себя, чем для меня:
- Был мой черёд покинуть этот свет, но милый сын ушёл во цвете лет…
Какая бестактность с моей стороны! Я жестоко корил себя, но содеянного не исправишь...
В чахлом винограднике завозилась птаха, и я вспомнил о времени - нужно было возвращаться. Сказал об этом поэту.
Обнимая меня на прощание, Фирдоуси сердечно поблагодарил:
- Спасибо за книгу, она очень помогла мне. Когда приходилось трудно и отчаяние подступало к сердцу, то я брал её, вспоминал вас, и новые силы рождались во мне. Я знал, что мои труды не пропадут даром, отзовутся в благодарных сердцах потомков...
Уходил от него как в тумане. Мне было горько, что я так и не сумел ничего изменить: караван с дарами султана Махмуда Газневида войдёт в одни ворота города, а через другие на грубо сколоченных носилках вынесут бездыханное тело поэта, умершего в беспросветной нищете и практически полной безвестности…
Александр ЗИБОРОВ.
