все».[/justify]
Наказанием стал возврат к ежедневному «регламенту» - так назвал список «обязаловки» наставник.
Фитнес, бассейн, «правильное питание» 4 раза в день, поездки по красивым местам летнего Питера. Мы вдобавок успевали гулять по паркам, кино, выставкам, кафе, крышам…
Я уматывалась, но энергии на каждый день было хоть отбавляй.
Уже в конце августа я почти вернулась в форму, сбросив около 30 кг.
С весом 65 и тренировками, при выполнении которых половина спортзала таращилась на меня, как на умалишенную, я ощущала себя лучше, чем когда-то в Москве. Второй раз я не просто уходила от прошлой жизни, я параллельно настраивала себя, готовясь к новой. Трех месяцев лета собрать себя по осколкам хватило с лихвой.
Тимур дал мне работу. Первые пару недель сентября он плотно учил меня вести семинары.
- Ты же управляла салонами? Теперь учи других, рассказывай, как надо и как не надо. В последнем ты особенно спец.
Я шутливо толкнула его вбок локтем.
Он показывал и давал навыки держаться на публике, говорить, помнить о времени, защищаться от глупых вопросов на случай присутствия скептически настроенных. Когда я была готова, и настал первый день моих начинаний, он объявил мое имя перед группой из 12 человек, представил меня, не помню, как, но красиво и убедительно, и затем покинул актовый зал, пожелав всем удачи.
Первые полчаса мне было нереально трудно. Потом я поймала такой кураж! Говорила все что важно, а нужные мысли приходили в голову, будто помогая мне, и опережая друг друга. Не ожидала от себя такого! После 6 часов программы меня еще два часа засыпали вопросами.
Семинар был исключительно женский. Тема о наболевших проблемах, интересующая всех женщин от 18 до 45, обладающих дееспособностью и желающими стать лучше. Конечно, все они были связаны с мужчинами. Я ощущала себя, в сравнении с их неудачами, просто мученицей, прошедшей все на свете муки ада. И конечно, ситуации были пережиты мной давно, и гораздо более понятны, чем каждой из присутствующих. Объективно. Я бы осталась еще, так прочувствовала их боль и хотела им искренне помочь, но тут появился Тимур.
- Спасибо за то, что пришли сегодня. Наталье пора, – сказал Мастер.
И пока они еще не полностью осознали предстоящую борьбу с неудачами один на один, мы сбежали. Пока ужинали в ресторане, я рассказывала о своих невероятных и неожиданных подвигах.
- У меня так хорошо получалось, это шло от меня из самых глубин многострадальной и опытной души.
- Все хорошо, я тебя поздравляю, Наташа. Но хочу предупредить об одной вещи – никогда не принимай чужие беды на себя. Как бы там ни было. Ты оставишь человека без самостоятельности, легко отобрав ее полностью или частично. Твоя задача напомнить о ней, а не уничтожить остатки. Понимаешь? И еще. Зачем тебе темные волосы? Перестань их красить.
- Тебе не нравится?
- Тебе все к лицу, но природа дает каждому цвета, запахи и формы не для того, чтобы их скрывали, а чтобы использовали. Уверен, тебе светлые волосы идут больше, чем маскирующая их краска.
- Спасибо, мне такого никто ни разу не сказал. Какие планы теперь? Я неплохо справляюсь с новой ролью. Могу снять квартиру, и не напрягать тебя.
- Брось. Ты нисколько не мешаешь. Теперь ты полностью независимая, еще немного научу тебя «ловить рыбу» и, чувствую, перестану быть нужным тебе.
- Не дождешься, дорогой.
- Анна!... – так зовут официантку – …пожалуйста, еще шампанского.
- За тебя, твои новые победы, начало карьеры… Надеюсь, ты найдешь свое призвание в этом. Помогать другим всегда благое дело. Тем более, за это платят деньги.
Разлив остатки первой бутылки по бокалам, отражающих красоту интерьера и огней города за окном, Тимур со звоном ударил о край моего.
- А все-таки, дорогой мой, расскажи-ка, что во мне не так? – я осмелела после четвертого или пятого тоста, – три месяца мы бок о бок, неужели я совсем не твоего типа?
- Ты все не успокоишься, – ответил мне с улыбкой Тимур.
- Интересно же. Только не говори, что ты – гей, а то я выпрыгну в окно с девятого этажа, и мой суицид будет на твоей совести.
- Совести у меня нет. Ее придумали злые люди, чтобы мучить добрых. Только чувство справедливости.
Он сделал некоторую паузу и продолжил:
- Дело не в том, что ты думаешь о своей самооценке с моей стороны. Ты красивая. Не такая красивая, как искусственная кукла, не имеющая изъянов. А наоборот, каждая родинка, грубость или нелепость в поведении придает тебе особенный шарм. Челка, съехавшая на глаза, все изгибы, голос… Я просто не могу сделать тебе больно. Я живу свободно, а ты привыкнешь ко мне очень скоро, потом я не смогу без обязательств перед тобой, и это убъет меня. Ты не сможешь видеть то, как на меня смотрят другие женщины, начнешь подозревать меня в неверности. Мне это надоест, я действительно стану таким назло, и все придет к всеобщему финалу. Он один у всех тех, кто не понимает, на чем строятся отношения. Разница только в том, кто в паре провокатор, мужчина или женщина. У тебя характер доминирующий, у меня тоже. Если два доминанта дерутся за власть, ничего хорошего не выйдет. Победитель остается только один. Если оба в паре – уступающие, тоже ничего хорошего. Они будут ждать первых шагов друг от друга бесконечно долго, пока это не надоест кому-то из них. Поэтому один должен уступать. Или оба, но по очереди. И брать на себя ответственность тоже. Вторая причина – ты мне бесконечно дорога. Отношения и дружба все время смешиваются. Их надо учиться разделять. Жизнь – одно дело, отношения – другое. Если, например, сжечь половину квартиры или разбить машину, отношений это коснется у 99% пар. Или если, скажем, ты отказалась исполнить экзотическую позу из Кама Сутры, то на работу поедешь на метро. Это манипуляции. Так нельзя. У меня не так. Это сложно, но все хотят счастливой жизни, дружбы и неподдельных отношений, при этом ведут себя как другие, и не учатся на чужих ошибках. Легче быть циником и беспощадным человеком, чем объяснить, как предотвратить любой разлад. В общем, эмоции от логики хранить отдельно. Это требует самоконтроля. Понимаешь хотя бы часть моих мыслей?
- Понимаю, просто никогда до этого не доходила, даже в мыслях. Я все время сравнивала себя с другими, пыталась слепить свою жизнь из отрывков чужой. В итоге ничего не вышло. Жизнь не кино, роли приходится менять, если вовремя понимаешь сценарий, который никто ради тебя не перепишет.
- Поехали домой, подруга дней моих суровых?
- Поедем, мой рыцарь. Снова заснем каждый в своей кровати. А кто-то говорил про время, о том, что нужно ловить счастливые минуты, пока они сами падают сверху…
- Моя школа!
Такси домчало нас на другую сторону города, пока не развели мосты.
- За такси заплачу я сама. Я и так целый месяц на всем готовом.
- Нет, я протестую.
- Эмоции отдельно от логики!
- Схватываешь на лету. Ладно, не буду подавлять твою независимость.
XIV
Эту ночь я провела в его постели. Так хорошо мне не было ни с одним из моих немногочисленных мужчин. Если бы их было больше, вряд ли кто из них превзошел Тимура хоть наполовину. В эту ночь я ощущала не только физическое удовольствие, но и душевное. Он понимал меня без слов и жестов, будто читал каждую следующую мысль.
Жадные поцелуи, такие долгожданные, и тем самым еще более нужные, как воздух, перехватывали дыхание. Одежда с треском рваных пуговиц летела во все стороны. В темноте, «забив» на выключатель, он хватал меня, как изголодавшийся. Его кровать, с пока еще холодным покрывалом, коснулась моей голой спины, заставив выдохнуть со стоном. Шея и верх груди подались навстречу его жадным губам. От поцелуев за ухом и от легких покусываний затылка бежали мурашки. Низ живота наполнился невыносимой сладостной волной желания. Целуя меня, Тимур стянул с меня остатки одежды. Я уже была готова, а он все продолжал разжигать меня. Сладостно кусал мои локти, потом места над пятками, голени и заднюю область коленей, перевернув меня на живот, будто зная, как мне это нравится. Еле сдерживая страсть, он лег на меня и медленно, словно боясь сделать больно, вошел внутрь. В следующую минуту он справился с серьгами, поочереди снимая их ртом, так, что я уже не отличала, какая часть тела получает ласки. Все смешалось в опьяняющий коктейль из ощущений, запахов, желаний его тела и невесомости. Пальцами я вцепилась в подушку, сдерживая крики сладкого и медленного движения внутри меня. Затем, он перевернул меня, и лег сверху. Я изо всей силы вцепилась в его густые волосы, вдыхая их запах, и билась от каждого удара его низа тела о свое, с постепенным ускорением. Тем временем, чувствуя губы и язык на разбухших от возбуждения грудях. Далее он растянул мои руки над головой, целуя подбородок, и касаясь его тихонько зубами, словно дразня. И задвигался еще быстрее, а я стонала и вскрикивала, выгибая спину, потому что не могла больше испытывать такое безумное количество ласк всем телом. Едва не задохнувшись, я шептала:
- Еще, пожалуйста, еще…, еще немного…
И вот, я задрожала… От силы оргазма казалось, что я взлечу. Гравитация в такие моменты исчезала настолько, что приходилось открывать глаза, чтобы убедиться - я не в космосе.
XV
Утро началось с одиночества. Я одна, в большой квартире на большой кровати. Страшными для меня были мысли о том, что это, подобно наркотическому, опьянение может закончиться. И не когда-нибудь там, а действительно в любой момент, и даже сегодня. Свобода, как фобия… Я понимала, что влюбляюсь. Настолько сильных чувств я не испытывала ни разу.
После душа, ежедневного ритуала у зеркала, и кофе я писала план семинара. А не
