- Счас бы джн-тника хлбнуть всей мрдой и вбще бы мжно жть.
По всему было видно, что молодая девушка была с жуткого похмела. Ну, что ж, это бывает, но почему и как она здесь оказалась одна в столь ранний час? Видимо, какие-то личные проблемы. Впрочем, это совсем не мое дело.
- Не вопрос, - ответил я, - я сейчас.
Почему я так сказал, я не знаю. До сих пор для меня это загадка. Раньше бы я ее просто проигнорировал или куда-нибудь послал. Но не сегодня. Я сходил в К&B, расположенное неподалеку от остановки и через пять минут вернулся с двумя банками коктейля на остановку. Девушка, как ни странно, никуда не пропала, а терпеливо ждала меня на месте и жадно затянулась напитком из алюминевой банки.
- Кйф, - сказала она осушив посудину и беря у меня вторую банку.
Допив вторую банку, она бросила ее рядом с урной и сказала:
-Кк тбя звут? Дй сгарету.
Я немного затупил, осмысливая входные данные и, видя недоуменный взгляд девушки, ответил:
- Василий. А тебя как зовут?
- Нстя.
Она зевнула и затянувшись, сказала:
- Нтрахалась кк ска. Счас бы пспать. Ты где-то рядом жвешь?
Отрицать было как-то глупо и я ответил:
- Ну да.
-Вся, я псплю у тбя?
Я немного подумал и взглянув в голубые, незамутненные интеллектом, глаза девушки, ответил:
- Почему бы и нет?
Я отвел Настю к себе в квартиру, показал рукой ей на свободную кушетку и побежал на работу, на всякий случай заперев входную дверь на двойной замок.
Рабочий день тянулся почему-то очень долго. Нужно было сдавать отчетность за прошлый месяц и план работ на следующий, но у меня работа валилась из рук. На совещании я не мог вникнуть никаким образом в то, что мне делегировало руководство, я просто постоянно думал о том, что у меня дома находится молодая, красивая девушка и эта мысль не давала мне покоя.
Кое-как отработав, вечером я вернулся домой. Когда я открывал дверь квартиры, у меня было такое чувство, что все то, что произошло утром - был просто сон и когда я зайду домой, то никого не увижу.
Но это был не сон. Девушка была на месте, только она не спала, а освобождала от съесных припасов мой холодильник под просмотр какого-то молодежного сериала. Увидев меня, она сказала:
- А, Вся, првет!
- Привет, Настя! - ответил я.
- Вся, я тт у тбя нмного хлодильник блегчила. Не бдешь мня ргать?
- Нет, конечно - ответил я, - кушай на здоровье.
- Блн, Всян, ты пркольный скф! Жнись на мне!
Я несколько растерялся. Такие предложения я получал не каждый день. Вернее сказать - никогда.
-Жениться на тебе, Настя? - спросил я, - ты это серьезно?
- Я пркалываюсь, Всян! - ответила Настя, смеясь, - не прься.
"- Прикалывается. А жаль," - подумал я. Настя, несмотря ни на что, мне, почему-то, очень понравилась. Может быть потому, что не только молодых, но и пожилых женщин, у меня не было уже давно.
-Вся, мне пра, - сказала Настя, - пка! Я у тбя нчего не украла, прверь, если не вришь.
Она непринужденно чмокнула меня в щеку и направилась к входной двери. Остановившись, на секунду, возле двери, она оглянулась и сказала:
- На зркале, в внной, я нписала тлефон, звони.
Настя улыбнулась на прощанье и хлопнув дверью, исчезла из моей жизни. К работе, после встречи с Настей, я окончательно охладел. Вечером, стОя перед зеркалом в ванной, я долго смотрел на свое аморфное отражение, а потом на номер телефона, записанной Настей красной помадой на стекле. Во мне шла внутренняя борьба, с одной стороны я очень хотел позвонить своей новоявленной знакомой, а с другой стороны - я понимал что все это глупость и ни к чему хорошему она меня не может привести.
Я продержался три дня, а потом позвонила маманька и сказала что завтра приезжает. Причем, как она сказала, будет небольшой, приятный сюрприз, она приедет не одна, а с женихом. Встречай. Подробности при встрече.
- "Какой еще на фиг, жених? - растерянно подумал я, - маманька скоро восьмой десяток разменяет! Какая она еще, на хрен, невеста?"
Что-то такой расклад мне совершенно не нравился. Я, конечно, все понимаю, любви все возрасты попкорны, но свое место в новых маманькиных отношениях, я себе не мог представить. До меня неожиданно дошло, что если сейчас не позвоню Насте, то буду об этом жалеть до конца своей пустой и никчемной жизни. И я позвонил.
- Ало, - ответила Настя.
- Настя, здравствуй, это Вася! - я откровенно обрадовался, что она не обманула с телефоном и даже ответила. Честно говоря, я вообще больше не рассчитывал услышать ее голос.
-Ккой еще на хр, Вся? - недовольно спросила Настя, - Днил, хвтит пркалываться!
- Ну, Василий, - растерянно ответил я, - помнишь, Настя, ты у меня три дня назад ночевала?
- А, Вся! Кнечно пмню, что же ты срзу не скзал? Хрошо, что пзвонил. Слшай, зйми срчно пру штук, лчше пть. Очнь нжно. Зймешь?
- Ну да, конечно, - ответил я.
- Клсс! - Всян, зпиши адрес, я тбя жду! Бльше не мгу гворить, пка!
Я вызвал такси и через час уже был по указанному Настей адресу. Это был район Гольяново, звонка возле двери квартиры я не нашел, поэтому просто постучал. Обшарпанная, выдавшая виды дверь, открылась сама и я зашел в квартиру. В прихожей никого не было, я прошел в комнату и у видел, что на продавленном диване Настя обжималась с каким-то парнем.
- Привет! - сказал я.
(Потом уже я подумал, может быть не нужно было ничего говорить, а надо было просто уйти? Тогда бы ничего не было? Как знать...)
Парочка распалась.
- А, Всян! - обрадовалась Настя, - ббки прнес?
- Принес, - ответил я, протягивая ей купюры, при этом заметив, что Настин приятель смотрит на меня с нескрываемой неприязнью. Настя вскочила с кресла, застегнула джинсы и пересчитала деньги.
- Пть штук! Клсс! Смён, сгняй в мгаз! Кпи вдяры!
- Ага, щас, разбежался, - ответил молодой человек, кося на меня агрессивным взглядом.
- Лдно, я сма схжу. Тм еще долг нжно зкрыть. Мльчики, вдите сбя хрошо, не ргайтесь.
Настя ушла, а мы с новым не представленным мне Настиным другом, остались. Семен, а я понял, что это был он, закурил и с нескрываемой ненавистью глядя на меня, спросил:
- Давно ее знаешь?
- Нет, недавно, - ответил я.
- Зачем приехал?
- Настя позвала, - ответил я, пожав плечами.
- Настя позвала? - прошипел Семен, - ах ты падла, да я тебя сейчас на ремни порежу! У нас с ней любовь, а ты все, гад, испортил!
Семен с трудом поднялся с дивана и пошатываясь, осмотрелся вокруг. На столике, рядом с диваном стояла пустая бутылка из-под водки, которая, неожиданно, привлекла внимание Семена. Он взял бутылку со стола и разбив ее о край столика, стал надвигаться на меня, что-то вполголоса бормоча и брызгая слюной. Мне, честно говоря, стало не по себе. Очень сильно.
- Тихо! Тихо, Сеня! - стал я успокаивать придурка с разбитой бутылкой в руке, пятясь задом к выходу из комнаты. Я все еще надеялся что он шутит и просто хочет меня испугать, но паренек, видимо и не думал шутить. Когда я натолкнулся спиной на косяк двери, он шатаясь, подошел ко мне и всадил "розочку" в правый бок.
- "Левша! "- успел подумать я, прежде, чем потерял сознание.
А персонал здесь, действительно, тактичный. Они даже не говорят, что ты скоро умрешь или тем более, сдохнешь. Они говорят так:
- "Когда вы примиритесь с действительностью!"
Как вам такое? А если я никогда с ней не примирюсь? Как тогда быть? Надо бы проверить, если конечно я успею, узнать, что у них в методичках записано на этот случай. Все бы ничего, и жить, как говорится, можно, но из-за механического поражения печени и его последствий, плюс жировой гепатоз, меня постоянно изводит понос. Он лишает меня последних жизненных сил.
Вчера приходила маманька со своим женихом. "Молодому" было явно под или за семьдесят, лысина, брюхо, подтяжки, крашенная борода, но держится бодро, рассказывал про какие-то большие планы на будущее. Планы на будущее? Кому? Мне? Мне, у которого трубки торчат из всех мест? Мое будущее - тихо сдохнуть под храп и стоны соседей по палате. Вот оно - мое будущее. Но ладно, я не стал портить их медовый месяц, я же маманьку люблю и как любимый сынулька заверил их что у них все будет хорошо. Даже без меня.
[justify]"Молодожены" ушли, а я задумался. Интересно, сколько мне осталось? В моем состоянии, когда тело медленно умирает, а мозг, видимо предчувствуя скорую смерть, буквально "фонтанирует" идеями, такое положение особенно обидно. Я отчетливо понимал, что мог бы сделать многое, если бы пошел по другому пути, не стал бы слушать маму, а стал бы жить своим