«- а почему у писателей квасиков квакушка превращается в принцессу, а не наоборот, принцесса – в квакушку – спросил у мамы квакушка
- людишки просто не понимают, что истинные принцессы наоборот превращаются из людишек в квакушек – объяснила мама.»
Людишки, переставшие быть людьми, точнее, забывшие, что они люди, а не «хрюди»:
«- а почему люди визжат, а не разговаривают? – спросил у мамы хрюшка
- потому что они не люди, а хрюди – ответила мама»
«Цинично!» - может воскликнуть читатель. И это, конечно, его право. Но цинизм есть гремучий сплав крайней обиды и человеческой озлобленности, тогда как персонажи Юрия Тубольцева, скорее, саркастичны и порою даже ироничны, самоироничны. Они смотрят на человека не зло, не обиженно, но с разочарованием, не утратившим при этом некой детской наивности и сердечной теплоты, неиссякаемой доброты и какой-то затаённой глубинной веры вопреки всему тому бессмысленному и беспощадному, что неизменно встречается на их пути. Большинство из них – это Маленькие Принцы, выпавшие из сказки на нашу непонятную зверочеловеческую планету с её абсурдными законами и обычаями. И они не хотят жить по нашим псевдочеловеческим правилам, ибо знают, что где-то есть другое, настоящее, без подмен и злобы.
| [center]«Однажды маленький принц случайно зашел в магазин принцесс. - Ты еще маленький! - сказали ему принцессы. - А когда я вырасту, я тоже буду стоять в магазине принцев? - Нет, выбирать будешь ты. Но принцесс с каждым годом становится все меньше и меньше, говорят, их скоро не будет совсем. Так что быстрее расти, маленький принц. - Я постараюсь, - сказал маленький принц и пошел расти...» И эти маленькие принцы, обрядившись в абсурдные одежды эдаких соляристических отражений, подходят к читателю, к каждому конкретно и, заглядывая ему в глаза, словно пытаются спросить: тем ли живёшь, человек? Каким ты был раньше и каким ты стал теперь? Примешь ли ты меня вот таким, наивным, абсурдным, нелепым, беззащитным перед тобой, или постараешься избавиться от меня, словно от прокажённого? Но ведь я – это и есть ты, часть твоей живой и незамутнённой земными делами огромной и удивительной сущности, такой непосредственной и волшебной! Ау, человек, где ты есть, на какой планете, в каких кругах земного колеса? «- а я не боюсь людей – заявило маме привидение - людьми пугают только маленьких привидений, а ты уже взрослое – ответила мама» Юрий Тубольцев – создатель новых дзеновских коанов и притч. Обычная человеческая логика не властна над его персонажами. Вещи разговаривают с людьми и друг с другом, спорят, обижаются друг на друга, познают друг друга. Нет мёртвой материи, а живая, напротив, часто сама того не осознавая, находится в изоляции от настоящего живого, в неком, пусть и изменчивом, но всё же абсолютно мёртвом вакууме собственной глупости, носящей, как обычно, самое умное выражение лица. «Завакуумное – то, что находится между завиртуальем, зареальем и глупостью. Просто вакуумность (без «за») не существует…» Может быть, именно поэтому, наряду со столь странными персонажами в мире Юрия Тубольцева живут и настоящие мастера и ученики дзэна. Должно же хоть что-то в этом Заабсурдье иметь своих проводников: « - почему нет окончательного варианта игры на бамбуковой флейте Сякухати? – спросил Дзы - потому что перетекание нот никогда не повторяется – ответил мастер Дзынь» В таком Зазеркалье – Завакуумье не существует ничего определённого и конкретного. Всё течёт и всё меняется, переставляется с ног на голову и наоборот. Материя и дух подвижны, а постоянство означает смерть. Только движение, только бесконечное перетекание из одного состояния в другое, из одного персонажа в другой – вот истинная полнота жизни. Калейдоскоп – как мера всех вещей, но калейдоскоп мыслящий, живой и познающий свои бесконечные отражения – перевёртыши – вариации. И лишь бы не главенствовало в нём безнадёжно устойчивой человеческой глупости, злобы и самодовольства, но в основе всего лежало то, что всегда существовало и существует по ту сторону человеческих слов и представлений… «Однажды в стаю белых ворон прилетела зеленая ворона. - Я не такая как все, - сказала зеленая ворона. Мне сказали, что белые вороны - тоже не такие, как все. - Да, в нашу стаю слетаются вороны со всего мира. Мы все - не такие, как все. Мы белые. - Ура! Я буду с вами. - Погоди. Ты же не такая, как мы. Ты зеленая. - А мне это не мешает. - Нет, извини, но с точки зрения нашей стаи ты – белая ворона... И белая-зеленая ворона улетела искать стаю зеленых ворон...» Январь 2009 г. |
[/center]
Эпиграф
«Слово принадлежит наполовину тому, кто говорит, и наполовину тому, кто слушает»
Мишель Монтень
Часть 1. Тубокку
Глава 1. Манекенософия
Сущность манекена
- а какая во мне сущность? – спросил у мама манекен
- мы пустые – ответила мама
Завитринье
- я живой! – сказал маме манекен
- да, жизнь – это проекция завитринья – ответила мама
Жизнь за стеклом
- а есть ли жизнь за стеклом? – спросил у мамы манекен
- нет, завитринье – это выдумка манекенов – ответила мама
Бессезонье
- а когда настанет бессезонье и нас перестанут каждые полгода переодевать? – спросил у мамы манекен
- когда магазин прикроют – ответила мама
Наружность манекена
- а я не хочу быть модным! – сказал маме манекен
- ты не такой, как твоя наружность – ответила мама
Пародия на манекены
- а кто такие люди? – спросил у мамы манекен
- люди – это пародия на нас – ответила мама
Эталон людей
- а кто мы? – спросил у мамы манекен
- манекены – это эталон людей – ответила мама
Правила вкуса
- на мне безвкусная одежда – сказал маме манекен
- увы, модельеры никогда не советуются с манекенами – ответила мама
Манекенософия
Изначально одежду шьют для манекенов, а не для людей, но одежда заслоняет сущность манекена...
Куклы
- хочу быть куклой! – сказала она и... у нее пропала потребность в еде.
Она стала питаться ужастиками на завтрак, детективами на обед и триллерами на ужин. Телевизор наполнял ее энергией и заменял пищу.
- ты пустая! – сказал ей муж, но.. сам тоже стал куклой. Ему тоже неохота было готовить себе еду.
А за ними наблюдал кукловод, он снимал фильмы и его не интересовало, как заполнить кукл изнутри.
Душа куклы
- у меня не выходит взглянуть в себя – сказал манекен
- внутри тебя пустота – ответила кукла
Полнота пустоты
- во мне слишком много пустоты – сказал манекен
- жизнь куклы всегда ведет к переполнению полноты пустоты – ответила кукла
За внутренним пределом
- а что внутри пустоты? – спросил манекен
- за внутренним пределом пустоты – ты – ответила кукла
Завитринные
- на нас равняется завитринье – сказал один манекен
- нет, люди такие же куклы, как и мы – возразил другой манекен
Постоянство кукол
- я когда-нибудь выйду за пределы витрины – сказал один манекен
- ты все-равно останешься манекеном – возразил другой манекен
Пластмассовый мир
- наш мир ограничен пластмассой – сказала
| Оценка произведения: | |
| Разное: |
