прохладный воздух и обернулся, остановившись, глядя на идущих всех за ним сзади. За спиной его любимой Валентины Пономаревой и всей связки.
Его беспокоил сейчас этот англичанин в пятидесятилетнем возрасте Сэм Велингтон. Андрей подумал, что не надо было его брать с собой в горы. Он еле плетется сзади, и видно как в отличие от других заметно отстает от усталости и преодоление крутого снежного склона Северной стены пика Чапаева.
Теперь он был якорем всей группы. И если что, коснись спасения группы, им придется пожертвовать, невзирая на саму сугубо человеческую ответственность, любые чести и приличия.
Путь дальше, как и обещалось, был круче и труднее. Но Более молодые, лет не старше сорока, американцы, с невероятным терпением и упорством, за собой на прицепленном веревочном буксире тащили пятидесятилетнего англичанина. Они упорно, не жалея себя, лезли, след в след, следом за Валентиной и Андреем.
Скребя острыми на альпинистских ботинках прицепленными кошками по острым черным камням и скалам, осыпая мелкие снежные козырьки, преодолели отметку 4600, лагерь №1, где пришлось вновь перевести дыхание. И затем, почти поднялись к отметке 5500 метров.
Наконец все поднялись в лагерь №1.
Не большая площадка для шестерых. Но это не остановило иностранцев. Они хотели идти дальше.
- Мы не хотьим оставаться тут – произнес их старший группы на ломаном русском Джонни - Идьем дальше. Шьяс немьного отдохньем, и вперьед - он за всех своих ответил Андрею Мотылеву.
Андрей посмотрел на его друга и напарника по горам туриста Клайва и подругу Мэгги, которых его другу и теперь уже больше бизнесмену, чем спортсмену Всеволоду Воропаеву проспонсировал сюда этот соратник по спортивному бизнесу американец Дональд Чапмен. Самого Дональда Чапмена, там внизу в базовом лагере не было. Говорят, он присутствовал в другой группе и уже в Каракоруме у К-2. Эта вершина этому зарубежному альпинисту, просто всю душу изгрызла и покоя не давала. Он запал на нее, как на красивую, но не сговорчивую опасную женщину. И он снова был там, но в качестве руководителя тоже альпинистской группы.
- Ну, что же, похвальное рвение. Не ожидал даже - Андрей тогда, ответил ему – Тем лучше. Если так.
Он смотрел сейчас в глаза этому пятидесятилетнему англичанину Сэму Велингтону. Ибо тот был якорем всей группы. Но и он, на удивление всем, невзирая на растущую с каждым шагом высоту и разреженность воздуха, несколько приободрился. И это придавало уверенности всем. И Андрею Мотылеву с Валентиной Пономаревой тоже.
- Давайте - ответила им вслед за Андреем Мотылевым Валентина Пономарева - Там, в лагере номер три «Чапаев Северный» и заночуем. Думаю, таким темпом, мы к вечеру подымемся туда.
Группа из шести человек снова двинулась в путь. Не спеша, и под весом своих нелегких рюкзаков, все же к самому вечеру и заходу солнца, все поднялись в лагерь № 3 «Чапаев Северный» на высоту самой Северной вершины пика 6150 метров.
***
17 апреля 2010 года.
Горный центральный Тянь-Шань.
Со стороны ледника Северный Иныльчек.
Пик Чапаев.
Высота 6150 метров.
Лагерь № 3. «Чапаев Северный».
Время 19:20 вечера.
Задул снова низкий весьма прохладный ветер. Было 19:20 на ручных часах Андрея Мотылева и Валентины Пономаревой.
Откуда-то с Северо-Запада в сторону Западной более наклонной и пологой обледенелой и заснеженной стены Хан-Тенгри.
Андрей посмотрел в бинокль в сторону острого, как нож извилистого ребра, разделяющего Западную и Южную Мраморные стены величественного и красивого пирамидального пика. За его спиной и в стороне была главная вершина Чапаева. Она была выше Северной. По высоте 6371 метров. А внизу с той стороны под крутыми скалистыми склонами, испещренными глубокими узкими кулуарами и разломами двух вершин, ледник Южный Иныльчек.
Валентина взяла на себя обязанности экскурсовода по горам. Давай всем тут рассказывать, где какие расположены вершины. Справа и слева. За самим Хан-Тенгри.
- Там за этой громадной махиной расположен пик Саладина, высота 6280 метров.
- Простьите - произнес старший группы иностранцев Джонни Гудмен, как все же смог запомнить единственную иностранную фамилию Андрей Мотылев – Мы в мьетрах не поньимаем. Можно если чьто в фьютах - он пояснил Валентине.
- А я в ваших футах, не понимаю - она ему ответила - Давайте, тогда без высот и измерений.
- Пожалуйста - произнес Джонни Гудмен и его соратники Американцы закивали одобрительно головами, когда, он им стал переводить с русского на английский. А пятидесятилетний англичанин Сэм Велингтон подошел к Андрею Мотылеву, и произнес на довольно сносном русском языке – Я раньше был здесь. Здесь чрезвычайно опасно.
- В горах везде опасно - произнес ему Андрей – На то, они и горы.
- Нет. Тут особенно – Сэм Велингтон ответил ему – Духи гор. Я видел их. Поверьте. И вы, простите, как и я, умеете с ними общаться.
Это приятно удивило Андрея Мотылева, который о чем, кое-что, как видно знал. Возможно, с чьих-то очень болтливых уст.
Андрей, опиревшись на свой воткнутый в глубокий белый снег ледоруб, удивленно посмотрел в карие, смотрящие на него глаза зрелого в годах англичанина.
- Мы сейчас с вами находимся на Центральном хребте высокогорного плато Тенгри-Таг. Посмотрите справа - раздался сзади и за спиной Андрея голос Валентины, что продолжала свой экскурс по горам Тянь-Шаня - Там ледники Южный Иныльчек и Звездочка. Там, вот – Валентина Пономарева показала правой своей женской рукой и произнесла туристам иностранцам – Хребет Кокшаал-Тау и Пик Победы.
- О, Ес! – произнес восторженно, после перевода друг Джонни Гудмена, этот Клайв – Виктори! Ес!
Он удовлетворенно и восхищенно, произнес громко, а за ним подхватила свое такое же восторженное Ес! американка Мэгги.
А Валентина просто увлеклась своей работой. Она заменила Андрея в этой работе просто на отлично.
- Далее туда, пик Нансена. Ледник Каинды. Если смотреть туда - она произнесла, показывая право рукой в другую сторону - Шатер, Палатка, пик Рихарда Зорге, пик Погребецкого. Ледник и пик Дружбы. Перевал Высокий. Вершина Военных топографов. Там вот, перевал Дикий. Меридиональный хребет. А с той стороны – Валентина произнесла, и показала правой в теплой зимней перчатке рукой на Север – Горный хребет Сары-Джас. Пик Семенова. И ледник Мушкетова.
Андрей перебил ее – Уже темнеет и быстро. Надо разбить успеть палатки здесь пока еще без фонариков. Потом придется возиться в полной темноте.
Американцы все поняли и принялись за работу. Благо, их учить этому не нужно было. Они все очень быстро сработали. Да так, что не придерешься. Три палатки стояли идеально и намертво вкопанными и закрепленными на все вбитые ледовые и скальные крючья и специальные металлические крепления. Одна синяя и две желтые. У Андрея в рюкзаке еще была одна большая на всех шестерых. Это на случай непредвиденных крайних ситуаций.
Андрей так и не успел расспросить Сэма Велингтона подробно и обо всем. Было похожим то, то этот в солидном уже возрасте англичанин, кое-что знал из того, что знал и Андрей.
***
Они лежали в одной палатке. Рядом друг к другу. Ночь обещала быть ветреной.
Андрей обнимал и прижимал крепко к своему телу Валентину. Закутавшись в спальные мешки по самую грудь, оба обнялись и смотрели друг на друга. Глаза в глаза. Не отрываясь.
- Интересно - произнесла ему Валентина – Как там наши восходители почивают?
- Не слышно никого – произнес он ей - Спят, наверное, как убитые. Высота свое берет. Плюс сама усталость. Им нужно спать. Особенно тому старенькому уже для гор англичанину Сэму Велингтону. Тут еще можно спать без кислорода и масок. Вот, на Эвересте или на Чогори, такое не прокатит, где свыше восьми тысяч. На любом восьмитысячнике. Хотя, мы все прихватили по баллону с маской. Эта вершина опасная своими необъявленными сюрпризами. Пригодятся, думаю.
- Любимый - она снова обратилась к нему.
- Да. любимая - он ей ответил.
- А, ты был тут раньше? - спросила Андрея Валентина.
- Нет, любимая - Андрей ответил ей – Первый раз. Вот, поэтому и прихватил кислород.
- А сколько раз эту вершину покоряли? – спросила Валентина у Андрея.
- Несколько раз – он ей ответил – Первым была команда Погребецкого. Они по праву самые первые взошли на этот семитысячник. Не без жертв конечно.
- Погиб, там, кто-то? - Валентина спросила его.
- Нет – он ей ответил – Сильно обморозились при спуске уже. Такое не ново. Часто бывает и особенно на спуске, если погода подкачает сильно.
- Название у нее интересное. Хан -Тенгри – Валентина произнесла Андрею, и отвернулась от него, повернувшись женской своей в теплом шерстяном свитере спиной. А он прижал ее к себе и своей мужской сильной груди еще сильнее. Прижался к ее русым вьющимся мягкими волосам и затылку своим лицом.
- Тюркское наименование –произнес ей Андрей - Древнее. Это имя самого Бога Неба. Она так и переводиться и еще есть у нее имя.
- Какое? – она поинтересовалась, зевая и думая сейчас, о чем- то своем, чисто женском.
- Кан-Тоо - он произнес ей - Кровавая гора.
- Жуткое какое-то название - Валентина Пономарева произнесла ему –Не очень приятное. Даже зловещее.
- Так и есть - Андрей ей в ответ произнес – Она оправдывает свое такое название по всем правилам и пунктам, любимая. Она по своим жертвам не уступает самому Эвересту в Гималаях. Ну, разве, что только К-2, Кату Чогори, дикая гора превосходит ее по числу трагедий. Под Северной стеной в лавинах и обвалах уже погибло порядком больше десятка человек. Но все эти жертвы преимущественно из-за собственной беспечности и нарушений самого времени восхождения.
- Вот как – та произнесла ему и снова, повернулась к Андрею своим миленьким женским личиком.
- Но, нам это не грозит, любимая – он ее решил успокоить – Мы уже почти на вершине и выше всех этих обвалов. Тут теперь главное, пройти межгорную узкую перемычку
