делами справлялся на автопилоте.
Черепашьим темпом проползла пятница.
Еще один день прожить…
Хорошо, что мы не на Венере – там день длиннее года.
Утро субботы Марк собирался посвятить обстоятельствам происшествия, которое в средствах информации громко нарекли «Фейсбук-убийство». Одна девочка в социальной сети обидела другую, та тоже через сеть подговорила своего знакомого ее прикончить.
Происшествие, в принципе, обыденное, могло быть названо «Гибель тинейджера» или «Поножовщина на почве ревности» - но это сухо, нечего-не-говоряще. Журналисты предпочитают «шапки», хватающие внимание, запоминающиеся. Классика жанра: «Черный Георгин», «Унабомбер» - старые дела, а только произнесешь название, и каждый знает, о чем речь. «Зеленая вдова» опять же. «Фейсбук-убийство» встанет в их ряд, о нем уже трубят газеты и теленовости, скорей всего потому, что красиво звучит.
Не зря они там сидят, кофе переводят - писаки-крючкотворы, придумщики заголовков…
Кстати, компаньон Бернс именно из газет узнал об убийстве, проявил расторопность, заполучил в производство. Оно идет по системе «про део», то есть бесплатно для клиента - пятнадцатилетнего Джесси, который по словам протокола «за сто долларов согласился убить Ми Хуа». Он был бы невыгоден, если бы дело не раскрутили как сенсацию. Контора получит дивиденды в форме упоминаний в информационных средствах. Марк еще не вник в суть, а дивиденды уже начали капать – Бернс два раза мелькнул в новостях.
Пусть. Он любит на себя, красивого, смотреть…
Сейчас для многих мечта - появиться на экране. Прославиться. Хоть чем-нибудь, хоть голыми сиськами и жирными задницами - ради лайков в инстаграме.
Тщеславие и суета. Сто лет назад один доктор по болезням ума сказал: первым признаком глупости является отсутствие стыда. Значит, уже тогда болезнь зарождалась… А сейчас приняла форму эпидемии.
Которая не затронула Тиффани. Она упорно не желает светиться. На сайте «Анаконды» полно фотографий - танцоры, акробаты, которых он видел в «Кабаре», короткая информация о них. Но ни одного фото или упоминания об «Орхидее».
Почему она так настойчиво заботится о сохранении прайвеси? Сама или кто-то заставляет? Почему до сих пор не позвонила?
Чутье подсказывало Марку, что Тиффани находилась в положении жертвы. Но почему она ему не рассказала, не доверилась? Он бы встал на защиту - поднял полицию, организовал круглосуточную охрану. Завел бы дело и обязательно выиграл, ведь она не просто клиентка.
Скрытная, скромная, страстная душа…
Только бы найти ее.
Марк больше не прогонял мысли о Тиффани, и странно – они растворились сами собой. Откинулся на кресле, заложил руки за голову. Чувствовал себя почти нормально – выспался, пробежался, как-то внутренне успокоился. Вроде, уже точно знал, что сегодня вечером нечто хорошее произойдет, хотя на это никаких намеков. Наверное, от Зака позитивом заразился.
Взглянул на радионавигационные часы с белым циферблатом и четкими, черными цифрами. Стрелки стояли вверху одна на одной.
Только полдень...
Как убить оставшиеся двенадцать часов?
Позвонили в дверь. Пришла уборщица - молчаливая по причине незнания языка китаянка... как ее... Ван Чжун и еще что-то, Марк не запомнил. Неважно - он все равно по имени к ней не обращался, только «мисс». И то не знал, правильно ли, вдруг она замужем? Она не возражала, значит – в порядке.
Ван приходила раз в неделю, по субботам, когда хозяин находился дома. Точного возраста ее не знал, на вид дал бы тридцать с допуском в обе стороны лет десять. Была она традиционно хрупкого телосложения, некрасивая даже по китайским меркам, зато всегда улыбалась – и на нее приятно было смотреть. Убиралась она прилежно, но поверхностно, только там, где видно. Марк претензий не предъявлял: дом большой, за положенные пять часов Ван не успела бы вылизать до блеска каждый его уголок.
Чаще всего на эти пять часов он уезжал в спортклуб, на пляж или по другим делам, когда возвращался, расплачивался - с прибавкой за работу в уик-энд. Сегодня уезжать неохота. Подспудное беспокойство удерживало: договорились с Заком встретиться в полночь, но вдруг он план поменяет? Позвонит, а Марк - за тридцать километров на песке валяется…
Чтобы не мешаться под ногами у Ван, решил помочь с уборкой, так время незаметнее пройдет, и голове отвлечение. Выбрал что попроще – протирку пыли.
Не начав, отказался.
Протирать пыль – самое бессмысленное занятие на земле. Эффект на один день, а то и короче: уже к вечеру пыль сядет на то же место, с которого ее согнали. Это напасть похлеще мышей или тараканов. Войну с ней человеку со всеми его инновациями и высокими технологиями не выиграть никогда. Пыль существовала и будет существовать. Это необходимая часть природы, с нее, собственно, все и началось – с космической пыли.
Конечно, иногда с ней надо бороться, но пусть это делает Ван Чжун - у нее талант…
«Развел философию, - укорил его внутренний голос. – На самом деле тебе попросту не хочется ходить по дому с тряпкой».
«Да, не хочется, - согласился Марк. – Заниматься бессмысленным делом не позволяет интеллект».
Глядя, как Ван начищает раковину, почувствовал себя бездельником. Завел самодвижущийся пылесос в виде тарелки на колесах, запустил в гостиную, сам опять остался без дела.
Взгляд упал на диван - его красота и гордость. Заметил два пятна размером с вишню, оставшиеся после того, как грохнул вазу на террасе и с грязными ногами завалился спать.
Ощутил нечто вроде угрызений совести – перед кем? перед диваном? сумасшедший! – и отправился за пятновыводителем. Нашел флакон с пульверизатором и розовым названием на этикетке, захватил губку, чистую тряпку. Обратно шел и чуть не наступил на ползающую по полу тарелку - в последний момент задержал занесенную ногу. Повезло пылесосу.
Пятна оттерлись отлично. Марк с самодовольством осмотрел обивку и оставил подсыхать, а для себя стал искать другое занятие.
Нашел: протереть в спальне жалюзи – работа, до которой у Ван не доходили руки. Марк протирал их самолично, раз в полгода, качественно и неторопливо - каждую полоску отдельно, плоскими щипцами с меховой поверхностью.
Потом поливал цветы в саду, очищал барбекью от жира, прочесывал граблями траву, вылавливал из бассейна мусор.
Что еще?
Отдыхал на лежаке в тенечке, читал на ай-пэде последние новости про «Фейсбук-убийство». Потом набросал план защиты Джесси, упор сделал на несовершеннолетие. Когда познакомится с ним поближе, найдет другие аргументы, которые уже сейчас легко предугадать: сложная финансовая ситуация в семье, безотцовщина и тому подобное - вещи, которые в суде считаются смягчающими обстоятельствами, а в жизни нет.
В восемь вечера Марк поужинал мексиканским вегетаринским тако с овощами и грибами. Он не был противником убийства животных ради пропитания людей, но удобно, когда обращаешь внимание на калории. В вегетарианских блюдах вполовину меньше энергии, чем в мясных того же объема - что важно для ужина. После еды двойное удовольствие: сидишь с полным желудком и не переживаешь, что переел.
Сегодня Марк вообще ни о чем не переживал, разница со вчерашним настроением как день и ночь. Сидел на саморучно отчищенном диване, глядел в потолок – по-философски умиротворенно. Как все-таки просто жизнь устроена: когда есть чего ждать, есть смысл жить.
Потом вспомнил, что перед поездкой желательно принять душ. Разделся, прошел в ванную, встал перед зеркалом. Отклеил пластырь и долго осматривал рану на виске, осторожно дотрагиваясь, проверяя – достаточно ли поджила, чтобы оставить ее открытой. Рана зарубцевалась и превратилась в царапину, болела, но не кровоточила - оставим.
После душа надел халат и устроился перед телевизором. Прошелся по каналам, остановился на реалити-программе о женщинах, которые впервые забеременели в юном возрасте, и потом еще раз - одновременно со своими дочерьми-подростками. Забавно, как дети в точности повторяют судьбу родителей. Какие же они все глу...
Звонок на мобильный.
Время: одиннадцать – двадцать три.
Это должен быть Зак.
