всех людей превратить в орков, они могли бы попробовать стать людьми. Могли бы перестать врать по любому поводу, грабить, издеваться над слабыми, могли бы начать заботиться друг о друге, могли бы перестать поклоняться войне. Могли бы... По логике, из соображений собственной же выгоды, должны были... Но извращённая орочья природа брала своё. Они не менялись. Орки ждали появления нового вождя, чтобы возобновить войну против людей. Всем их соседям, тем, кому не посчастливилось соседствовать со столь злобным народцем, оставалось только молиться, дабы у орков не появлялся новый лидер.
