Как раз, в известных случаях с самовозгоранием человека, разумные пределы работы с огнём и были нарушены. Либо они нарочно были инспирированы из вне «мастером огня», для самосожжения реципиента. Будь осторожен во взаимоотношениях с мастерами огня. Они способны зажечь пламя, там, где его не может быть. Даже вода способна гореть под их влиянием.
Только я хотел задать ещё один вопрос, как образ Антона стал гипертрофироваться и на его место пришёл огнедышащий змей Горыныч.
ХАРЕ ОМ ТАТ САТ
Я мгновенно вынырнул из медитации и открыл глаза. За окном была ночь. Звёзды были видны даже сквозь огни рекламных неонов.
***
Уже стало традицией для меня, что утро после медитации приносило зловещие новости. Так случилось и сейчас. Не успел я выйти в коридор по нужде, как увидел свою секретаршу. Рада была в слезах. Красные глаза без макияжа говорили, о том, что плакала она уже давно.
- Что случилось?
- Радомира, брата моего, сегодня с утра нашли на кунцевском кладбище со следами ритуального заклания. Он лежал на могиле какого-то артиста с перерезанным горлом и клинком в груди, у которого рукоятка была в виде змеи. От него исходил запах жареной картошки фри. Его видимо поливали горячим маслом. На ногах не было туфлей, а между пальцами торчали гвоздики. Кто мог с ним такое проделать и как он там оказался? Мне нужно уехать к нему.
- Езжай, конечно. Я побуду один. Надо поразмышлять.
Размышлять я не стал, а сразу позвонил моему куратору Могуну. Он сразу же ответил:
- Ты уже в курсе? Не кипишуй. Мы разберёмся с этим. Ты затихарись пока. Готовь некролог. И подумай, как это преподать прессе. За всё остальное люди побеспокоятся.
- Хорошо, некролог напишу. Всё в лучших традициях предков. Только у меня вопрос. Я так понимаю, начались серьёзные тёрки? Мне, что свалить куда подальше, или здесь отсиживаться?
- Уезжай, если есть куда. Мы тебя найдём. За деньги не переживай, я пришлю.
- Понял. Не дурак. Хотя, как сказать. Был бы не дурак, в такое не вписался бы. Извини, это я так от нервов. Сегодня же сдёрну из Москвы. Вы этот, как бы по правильней сказать, «эксцесс» будите «морозить» в ответку?
- Это будет не «ответка», а песнь «Сиян-Лебедь». Вот тогда и посмотрим, чья силушка пересилит.
- Я не в курсе, что это за песнь такая лебединая. Не проясните?
- Не сейчас. Отсидись недельку другую в норке, что бы под расклад не попасть. Потом всё растолкую.
- Хорошо. Сливаюсь.
Сразу сел писать некролог. На это ушло не больше получаса. Отправил Могуну пять вариантов написанного текста, а сам стал прикидывать варианты сокрытия своей персоны от лихобратии. Поразмыслив, я решил ехать в Кострому. На мой взгляд, к Серафиме уже должны были прислать «филёров». Поскольку Кирилл свои обязанности, по отношению к ней оставил, то необходимо было выяснить, в каком она сейчас положении находится. Мне почему-то захотелось «поиграть в шпионов», поэтому я стал заметать следы ещё на выходе из здания. Несколько раз менял направление по подземным переходам. Затем плутал по веткам метро. В результате сел на электричку до Александрова, а затем пересел на другую линию, до Ярославля. Там в кассе взял билет до Нижнего Новгорода, а сам на такси поехал в Кострому. Уговорил таксиста, за дополнительную плату подвести меня к дому Серафимы. Походил вокруг дома, осмотрелся, но ничего подозрительного не выявил. Может я просто всё пропустил, поскольку знал азы конспирации только по книжкам. Двери в дом были заперты, окна давно не открывались. Двор был засыпан осенними листьями, по которым ни кто не ходил. Таксист отвёз меня до ближайшей гостиницы, под названием «Мотель», после чего, получив причитающийся ему гонорар, уехал. Гостиница мне не понравилась. Дорого и неуютно. Полистав страницы 2ГИС в рубрике «Гостиничный сервис», нашёл небольшой отель под названием «Заволжье», после чего вызвав такси, отправился туда. Удачно разместившись, позавтракал, принял ванну, полистал опять 2ГИС. Просмотрел, где находятся больницы. Нужно было посетить Серафиму. Вот тут к стыду своему, я вдруг осознал, что не знаю не её фамилию, не отчество, даже имя, наверняка сценический псевдоним. Начал названивать Кириллу. Он её посещал, значит должен знать её персональные данные. Дозвон отсутствовал. Абонент вне зоны действия сети. Поначалу я заволновался. Наверное, что ни будь, приключилось с Кирюхой. Тут меня осенило. В обители не пользуются мобильниками. А дальше мне пришла мысль, а что если Серафима, она же Миля, жила здесь по своим документам. Тогда это значительно упрощало дело. Поднапрягши свою дырявую память, я вспомнил, что Милю зовут Миляуша, а фамилия у неё Бильгельдиева. Запомнил потому, что ассоциативный ряд тогда сработал «Биль о правах» и «Гель для душа» для «Евы». Отчество, потом вспомню. Главное сейчас для дозвона, число поступления и имя, фамилия. Через час информация была у меня «на карандаше», как говорят журналисты. Ещё через час я был в клинике. Здесь меня ждал сюрприз. В палате была совсем другая Миля, к нашим делам ни как не причастная. Главврач, оказался весьма отзывчивым человеком, хотя фамилия у него была Лютый. Сверившись с журналом прибывших пациентов, которые поступили после аварии и оказались в коме он заявил:
- Была женщина, только звали её Милана Генриховна Серафимович. В настоящий момент переведена в стационар НМИЦ нейрохирургии им. Академика Н. Н. Бурденко
- А когда мы приходили при поступлении пациентки в травматологию после ДТП это, получается, была Миляуша? Только не наша, а эта, которая в палате? Так кто же из них в коме был? Нам тогда сказали, что поступившая женщина в «кому впала».
- Дело в том, что они поступили в один день. Только одна после бытовой травмы, в результате побоев. Другая же пациентка после аварии. В «кому впала» та, у которой, в результате бытовухи, была черепно-мозговая травма. У вашей знакомой была не кома, а амнезия со сложным диагнозом. Таких пациентов мы лечить не можем. Нет у нас такой возможности. Накануне звонили родственники. Сказали, что договорились с местом в Бурденко. Вот мы туда её сегодня утром и отправили спецтранспортом. Так, что ищите её там. Вот дам вам телефончик лечащего врача по фамилии Гроббе А.Х.
- Сто грамм мне в печень! Опять он. Вот ведь, судьба-злодейка, рок-проказник. Для счастья я, предатель и отказник.
- Вы что знакомы?
- Знакомы. Он лечил мою дочь. Теперь у меня нет ни дочери, ни денег, а на горбу одни «заморочки». Только в голове остались запятые и точки. Вот, женщину полюбил и та к нему ушла. Такие, брат дела!
- Да!? Я его знаю, как отличного специалиста своего дела. Он многим людям подарил вторую жизнь.
- По мне, так он продал этим людям дополнительное время для их существования.
- Ну, что уж вы так! Мы многие годы работали бескорыстно, спасая людские жизни. Сейчас, конечно, взимается плата за дополнительные услуги, но мы не «хапуги». Лишнего не берём. Мне в этом отношении нравится байка, когда кардиохирург привёз в сервис свой автомобиль. Ему мастер говорит: «Всё сделаю в лучшем виде. С вас столько –то. При этом спрашивает: Вам не дорого? Вы же хирург». Врач ему отвечает: «Хорошо, я заплачу сколько скажите. Только сделайте так, что бы мой автомобильчик ещё послужил лет десять после вашего ремонта». Тот ему в ответ: «А вы даёте своим клиентам гарантию на десять лет?» Доктор не растерялся и говорит: «Иногда и больше даю». Автомеханик тогда спрашивает: «Наверно поэтому у вас такие высокие гонорары за операцию?» Доктор его в ответ спрашивает: «А вы можете перебрать работающий двигатель, поменяв на нём клапана?» Механик изумляется: «Нет, это невозможно». На что Доктор его огорчил: «Вот поэтому у нас с вами такие разные зарплаты».
- История, возможно, поучительная. Только мне от неё, одно сплошное бытиё. Ладно, извините доктор. Наболело. Спасибо за помощь.
Полученная информация добавила мне уверенности, что эту партию мы тоже проиграли. Оставалось только ждать развязки этой «исторической битвы» за право обладать ресурсами «божественного эго».
***
[justify]Неделя пребывания в Костроме прошла быстро. Не то, что бы я отдыхал, осматривая чудесные прелести этого старинного русского города. Вовсе нет. Я изучал местный колдовской бомонд, пытаясь понять, насколько здешние «ведуны» задействованы в боевых действиях «Вещего Хора». Опыт журналистских расследований значительно помогал мне в этом деле. Удалось выяснить, что в городе практикуют всего пять знахарей, по совместительству исполняя должности экстрасенсов, целителей, колдунов, а так же приписывая себе массу других достоинств. В регионе, в целом, можно добавить ещё три четыре персоны. В основном это старушки травницы. О «Вещем Хоре» знал только один, довольно молодой колдун с ником ГорРун. Он учился магии в Москве у одиозного «шустрилы» Лонго. По его словам «хоруны» были частыми гостями на представлениях устраиваемых магом Лонго на публику. Предупреждение от них колдун получал регулярно, но не обращал на них ни какого внимания. Когда Лонго не стало, ГорРун перебрался в Кострому и открыл свою школу волшебников. Начал с преподавания гипноза, затем стал принимать клиентов на снятие сглаза и далее по прейскуранту. За время практики, а это более пяти лет, к нему ни разу не обращались люди из Вещего Хора. Мы общались с ним минут десять. Потом он вдруг забеспокоился. Встречу со мной резко прекратил, сославшись на то, что услышал ЗОВ. Я так и не выяснил, от кого этот «зов» исходил. Мы расстались. Я поспешил на следующую встречу. На ней, от одной местной знахарки Елены получил интересную информацию. Дело в том, что в Кострому не так часто посещают заезжие колдуны и экстрасенсы. Последним был Алан Чумак. Елена утверждала: «Это потому, что здесь сильная энергетика провинции. Кострома «Богом хранимый город», а на её защите всегда стоит Хранитель. Это человек, через силу которого, проходит канал к богу без посредников. Каждые 13 лет Хранитель меняется. Был всего один случай за последние 825 лет истории Костромы, когда Хранитель не менялся два срока. Его имени ни кто не знает. Он просто есть и люди это чувствуют. С его уходом
