женских сердец?
МИЛИЦИОНЕР: Куда там... Денно-нощно в трудах по охране пролетарской законности! Кругом ворье, хулиганство, детишки беспризорные... В домохозяйствах бардак, все разваливается, трудовому народу жрать нечего, а никто ничего делать не хочет. Не до любви сейчас солдату революции, одним словом.
МАРИНА: Напрасно. Для любви должно быть время всегда.
МИЛИЦИОНЕР : Это вам, поэтам. У меня, может, тоже любовь была! Еще в четырнадцатом годе, до войны... (вздыхает)
МАРИНА (заинтересованно): А вы расскажите... Как вас зовут?
МИЛИЦИОНЕР: Алексеем крестили... В смысле, мои тогда еще не знали, что Бога нет, потому и крестили. Чего рассказывать-то... У нас, у простых, все просто. Меня царь - в драгуны да на фронт, а ее отец - замуж, за приказчика из бакалейной лавки. Все просто!
МАРИНА: Просто, но оттого не менее печально. (пауза) А хотите, Алексей, я вам почитаю из своей драмы о несчастной любви Джакомо Казановы?
МИЛИЦИОНЕР: Ага!!.. (спохватившись) Да нет, гражданочка, пойду я лучше, вам же работать надо!
МАРИНА: Ничего страшного. Присаживайтесь, не стесняйтесь! (милиционер снимает картуз и садится). Так вот, слушайте, Алексей... И не верьте, когда вам будут говорить, что Бога нет. Бог есть, потому что без него не было бы любви.
(Следует пьеса М.Цветаевой "Приключение").
МАРИНА: Вот и все, что люди мне сказали о прекрасном и несчастном Дон Жуане... Впрочем, это уже из другого стихотворения про другого героя.
МИЛИЦИОНЕР: Марина Ивановна... Я, это... Я не знаю, как сказать! Если просто: понравилось мне, очень!! Вы - поэт, одно слово! Как будто живые люди сюда к нам входили, о страстях своих рассказывали... Несчастный он был мужик, этот Казанова. Все время небывалого хотел, должно быть. Не мог он спокойно на месте усидеть, душа у него рвалась куда-то.
МАРИНА: Быть может, в том, чтобы хотеть несбыточного и рваться за своей мечтой, и заключена высшая мудрость мира.
МИЛИЦИОНЕР (горячо): То-то и оно, Марина Ивановна! Мы за этим и революцию нашу подняли! Как жалко, что вы до сих пор не с нами!
МАРИНА: С кем, с вами? Не обманывайтесь, Алексей, я не могу быть и не буду с теми, кто разрушил мой мир и погрузил мою страну в кровавое безумие.
МИЛИЦИОНЕР: Да, но мы же построим новый мир, он будет таким... таким... Я не могу выразить, каким!
МАРИНА: Будущее всегда теряется во мгле, нельзя сказать, будет ли оно светлым, или еще более мрачным и страшным, чем сегодняшний день. Ступайте, Алексей, я сказала вам все, что должна была сказать.
МИЛИЦИОНЕР (встает, берет под козырек): Прощайте, Марина Ивановна. Мне будет о чем подумать.
МАРИНА (ему вслед): Постойте, вы забыли ваш протокол!
МИЛИЦИОНЕР (оборачиваясь): Оставьте его себе... На память. И еще. Вас больше в данном домохозяйстве никто не обидит. Это я вам обещаю, Марина Ивановна.
___________________________________________________Михаил Кожемякин.
