Он просидел всю ночь у кровати сына, держа его за руку и шепча сквозь стиснутые зубы: «Я здесь, сынок. Я с тобой». Утром, когда температура спала и ребенок уснул мирным сном, он побрел на кухню, и только треснувшая чашка выдала силу его пальцев, не выпускавших маленькую ладонь до самого рассвета.
