Это был не ресторан. Обычная забегаловка. Полутёмный зал с обшарпанными столами, с низким потолком. Барная стойка неопределённого цвета с набором разноцветных бутылок за спиной скучающего бармена. Его белоснежная рубашка и чёрный галстук-бабочка не могли поднять статус забегаловки до элитного ресторана. Бармен не проявлял никакого интереса к единственному посетителю, что сидел за дальним столиком в полном одиночестве. Какой интерес мог быть к тому, кто час назад заказал бутылку водки, салат и больше никак не напоминал о себе?
Посетитель за дальним столиком тоже не проявлял никакого интереса к окружающей обстановке. С первого взгляда можно было заметить, что его костюм не соответствует интерьеру заведения. Тёмный костюм «в ёлочку» безупречно выглядел на посетителе, несмотря на расстегнутый пиджак. Брендовые туфли словно смеялись над полумраком зала, рассеивая его своим дорогим видом. Модельная причёска посетителя могла напомнить о глянцевой обложке журнала мужской моды. Но зал был пуст. Только прокуренный воздух забегаловки и пятнистые стены оставались свидетелями непривычной для них картины благородной внешности. Эту картину немного портил яркий галстук посетителя. Не своими трёхцветными узорами, а тем, что его конец неряшливо покоился в тарелке с остатками салата в компании с пустым стаканом и полупустой бутылки водки рядом с тарелкой.
Хозяин галстука сидел неподвижно, словно спал, уперевшись локтями в стол и уткнувшись лицом в ладони. Для него не существовало ни пустоты, ни тишины, ни убогости забегаловки. Он не обратил внимания на скрип входной двери, которая открылась и впустила нового посетителя. Бармен тут же приветливо кивнул вошедшему. Это был мужчина лет сорока, среднего роста, коренастый, с чёрной кучерявой шевелюрой, с чёрными усами и энергичным блеском в глазах. Пышные усы казались дополнением к его улыбке, которая не сходила с лица мужчины и придавала ему добродушный вид. Он удивлённо окинул взглядом пустой зал и сел на высокий стул у барной стойки со словами:
- Привет, Стас! Это что такое?! Где все?! - голос его звучал приятно, хотя и громко, словно наполняя всё вокруг какой-то позитивной энергией.
- Тебе как обычно? - прозвучало вместо ответа. Бармен поставил на стойку большую кружку пива с шапкой пены.
- Так что же ты скажешь, Стас? Как ты дошёл до такой жизни, а? Где твои посетители – кормильцы и мои друганы?! - голос мужчины продолжал звучать энергично и жизнерадостно.
- Где –где, – ворчливо передразнил бармен. - Лигу чемпионов смотрят, будто не знаешь.
- Это потому, что отсталый ты человек! - весело засмеялся усатый. – Я ещё когда тебе говорил, что во всех питейных заведениях стоят «ящики», чтоб посетители могли смотреть их, не отрываясь от приятного общения с пивом и с друзьями. И что?! Вот тебе результат, - мужчина обвел рукой пустой зал, сверкая весёлыми глазами и своей добродушной улыбкой.
- Да будет тебе «ящик», - так же добродушно ответил бармен, но усатый уже забыл про свои слова.
- Слушай, а это кто там? Что-то я раньше его не видел, - кивнул он в дальний угол в сторону неподвижной фигуры за столом. Бармен пожал плечами:
- Не знаю. Не мой клиент. Второй час сидит.
- Непорядок, - ещё больше оживился усатый. - Живая душа требует внимания к себе, потому что нуждается в общении, даже если её хозяин общается с бутылкой, - торжественно произнёс он и шутливо показал вверх указательным пальцем.
- Трепло, - прервал его бармен. - Где ты тут увидел души? Напился человек и сидит, никого не трогает. Угомонись.
Но усатый не унимался:
- Стас, ты же меня знаешь! Всё будет ОК! С хорошим человеком приятно пообщаться. Это я про себя, - улыбнулся он бармену своей усатой улыбкой и с кружкой пива пошёл к дальнему столику. Бармен не удержался и пробурчал ему вслед:
- Дело твоё, Жэка, смотри сам, но я не знаю, что это за тип.
Жэка уже сидел с кружкой пива и своей добродушной улыбкой напротив неподвижного посетителя.
Незнакомец никак не отреагировал на голоса вдали, на новые звуки возле столика. Он оставался в своей неподвижной позе, уткнувшись лицом в ладони. Жэка не обратил на это внимания, чувствуя себя на правах радушного хозяина рядом с незнакомым гостем.
- Извините, уважаемый, не подскажете, который час. Я свои часы дома на камине оставил, - шутливым, но вежливым тоном произнёс он и приложился к своей кружке, не сводя глаз с незнакомца. Оказалось, что незнакомец не спал. Он мотнул головой, словно отгонял назойливых мух, откинулся на спинку стула и посмотрел в сторону неожиданного соседа по столику. Жэка увидел его лицо. В следующее мгновение он пожалел о своём игривом настроении и шутливых словах. В глазах незнакомца блестели слёзы. Слёзы, которые ещё не успели скатиться по щекам и превратиться в капли на столе. Хватило мгновения, чтобы увидеть и те, и другие, достигшие стола. Их нельзя было спутать с пролитой на стол водкой. Это были слёзы, и они выглядели следами беды, упавшими на стол из глаз человека, попавшего под колёса неотвратимости. Не успел Жэка прийти в себя от увиденного, как услышал невнятное бормотание захваченного врасплох человека:
- А?... Что?... Что Вы говорите?... Где я?... Ах, да, сейчас… Вы уже закрываетесь?
Незнакомец оглядывался по сторонам, постепенно приходя в себя и возвращаясь в действительность. Жэка встретился с ним взглядом и поспешил помочь ему, радушно улыбаясь:
- Всё нормально. Мы не закрываемся. Мы пьём пиво и отдыхаем после работы, а в одиночестве какой же отдых, когда вокруг ни души.
Незнакомец молча посмотрел на него. Жэка сидел с видом человека, встретившего старого друга. Его лицо своей широкой улыбкой и доброжелательным взглядом всегда располагало к общению. Он это знал.
- Вы кто? - тихо спросил незнакомец. Взгляд его стал осмысленным, а в глазах уже не было ни малейшего намёка на слёзы.
- Я? Я здешний обитатель, можно так сказать, - голос Жэки изменился, как и он сам. – У тебя что-то случилось? - не вытерпел и выпалил он неожиданно для самого себя. Он терпеть не мог слёз ещё с детских лет, когда привык защищать во дворе свою младшую сестрёнку.
- С чего Вы взяли? - пожал плечами незнакомец и снова огляделся по сторонам, оглядывая пустой зал.
- Мне показалось, - неуверенно ответил Жэка без прежней энергичности, без показного веселья.
Незнакомец медленным движением провёл ладонью по лицу, словно снимал или надевал маску, прежде, чем что-либо ответить:
- Да, Вам показалось, - тихим голосом произнёс он. - Всё в порядке. Жизнь вокруг продолжается. К тому же, всё будет хорошо, как целыми днями повторяют со всех сторон. Вам показалось, - повторил он и посмотрел на Жэку. В глазах его не было ни малейших признаков слёз. Взгляд был спокойным и даже трезвым, как заметил Жэка, несмотря на полупустую бутылку.
- Ты извини, - начал Жэка. - Я по-простому. У нас тут все свои. Если я помешал, то я могу уйти.
- Нет, ничего. Скорей я мог помешать, оказавшись здесь. Сам не пойму, как это получилось. Видимо, задумался, - горько усмехнулся незнакомец. По его виду нетрудно было догадаться, что он гораздо старше Жэки, но его моложавый вид сбивал с толку и позволял Жэке чувствовать себя с ним на равных.
- Да ты не спеши, - начал Жэка. - До закрытия ещё далеко, а здесь уютней, чем на улице. Ты мне вот что скажи, - оживился он. – Где я мог тебя видеть? У меня хорошая память, но не вспомню, - покивал он головой. - Ну, убей, не помню. А лицо знакомо, - хлопнул он себя по коленям и потянулся к кружке.
- Не знаю, - пожал плечами незнакомец. – Меня очень многие видели. Работа у меня такая. Ведь я работаю главным редактором. Да, - повторил он. – Главным редактором, - после паузы добавил. – До сих пор мне это нравилось. Нравилось. А теперь…. Теперь не знаю, - покачал он головой, глядя в стол, неожиданно потянулся к бутылке, плеснул в стакан и залпом выпил, не морщась.
- Главным редактором?! - ахнул Жэка и поставил кружку на стол, тараща глаза на незнакомца. - Тем более, где я мог тебя видеть?! У нас на заводе или в гаражах такие не водятся.
Жэка в раздумьи почесал затылок:
- И всё же я уверен, что твоё лицо мне знакомо, - он улыбался незнакомцу такой дружелюбной улыбкой, что невозможно было бы не ответить взаимной симпатией для налаживания отношений. Но незнакомец думал о чём-то своём, совершенно постороннем, не связанном ни с Жэкой, ни с его обаятельной улыбкой. Он поставил пустой стакан на стол, не выпуская его из руки и не сводя с него глаз, словно обращался к нему, тихо произнёс:
- Какой смысл?... Зачем я здесь?... Зачем я - главный редактор?
Он поднял голову, и Жэка вновь увидел наполнившиеся слезами глаза. Глаза смотрели мимо него. Жэка попытался всё перевести в шутку, никогда не принимая всерьёз «пьяные» разговоры мужиков.
- Как зачем? - Бодро начал он. – Я вот слесарь шестого разряда и знаю, зачем - для того, чтобы на заводе всё работало и не ломалось!
- Ну и как? Всё работает? - неожиданно спросил незнакомец и перевёл взгляд со стакана на Жэку, отчего тот вдруг смутился, но не ударил в грязь лицом:
- А как же! Премию каждый месяц получаю!
Незнакомец уважительно кивнул головой и медленно, словно через силу, ответил:
- Тебе проще. У тебя есть смысл работать, - он снова налил в стакан и залпом выпил, не закусывая. Взгляд его опять замер на стакане, как на единственном собеседнике:
- А какой смысл работать мне … . Какой? Если я работаю, а мой журнал… не работает.
Неожиданно он криво усмехнулся, вертя стакан в руке и обращаясь к нему:
- Нет, он, конечно, работает исправно, каждый день, всем коллективом редакции, а что толку? Его никто не читает!
Незнакомец поднял глаза на Жэку, словно вспомнил о его присутствии:
- Это я так, мысли вслух, не обращайте внимания, - глаза его продолжали блестеть. Им удавалось сдерживать слёзы.
Жэка почувствовал себя неуютно, словно он является виновником того, что никто не читает журнал этого главного редактора. Желание подбодрить незнакомца переполняло его по давней привычке не оставлять ближнего в беде. Оптимизм по жизни всегда был тем ветром, что наполнял паруса его желания жить.
- Как не читают?! - бодро воскликнул он, решив любой ценой растормошить незнакомца. Его унылый вид ему очень не нравился. - А что печатают в вашем журнале?
Незнакомец явно не ожидал подобного вопроса и интереса к собственной фигуре. Он долгим взглядом посмотрел на Жэку, словно рассматривая того, кто задал такой вопрос.
- Это литературный журнал, - тихо произнёс он, снова налил в стакан и залпом выпил. - Мы печатаем повести, рассказы, стихи. Да… и стихи, - он покачал головой.
- Стихи? - переспросил Жэка и допил свою кружку. – Когда-то в молодости я писал стихи. Когда в армии служил, - он на мгновение закрыл глаза. - Затосковал тогда по дому. Домой отправлял. Моим нравились. Сейчас не до стихов, будто в другой жизни. Да и жить – то некогда. Одна работа с утра до вечера, - махнул он рукой. - Забежишь сюда к друзьям, поболтаешь, и опять туда, на работу. Какие там стихи, - махнул он рукой. – А тогда, в армии, я и книжки читал. У нас хорошая библиотека была в части. Даже помню некоторые. Особенно одну, и название её помню, как сейчас. «Месяц до приказа»
