представляла тебя совсем другим. А ты… Как бы это выразиться?.. Ну, совершенно другой человек… Гораздо лучше, чем думала.
Марина, действительно, увидела этого человека совершенно с другой стороны. Это была уже не та пьяная физиономия, вылезшая из поезда, вызывающая чувство омерзения и отвращения, а совершенно иной человек. В нем ощущался такт, энергия и доброта, открытая и не наигранная. И сила, мужицкая сила. И как-то сразу Марина с ним почувствовала себя слабой. Давно забытая женственность выплеснулась вулканом из сердца, делая его мягким и беззащитным.
- Володя, а поехали на речку! – ни с того, ни с сего вырвалось у нее, - Правда комары… Но… всю кровь не выпьют. Ты на реке, поди, сто лет не был. Все море, море… Пойдем, - умоляюще попросила она, - Плавки у тебя есть? А нет, сейчас купим.
- Море… Что да, то да. А плавки есть, одеть и готово!
- Ну и я без купальника не пойду, - весело рассмеялась она, игриво встряхнув волосами, - Пошли переодеваться.
5
- Володя, ты не возражаешь, если мясо я маринованное возьму, будем шашлык есть? Честно, есть хочу, просто сил терпеть нет! Вино взять? Очень хорошее, мы его за границу продаем.
- Не надо. Не пью вина. У меня от него желудок болит. Водки?.. Ее сегодня было сверх меры, а вот пива…
- Пива купим по дороге. А я вино пить буду. Володя, пожалуйста, сходи в сарай, набери в мешок дрова и положи в багажник, а я спички возьму и газеты для растопки, посуду кое-какую соберу. Да, забываю спросить, ты куришь?
- Сейчас нет. Вот уже шесть лет. А до этого… Видно свой стог уже скурил.
6
На берегу уже догорал костер, а Марина и Владимир все никак не могли вылезти из воды, до того та была теплой.
Лучи закатного солнца искрами скользили по водной глади, из густых камышей выплывали встревоженные утки, а над водой еще порхали поздние стрекозы, перелетая с одного листа кувшинки на другой.
- Володенька, пойдем на берег, костер погаснет и шашлык не пожарим. Между прочим, мясо мариновала сама. У меня есть свой рецепт маринада. Оно тает во рту и запах…
- Это интересно. Рецепт расскажешь? Лично я мариную на пиве вместе с кефиром.
- А я делаю на томатном соке. Все, как обычно: мясо, специи, перемешать и залить томатным соком, чтоб покрыл мясо. И оставляешь все это на шесть-восемь часов. Сегодня попробуешь и поделишься впечатлениями. Скажу, не хвалясь, готовлю очень вкусно, вот только на это у меня времени не всегда хватает. Ты шашлычком займись, а я импровизированный столик организую и картошечку в угли побросаю. Держи полотенце, вытрись, а минут через десять одеваться надо будет, чтоб комары не съели, а то посидеть спокойно не дадут. В ваших краях они есть?
- Почти нет. Водоемов с пресной водой мало. С морем эти друзья не дружат.
7
Владимир бросил на тлеющие угли несколько камышин, выдернутых из воды. Поднявшейся ветерок разбросал дым по побережью. Теперь их никто не донимал, можно спокойно сидеть и беседовать.
- Ты родом из этих мест? – спросил он.
- Да. Здесь родилась, здесь школу закончила, здесь и замуж выходила. Училась, правда, в Николаеве, в финансово-экономическом техникуме. А потом снова сюда. Главным бухгалтером на винзаводе работаю. В доме есть все… Вот только счастье в нем почему-то не живет, - вдруг всхлипнула она.
- Успокойся. Счастье не куют в одиночку. Оно большим трудом достается, а когда поселится, то лад и мир вмести с ним живут в этом даме. Но беречь его надо, как зеницу ока. И тогда можно говорить: «Безоблачное счастье». Я так понимаю.
- Ты такой умный, а…
- Слава Богу, разобралась, а то: «Падаль!», «Убирайся!», - засмеялся он.
- А самому было бы не противно, не обидно за себя, когда бы я в таком же виде приехала к тебе?
- Абсолютно права. Не будем больше вспоминать. Может жизнь хотела таким образом испытать нас?!
- Пусть это будет последнее испытание. Знаешь, Вова, устала я от этих жизненных экзаменов. Куда-то иду, зачем-то спешу, чего-то ищу, а радости нет. И вроде бы все есть, но только вроде бы. А на самом деле, пустота! Как в густом лесу. Кричишь, а эха нет. Себя перестала слышать. Еще раз повторюсь, у меня есть все… И ничего, вроде бы не надо… Привыкла к этому, очерствела. Везу этот воз «счастья» потупив в землю взор и оглянуться некогда… Ты правду сказал, зачем этот гигантский дом, безграничный огород, корова, свиньи?.. Но червь накопительства так глубоко завяз, сидит там внутри, - она похлопала кулаком по груди, - и наружу не просится. Разумом понимаю, а поделать с собой ничего не могу.
- Ишь, как вещизм в тебе глубоко засел! Бороться с этим делом трудно.
- Согласна. И самое главное, для кого все это? Дочь в Турции, замужем. Муж ее ко мне не пускает, - она задумалась, - Видно нет на этой земле МОЕГО счастья, - Марина горестно всхлипнула, - Может ты мне его привез? – произнесла она это почти не слышно, - Да ну их всех! – вытерла она глаза, - Не хочу об этом больше говорить. Давай, Володенька, выпьем!
- Знаешь, Мариночка, я очень люблю путешествовать, наверное, где-то глубоко во мне живет цыган. А может это от длительного хождения по морям и океанам. Скучно на одном месте становится. Прочитаю, где что интересное есть и на неделю… А там уже целый день на ногах, от зари до темна…
- И где же ты там живешь?
- Комнату снимаю или квартиру. Сейчас с этим легко. Купил газету «Позвони», - и все прелести жизни, что душа желает. Объявлений – миллион! Одни строят, другие ремонтируют, третьи продают… В руках карта, выбираешь центр и… с песней. Но обязательно смотреть не тупо, а знать и о достопримечательностях, и об архитектуре, и о великих людях… И фотографировать… А потом альбом создать, под фотографиями красиво подписать. Считаю, что без этого нельзя, потом, к сожалению, забывается многое. Камеру хочу купить. Но, одному все делать сложно. А сейчас ты есть, поможешь?
- Помогу, - улыбнулась она и легко вздохнула, - Интересно как! А где ты был? Расскажи.
- Много где. Потом расскажу. Скажи, когда у тебя отпуск?
- Порадовать не могу. Зима или ранняя весна. Сам понимаешь, - виноград: переработка, реализация плодов и вина, подготовка сада к новому сезону… Короче от бумаг глаза из орбит вылезают.
- Это плохо. Люблю смотреть на цветущую природу, когда все благоухает, ароматы дурманят голову… Но и зимой тоже много прелестей. Горы, лыжи, звенящий воздух… Здоровье! – он сжал кулак и потряс им в воздухе. Поедем в Карпаты, на турбазу. Я знаю там одно чудесное место. Не возражаешь?
- Согласна! – захлопала Марина в ладоши, - Ты похож на теплый дождь, который вымочит тебя насквозь, а уходить из-под него не хочется. Стоишь и стоять хочется. Он смывает всю грязь, пошлость, грубость. Ты под ним чувствуешь прилив сил и молодеешь. Спасибо тебе.
- Пока еще не за что. – Владимир обнял ее и прижал к себе, - Тебя комары не тревожат? – прошептал он, - Какое-то здесь у вас кровавое место.
- Есть немного.
- А я просто начинаю изводиться.
- Чего же ты молчишь? Поехали домой. Я тебя должна беречь.
- Да, забыл поблагодарить тебя за шашлык. Очень вкусный и мягкий.
- Правда? Тебе понравился?
- Очень.
- Спасибо, - она приподнялась на носочках и поцеловала его, - Клади шампура в багажник, а я все остальное соберу. Еду оставим птичкам, утром позавтракают.
Быстро все собрав, они сели в машину и двинулись в сторону дома.
8
- Володя, расскажи немного о себе, а то эти интернетные переписки о человеке мало дают информации.
- Родился в Ростове. Папа был офицер, а мама – учительница химии. Когда мне исполнилось пятнадцать лет, отца перевели в Мариуполь, а там, в пригороде, жили родители мамы, у самого синего моря, - улыбнулся он, - В городе получили квартиру. После окончания школы поступил в Ленинградское Военно-морское училище, стал штурманом и шесть лет прослужил на Северном флоте. После окончания командирских классов, направили в штаб, в Севастополь. Когда наша жизнь завертелась, закрутилась, я был уже капитан второго ранга. Перспективы служить дальше не видел, ушел на пенсию и переехал в бабушкин дом под Мариуполем, Севастопольскую и Мариупольскую квартиры продал, а деньги поделил между сыновьями. Они у меня тоже оба моряки. Один – помощник капитана сухогруза в Одессе, а второй, военный, служит на Балтике, под Калининградом.
- А жена? – затаенно спросила Марина.
- Переехав, жена резко занялась общественной деятельностью. Я не мешал, - занят человек и хорошо. Был митинг, на котором началась заварушка. Народ побежал, она упала и ее затоптали насмерть.
- Боже, какая трагическая смерть, - она передернула плечами и перекрестилась, - Царствие ей Небесное, пусть земля будет пухом. Спаси всех и сохрани, - снова перекрестилась Марина, - И ты больше не женился?
- Нет.
- Почему?
- Тебя искал.
Марина зарделась.
- Нашел?
- Нашел.
- А я тебя…
- Понравилась, потому и приехал. Сама видела, с какой радостью вышел из вагона, - он впервые свободно и счастливо рассмеялся.
- Это точно, - тоже захохотала Марина, - Щека прошла?
- Я о ней давно забыл. Но это надо было сделать и правильно так поступила, иначе не получился бы этот замечательный вечер. Мариночка, давай остановимся и купим минеральной водички. Пить хочу, спасу нет!
- Дома есть.
- То дома, а я сейчас хочу.
Марина припарковалась у магазинчика с экзотическим названием: «Голубая лагуна». Магазин был маленький, сплошь заваленный бутылками со сладкой и минеральной водой, пивом, коробками с фруктами и овощами, так, что и к прилавку трудно подступиться. На витрине лежали сыры и колбасы. В помещении стояла невыносимая жара, было неимоверно душно. У прилавка стояли трое мужчин, брали пиво и соленую тюльку.
- Марина Петровна, вскрикнула продавщица, добро пожаловать к нам в парилку! Вы что-то хотели? Мужчины, расступитесь, я отпущу нашего дорогого гостя.
- Верочка, мы не торопимся, отпускай виноградарей, мы их беречь должны. Это слава нашего завода, правда ребята?
- Марина Петровна, может с нами пивка? – спросил пожилой мужчина.
- Нет-нет, Александр Михайлович, отдыхайте. Мы тут сами.
Вера большущими глазами дырявила Владимира, пытаясь понять с кем пришла Круглова.
Владимир взял три бутылки минеральной воды. Одну тут же открыл и стал с жадностью пить.
- Нам что-то еще, Володя, надо взять? – нарочито громко спросила она.
- Мне нет. Наелся, напился…
- Тогда я к чаю конфеточек возьму. Верочка, хорошеньких взвесь мне.
- Сколько, Марина Петровна?
- Не скупись, вешай. Халвы полкило возьму и печенья. Как ты тут работаешь? В таких скотских условиях в ящик сыграть можно. Что кондиционер не поставишь?
- Надо. Да все денег не хватает.
- Вера, мне только не ври. Все в торбу. Когда же мы перестанем прятать деньги в чулки? Пускай твой Евгений ко мне зайдет через пару недель, часиков в одиннадцать. У нас на складе есть старенькие, но они лучше новеньких, пусть сам и выберет, какой понравится. Мы недавно в канторе их меняли... Да не смотри на меня так жалостливо, ничего платить не надо. Я все документы подготовлю. Поняла?
- Поняла, Марина Петровна, спасибо большое, а директор…
- Не переживай, с ним сама разберусь. И машину сразу пусть возьмет, чтоб вывезти, и мастеров дам для установки… Только в помещении порядок наведи, а то магазин больше на помойку похож, развернуться невозможно.
- Все сделаю, как скажите, Марина Петровна.
- Да не «как скажите», а чтоб
Жалко героев, такое короткое счастье!