Друзья!
Из Сети
"К сожалению, золотая осень у нас в Сибири уже закончилась. По утрам морозец, и грустные деревья стоят голенькие с остатками пожухлых
листьев. Так что этот пост можно считать моей ностальгией по златокудрой красавице.
И она того стоит.
Бабье лето
Блаженная осень стоит на пороге моём,
прохладою веет, покоем, и воздух прозрачен,
и надо, наверное, быть абсолютно незрячим,
не видя, как солнцем подсвечен, горит окоём.
В такие минуты нисходит на сердце печаль,
вяжу словеса в бесконечную тонкую цепь я
для той, что ушла и не видит всего благолепья,
а сам проверяю, подушка её горяча ль..
Наум Сагаловский, 1935 г.р.".https://www.liveinternet.ru/
...Други!
Люблю стихи об осени!Вот ещё!
"Два дождя - голубой и серый
На тропинки спадают косо.
В погрустневших садах и скверах
Превращается лето в осень.
Постепенно меняет колер
Неизвестный маляр-художник.
Мне бы кисточку в руки, что ли...
Я бы краски мешала тоже.
Расписала бы цветом лисьим
Потускневших пригорков склоны,
И подправила охрой листья
На ветвях тополей и кленов.
Я б добавила для контраста
В лужи капли ультрамарина,
Разукрасила цветом красным
Кисти спелые на рябинах.
И пошла бы бродить, наверно,
Все дела отложив на после,
Чтоб смотреть, как в садах и скверах
Превращается лето в осень.
Надежда Капошко".
https://www.liveinternet.ru/
...Увы, в Нефтеюганске как бы внезапно и резко поздняя осень октября 2025 года перешла в зиму начала ноября! И белый снег всё идёт и идёт!
В.Н.
********
1.«ОГОНЁК В ЛЕСУ». О ПРИЯТНЫХ НЕОЖИДАННОСТЯХ.
Тридцать лет назад работала я психологом в северном финском городке. Недалеко от полярного круга. Вокруг бескрайние леса, холмы,
озера. Еще не тундра, сосны высокие и березы, но все же настоящий север. Народ живет на хуторах и в маленьких селах. От села до села
можно ехать час и никого не встретить.
Два раза в месяц я принимала клиентов в самой дальней деревне. Машины у меня не было, приходилось ездить на попутных или н
автобусе. Чаще на автобусе - мало кто ездил из деревни, особенно, зимой. Продукты привозил магазин-фургон.
Для приема клиентов мне предоставляли кабинет ветеринара. Сам он давно был на пенсии. Клиентам помещение нравилось, успокаивало,
наводило на приятные мысли. На стенах висели старые плакаты с толстыми коровами и козами, похожие на те, что я видела в детстве у
бабушки в колхозе.
31 декабря я закончила прием раньше обычного - клиенты с утра уже праздновали, так что явился только один, пожилой человек, у которого
пришельцы с Юпитера уже лет десять нахально воровали стаканы и ложки, а также отливали бензин - им не хватало на обратный путь
Зимой он себя чувствовал лучше, пришельцы являлись реже, видимо, боялись морозов.
В три часа я уже была свободна, оделась и побежала к шоссе по узкой дорожке между сугробов. Мороз был крепкий. Солнце уже село.
Скоро пришел автобус. Людей в нем было человек десять, все, по финской привычке, сидели по одному, молча, уткнувшись в окна и газеты
Я тоже села у окна. Помню, как я была рада, что скоро приеду домой и успею приготовить новогодний ужин.
Автобус мчался по расчищенной дороге, мимо заснеженных холмов, машин навстречу не попадалось. В то время еще не было мобильных
телефонов, так что тишину нарушал только мягкий гул мотора и тихое бормотание радио у шофера. Я рано встала в тот день, поэтому
задремала. И не сразу поняла, почему окно вдруг оказалось подо мной. Финны - люди сдержанные, так что никаких криков не было,
раздались только несколько сдавленных восклицаний непечатного характера. Радио продолжало тихо играть польку.
Какой-то высокий парень помог мне выбраться, я выпрыгнула из двери в сугроб и сразу провалилась по пояс. Автобус полулежал, упершись
в толстенную сосну. Вокруг был темный лес. Над деревьями ярко горели звезды.
Кто-то успокаивал водителя, который явно был не в себе. Он методически стучал кулаком по своей голой голове. Во мне проснулся психолог,
я сказала:
- Дайте ему шапку, будет мягче.
Удостоверившись, что никто из нас не пострадал и находится в полном порядке, за исключением некоторого нервного расстройства
водителя, мы решили идти вперед по шоссе и искать людей. Один мужчина сказал, что до ближайшего села километров тридцать, к новому
году точно дойдем. Если, конечно, не замерзнем. Мороз крепчал.
Шапку водителя нашли, мы вскарабкались на шоссе. Оно было совершенно темное. Поэтому мы все сразу увидели впереди огонек. Я и н
знала раньше, как это прекрасно - увидеть огонек в темноте.
У нашего писателя Короленко есть рассказ "Огоньки" на эту же тему и с такой же моралью.
"Как-то давно, темным осенним вечером, случилось мне плыть по угрюмой сибирской реке. Вдруг на повороте реки
впереди, под темными горами мелькнул огонек.
Мелькнул ярко, сильно, совсем близко…
— Ну, слава богу! — сказал я с радостью, — близко ночлег!
Гребец повернулся, посмотрел через плечо на огонь и опять апатично налег на весла.
— Далече!
Я не поверил: огонек так и стоял, выступая вперед из неопределенной тьмы. Но гребец был прав: оказалось
действительно, далеко.
Свойство этих ночных огней — приближаться, побеждая тьму, и сверкать, и обещать, и манить своею близостью. Кажется
вот-вот еще два-три удара веслом, — и путь кончен… А между тем — далеко!..
И долго мы еще плыли по темной, как чернила, реке. Ущелья и скалы выплывали, надвигались и уплывали, оставаяс
назади и теряясь, казалось, в бесконечной дали, а огонек все стоял впереди, переливаясь и маня, — все так же близко,
все так же далеко…
Мне часто вспоминается теперь и эта темная река, затененная скалистыми горами, и этот живой огонек. Много огней
раньше и после манили не одного меня своею близостью. Но жизнь течет все в тех же угрюмых берегах, а огни ещ
далеко. И опять приходится налегать на весла…
Но все-таки… все-таки впереди — огни!.."
...Дружной толпой мы побежали вперед и через несколько минут оказались перед старым домишком, обшитым темно-красными досками.
В оконце горел свет.
Помню, что никто даже не постучал, мы просто открыли дверь и вошли. Из сеней прошли в горницу, пиртти, как ее называют финны. Там за
столом с кружкой в руке сидела маленькая старушка. Она изумленно смотрела на нас, как на пришельцев с Юпитера.
Все заговорили разом и стали рассказывать, что случилась авария, что автобус съехал с дороги в кювет, что водитель, кажется, тоже съехал с
катушек и нужно позвонить в полицию.
Постепенно до старушки дошло. Она невероятно обрадовалась и бросилась к печке. Достала пирог и трясущимися руками стала наливать в
кофейник воду...
К счастью, в доме был телефон. Обычный черный старинный телефон. Кто-то начал звонить в полицию. Я спросила:
- Можно, я позвоню в детский сад? Мой ребенок...
Старушка замахала руками:
- Конечно! Звоните все! Небось родные-то беспокоятся!
- Я тоже позвоню, - сказал высокий парень. - Я оставлю пару марок тут, у телефона.
В то время телефонные разговоры в Финляндии стоили дорого. Компании брали за каждую минуту, даже если звонишь в соседний дом.
Старушка сказала:
- Не надо никаких денег!
Все начали звонить домой. Высокий парень подмигнул и указал на блюдечко. Люди потихоньку клали туда монетки и даже бумажные
купюры.
Полицейские прибыли через полчаса, а через час приехал и другой автобус. Все это время мы сидели за столом, ели калакукко - ржаной
пирог с ряпушками и пили кофе с вареньем из брусники. Старушка сидела во главе стола. Щеки ее раскраснелись, она улыбалась довольно
гордо, как маленькая старая королева. Когда мы уезжали, она вышла нас проводить и сказала:
- Вот и у меня в этом году были гости! Хорошего нового года!
И сейчас вижу, как стоит на крыльце покосившегося домишки сгорбленная фигурка в клетчатом платке... Стоит и счастливо улыбается...
Что сказать еще? Бывает, что мы сворачиваем с дороги. Опаздываем. Падаем в снег. Оказываемся не там, где хотели. Бывает вокруг темно,
холодно. И одиноко, и страшно.
Но кто-то зажигает огонек. И неизвестная дорога удивительным образом приводит нас туда, куда надо. Где нас согреют и где и мы можем
кого-то согреть.
Елена Вяхякуопус
____________________________
Маленький огонек на реке кажется близким, но оказывается далеким — как мечты, надежды и цели, которые так ярк
мерцают в жизни, но требуют терпения и усилий. Аллегоричная история превращается в размышление о самом
движении по жизни: мимо скал, через темные воды, к свету, который манит, вдохновляет — и зовёт.
https://www.liveinternet.ru/
********
2. ПРОЩАЛЬНАЯ ПЕСНЬ ЖУРАВЛЕЙ...
... Сразу скажу, что отлетающих на юг журавлей сфотографировать крупным планом мне частенько не удавалось. Но в память
навсегда врезалась такая картина... Высоко-высоко в пасмурном небе плыл плавно изгибающийся журавлиный
клин, роняя на землю из поднебесья едва слышные печальные клики. Низкие дождевые тучи только на
минутку-другую открыли небесное окно с птицами, показавшимися мне с земли расплывчатым рисунком,
созданном из маленьких черных точек. Очертания рисунка непрерывно менялись: вот острие клина вдруг
затупилось, скомкалось; впереди летевшие птицы, по-видимому, устали, уступив место новым вожакам. Сменив
лидера, большая журавлиная стая продолжала путь на юг, подгоняемая холодным северным ветром!
Было тут неуютно, на берегу хмурой Оби, по лицу хлестал колючий дождик. Но там-то, почти на километровой
вышине, ледяной ветер пронизывал птичьи тела насквозь, и надо, надо было без устали взмахивать намокшими
крыльями, чтобы согреть окоченевшие мышцы, не упасть вниз обессилевшим живым комком. Наиболее слабые
птицы «плелись» в конце длинной стороны косяка, отставали ненадолго и тут же, собрав силы, догоняли
старших собратьев. Живой птичий строй в полете волновался, причудливо изгибался, но в конце концов
сохранял этот острый угол с мужественными вожаками на его конце, быстро рассекавшими пространство! Они,
ведущие, непрерывными криками звали, увлекали за собой других журавлей, среди которых наверняка были и
молодые, впервые покидающие ставшую негостеприимной северную родину...
Почти каждый год наблюдаю этот осенний пролет журавлей, гусей, лебедей, уток и других птиц. Как-то давно,
лет пятнадцать назад, утром на железнодорожном полотне недалеко от Островной (я шел как раз за клюквой! —
В.Н.) послышались невысоко в хмуром дождливом небе довольно громкие лебединые клики: небольшая стая
белоснежных птиц, показавшихся мне теперь в непогоду серыми и тусклыми, величественно проплыла надо
мною со стороны Сургута!...
А нынче вот я наблюдал «тренировочный» полет лебединой семьи в районе южного берега Девкиной протоки.
Я шел по травянистому берегу ее второго, «слепого», рукава (заканчивающегося у федеральной дороги),
любовался яркими красками осени, пышными кучевыми облаками, быстро плывшими с юго-запада. Их
громады, как огромные небесные айсберги, шли совсем невысоко над поймой, отбрасывая на нее холодные тени
величиной с футбольные поля. Солнце то скрывалось за облаками, то весело выглядывало, вновь позолачивая
дальний березовый лес, зажигая красным огнем кусты рябины, калины, осиновые рощицы.
Багряное это пламя опять тускнело, когда очередные облака гасили широкие солнечные лучи, падавшие в
облачный прогал. И снова нежгуче вспыхивало
