Произведение «Пламя Гоморры» (страница 1 из 4)
Тип: Произведение
Раздел: По жанрам
Тематика: Детектив
Автор:
Читатели: 2
Дата:

Пламя Гоморры

Валерий Олейник

                   Пламя Гоморры
      
          Старый замок барона Робера Дюбуа находился на севере Франции в провинции Шампань.
         Это место до завоевания римлянами Галлии, принадлежало племенам лингонам и рёвам, теперь  только в названии некоторых городов сохранились следы прошлой жизни, одним из таких городов был город Реймс.
         Именно в  Реймсе когда-то обосновался барон Симон Дюбуа, родоначальник семьи Дюбуа.
Во время столетней войны провинция Шампань оказалась театром военных действий и даже временно находилась в руках англичан.
          Карл Седьмой, при помощи Жанны д´Арк вернул себе провинцию Шампань, в этой компании отличился Симон Дюбуа, офицер из гвардии короля.
       Карл Седьмой пожаловал ему баронское звание и землю помещика Легурье, выступившего на стороне англичан.
      Самому Легурье отрубили голову на главной площади Реймса под одобрительные крики толпы. 
      Симон Дюбуа продолжил службу, а после полученного ранения остался в своём реймсском замке, женился, став прародителем целого поколения баронов Дюбуа.
       Последний отпрыск, сын Рауля Дюбуа, юный Робер любил рисовать и мечтал о военной славе, когда мальчик вырос, выбирая между стезей художника и службой в армии,  выбрал последнее, вступил в гвардейский кавалерийский  полк.
        Служба в армии закалила Робера, сделала его отличным наездником и хорошим фехтовальщиком.
       Имея большую физическую силу, высокий рост и выносливое тело,  драгун с честью выходил из опасных ситуаций, умело владел саблей, без промаха стрелял из пистолей, что не раз спасало жизнь молодому кавалеристу.
               В египетском походе, начатом Наполеоном, Робер уже служил майором второго полка легкой кавалерии,  отличился при взятии Каира, участвовал в походах на Эль-Аришу и Акру, в боях с турками- мамлюками, арабами - повстанцами и даже чуть было не пленил их предводителя  Мурад-пашу.  
           Африка запомнилась Робера изнывающей жарой, иссушающим и выжигающим ветром, зноем, облаками пыли и песка, поднимаемые копытами лошадей, проникающими в нос, уши, глаза, разъедая глазницы и вызывая сильный зуд.
          Эта едкая солоноватая пыль, раздражала носоглотку, покрывала рыжеватым оттенком одежду наездников и их лошадей. От неё никуда не спрячешься и не скроешься.
        Постоянно мучила жажда, нехватка питьевой воды стала хронической.
         Каждый день авангард легкой кавалерии, в котором состоял майор Дюбуа преследовал и вступал в бой с арьергардом турков - мамлюков.
      Формально в то время Египет принадлежал турецкому султану, но фактически правили мамлюки,  военная верхушка османов.
         Генерал Бонапарт выиграл сражение при Абукире, после чего из газет узнал о переходе Суворова через Альпы, медлить было нельзя, Наполеон тайно покинул армию и отбыл на родину в Париж, чтобы через пять лет стать императором Франции. 
       Бонапарт оставив в Египте генерала Клебера, назначив его главнокомандующим.
          Накануне битвы Робер Дюбуа отдыхал на бивуаке возле развалин древнего города Канопуса, в восточном пригороде Александрии, находящегося в дельте Нила.
          Проходя мимо останков древнего эллинского храма Сераписа, бывшего оракула и врачевателя, здание построено ещё Птолемеем третьим в честь бога Сарапо - бога изобилия и подземного царства, мужа богини Исиды.
      Внимание  драгуна привлёк удивительный цветок, вернее куст с цветами. 
       Нежные темно-фиолетовые цветки, напоминавшие головы драконов настороженно следили за проходящим кавалеристом.
            Робер остановился, в нем проснулся художник, барон несколько минут любовался цветком, заметил на ветках длинные колючки и удивился.
          «Похоже разновидность какого-то терновника, ничего подобного я раньше не встречал» - подумал барон.
          Робер аккуратно, чтобы не наколоться сломал ветку с побегами,  завернул в платок и положил в нагрудный карман.
          Рано утром прозвучал сигнал к бою, кавалерийский полк выдвинулся в арьергард, выстроился в каре и понёсся на врага, турки и повстанцы арабы отчаянно сопротивлялись.
         Барон рубил врага саблей налево и направо, один араб вылетел из седла и побежал, драгун догнал беглеца и саблей наотмашь снес ему голову.
        Солдат без головы сделал ещё несколько шагов и упал.
        Шрапнель попала в левую руку, перебив предплечье барона, в это время подскочил турок в форме янычара, ударом клинка рассек левую щёку, бровь и лоб Дюбуа, Робер успел выбросить вперёд руку с саблей, остановил удар и выбил ятаган, взмахнув второй раз сабля барона рассекла горло янычара от уха до уха.
         Вторая пуля попала, перебив ключицу барона.
 Кровь из рассеченного лба и брови заливала глаза, боль от попадания пули вызвала болевой шок, Дюбуа потерял сознание, наклонился и вывалился из седла.
Падая Робер придавил ветку, находящуюся в кармане, ядовитые иглы впились в тело и через минуту смертельный яд начал действовать.
          Когда после боя вывозили раненых, тело барона положили к мертвым.
          Наполеон объехал место боя , спешился и подошёл к раненым, солдаты лежали, стонали и просили о помощи.
           Будущий император подбадривал раненых, затем подошёл к трупам, барона ещё не успели накрыть,  Наполеон заметил, как шевельнулась рука майора.
         - Быстро сюда врача, полковник ещё жив, - крикнул главнокомандующий.
         - Робер Дюбуа майор, государь, - поправил Наполеона генерал Клебер.
         - Я сказал полковник, значит полковник, - гневно посмотрел на своего подчиненного главнокомандующий, - и представить его к награде... полковник заслужил орден Святого Духа.
            В госпитале Робер несколько дней находился в коме, хирург  Августин Лефевр сделал операцию, вынул пулю, на руку закрепил лангет.
            Через несколько дней барон пришёл в себя.
            - Друг мой, - сказал Лефевр, - вас спас не я, своим выживанием вы обязаны mort serpenfo, это одно из самых ядовитых растений в мире,  название

 - « Смерть змеи» полностью отвечает его страшному предназначению.
          Где вы его нашли, если-бы ещё один шип впился в вас, был бы точно конец, но яда оказалось не много, его хватило замедлить жизнедеятельность, кровотечение остановилось, потому, что сердце билось два удара в минуту, это спасло вас, затем процесс выздоровления пошёл быстрее,  так-то брат, но плохая новость в том, что вам прийдется оставить службу, одной рукой не повоюешь.
           - Как, господин Лефевр, что моя рука не восстановится? - настороженно спросил барон.
           - Восстановится, но частично, все зависит от того, как вы будете ее разрабатывать.
            Перед подписанием Эль-Аришского мирного договора с османами главнокомандующий генерал Клебер на корабле вместе с посыльным отправил полковника Дюбуа на родину в Париж.
          Роберт с трудом осваивался, решив вернуться к живописи он обратился в мастерскую знаменитого художника Карла Людвига Штаера.
          Штаер согласился обучать полковника за небольшую плату, Дюбуа три года учился, изучал технику старых мастеров итальянской и голландской школы живописи, копировал самого Рубенса, Тициана и Рембрандта.
                   Однажды, оказавшись на приеме графа Клода Этьера, мошенника и карточного шулера, Шигуар проиграл своё парижское имение и вынужден был вернуться в замок отца.
           Рауль Дюбуа  радостно встретил  сына, рядом с отцом бегал громадный мраморный дог, крутил головой и  вилял хвостом. Пёс подбежал к Роберу обнюхал его и лизнул руку.
           - Не бойся сын, Бьёрн тебя не укусит, он сразу почувствовал запах Дюбуа, - произнёс старик обнимая сына.
           Рауль уже был  смертельно больным,  понимая, что ему не долго осталось,  переписал на Робера замок, земли с виноградниками, показал тайник в подвале замка, где хранил горшок с золотыми луидорами, отчеканенными ещё при Людовике Тринадцатом, золотую диадему подаренную Карлом Седьмым на венчание Симона Дюбуа с Брунхильдой Сапаж, прабабкой последнего Дюбуа.
           Полковник привёз с собой цветок смерть змеи,  спасшую ему жизнь, в Египте.
           Вместе с чудесным спасением, в организме Робера выработалось противоядие против смертельного яда растения.
           Несколько раз барон случайно  задевал иголки, накалывался, но всегда отделывался легким недомоганием, его крепкий организм справлялся и уже на третий раз никак реагировал.
            

Обсуждение
Комментариев нет