Пламя Гоморры

свойствах этого растения, как и то, что цветок становится ядовитым к моменту своего созревания, когда распускаются необыкновенно красивые фиолетовые бутоны. 
         Графиня протянула руку, желая погладить цветок, вдруг ветка растения распрямилась, как пружина и несколько иголок на стебле впилось в руку женщины.
        - Ай ! - вскрикнула Беатриче, одернула руку, но было поздно, коварное растение отомстило графине, за то, что она отобрала у него внимание хозяина.
         Месть растения выглядела случайностью, коварство «Пламени Гоморры» не могло вызвать подозрений.
         Войдя в зал, неся поднос с ароматным кофе и тарелкой с круасанами барон увидел на полу тело графини, на тыльной стороне ладони правой руки остались следы от уколов и капельки крови.
         - Боже мой ! Как же так, Биатриче ! Дорогая не умирай !
          Барон вскочил и в бессильной злобе сбросил горшок с цветком на пол, затем начал топтать его ногами.
         Барон оглянулся,  увидев горящие поленья в камине,  поднял с пола куст цветка и бросил в огонь.
       Вернувшись к Беатриче Робер заметил начало конвульсий, у отравленной женщины начали дрожать руки и ноги.
     « Что же делать ? Что же делать ? - судорожно задавал себе вопрос барон, понимая, что он теряет Биатриче.
         Вдруг полковник вспомнил о целебных свойствах   булгурной розы или райского терновника и о том, что именно в результате скрещивания со смертью змеи,  получилось «Пламя Гоморры».
        Вскочив на ноги Робер  сломал ветку розы, подбежал к графине, отрыл женщине рот и начал выдавливать из стебля молочно-белый сок.
      Жидкость попала в горло графини и Биатриче судорожно глотнула, Робер продолжал выдавливать стебель, когда закончился сок в этой ветке, барон побежал за следующей.
      Робер  схватил со стола чашку кофе, приподнял голову Биатриче и помог ей сделать несколько глотков.
     После этого голова графини бессильно опустилась на пол, через минуту судороги прекратились, ещё через полчаса женщина пришла в себя, рукой погладила лицо барона и слабо спросила:
      - Что это было Робер ? Я чуть не умерла, вы меня спасаете уже во второй раз.
      - Простите меня моя милая Биатриче, вы пострадала из-за моей глупости, никогда себе не прощу, этот ядовитый цветок я сам вырастил, но теперь его больше нет, я его сжёг в камине.
         Растение «Пламя Гоморры» прожило три года в единственном экземпляре, я даже не знаю настоящий секрет его скрещивания, все получилось случайно.
        Барон поднял глаза и перевёл взгляд на стену, где висели картины, среди которых три натюрморта.
Правый холст булгурная роза или райский терновник, слева  небольшой куст кудели трехцветной или карлицы сималийской, рядом смерть змеи, а посередине пламя Гоморры во всей своей красе. Казалось цветы благоухают,  источая любовь к своему хозяину.
          « Ах, какой я дурак, надо было уничтожить смерть  змеи сразу после смерти отца не заниматься выращиванием нового смертельного существа»
        Робер вспомнил, как он курил трубку, цветок благоухал,  погружая барона  в состояние приятного, блаженного сна, сопровождаемого наваждением мнимой реальности, казалось пламя Гоморры разговаривало со своим хозяином.
         Робер Дюбуа поднял графиню и на руках перенёс,  положив на кровать.
        - Как вы себя чувствуете Биатриче ?
      - Намного лучше, есть ещё слабость, надеюсь она скоро уйдёт.
     - Милая Биатриче, вам лучше остаться у меня, поспите, а я пошлю кучера к вам в замок, предупрежу дочь.
       - Хорошо Робер, я вам так благодарна,  вы спасли меня.
       - Дорогая Биатриче, за эту мою оплошность теперь я ваш должник до конца жизни, знайте, я всем сердцем люблю вас, простите старого солдата.
       - Ах барон, я вас прощаю ведь я тоже люблю вас, но для дальнейших отношений вы должны выполнить одно мое условие.     
       - Какое ? - насторожился Робер Дюбуа.
       - Если вы захотите ещё что-нибудь вырастить, предупредите меня заранее.
        Оба засмеялись, Робер прилёг рядом с графиней на кровать, обнял женщину и нежно поцеловал губы Биатриче.