ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
Глава 1
Безмятежная летняя ночь опустилась на Гуаружу – маленький город на побережье Атлантического океана, славившийся необычайно красивой природой. Впрочем, как и весь штат Сан-Паулу – самый густонаселённый в Бразилии. Стоило удалиться от каменных джунглей одноимённой столицы всего на несколько километров, и судьба сразу же давала шанс насладиться зелёными лабиринтами настоящих природных джунглей. А вместе с ними и горными хребтами, простиравшимися на многие километры и имевшими крутые склоны с живописными видами, множеством рек с озёрами и густыми смешанными лесами, в которых бок о бок проживала уйма диких зверей, птиц, рептилий, земноводных и неисчисляемое количество насекомых. Создатель мира явно не поскупился на флору и фауну юго-востока Бразилии. Если, конечно, этот создатель вовсе существовал.
Прохладный сезон, продолжавшийся с середины мая по начало августа, подошёл к концу. Солнце и без того не обделяло вниманием жаркую Бразилию, но теперь его стало заметно больше. Ночью оранжевое светило передавало смену звёздам, которые усыпали тёмно-синее небо подобно раскиданному на чёрном полотне бисеру. Сверчки, ласково называемые местными жителями «танана» (вероятно, по сходству с издаваемым звуком), принимались за работу через считанные минуты после заката. Не проходило и получаса с момента захода солнца, как прибрежный городок Гуаружа утопал в песнопениях насекомых.
Впрочем, ни потепление, ни стрекотание, ни любая другая природная причуда Сан-Паулу не могли нарушить покой Мануэлы, которая крепко спала в своей комнате старого деревянного дома, стоявшего на берегу океана. Укрытая лёгким твидовым пледом, заменявшим одеяло, лежала на боку, подложив руку под истасканную мятую подушку. Свет звёзд едва ли проникал в спальню через плотно зашторенные окна. Как ни крути, но ранние подъёмы и двенадцатичасовой рабочий день не оставляли шансов на зажигательную ночную жизнь, вынуждая ложиться пораньше и восстанавливать силы перед новой сменой. Эх, а ведь в девятнадцать так хотелось потусить!
Звук шагов внизу вынудил проснуться. Не открывая глаз, Мануэла перевернулась на другой бок, вновь погружаясь в сладкую дремоту. Однако скрип открывшейся двери в комнату окончательно оторвал от мира сновидений. «Мама с бабушкой? – в первые секунды после пробуждения мысли текли медленно, словно тягучий кисель. – Нет, вряд ли… С чего бы им возвращаться раньше времени, да ещё и ночью?». Ни о чём больше подумать не успела: кто-то с силой сдавил горло.
– Ну-ка тихо! Если пикнешь – придушу! – с хрипом прошептал незнакомец.
Голос узнала сразу же. Несмотря на темноту, догадалась: Мигель! Шеф-повар ресторанчика «Собримеза» и прежде допускал агрессивные выпады в сторону девушек на кухне, но ни одна из них не могла возразить: босс не церемонился в вопросах увольнения, а терять работу, пусть даже тяжёлую и малооплачиваемую, никому не хотелось. Мануэле доставалось больше остальных. Во-первых, внешне была красивее коллег-поварих. Во-вторых, устроилась недавно и полностью освоить ремесло так и не успела. Грубиян, сексист и женоненавистник Мигель единолично владел рестораном и сам решал вопрос найма работников. Так в его подчинении оказались исключительно молодые девушки, за счёт которых шеф и поднимал самооценку. Он не раз угрожал Мануэле, прямо говоря, что нагнёт и вы***т, как последнюю шкуру. Однако юная повариха пропускала подобное мимо ушей, считая угрозы обыкновенным хамством и не веря в их воплощение. И вот, похоже, босс перешёл к делу.
– Мышеловка захлопнулась, детка! – Мигель ослабил хват. – Как бы не сопротивлялась ранее, теперь ты в моём капкане!
Меньше недели прошло с момента, когда в конце смены босс остался один на один с подчинённой. Они стояли на кухне. Мануэла уже потушила плиту, сняла фартук и готовилась к завершению смены. Повернувшись спиной, расплетала волосы, поскольку кухонный колпак изрядно приминал их каждый рабочий день. В ту минуту даже не подозревала о нависшей опасности. Мигель подошёл и обнял сзади. Скорее даже схватил. Положив одну руку в область груди, а другую на низ живота, принялся томно дышать в ухо. Мануэла действовала стремительно: резко развернулась и, вырвавшись из непрошенных объятий, зарядила по лицу. Не ожидавший подобной прыти шеф попросту не успел среагировать, и звук хлёсткой пощёчины заполнил пространство старой кухни. Отступив на пару шагов, открыла рот и хотела звать на помощь, но Мигель жестом остановил и быстро пробормотал что-то, отдалённо похожее на извинение. Затем приказал закрывать смену и выметаться. Восклицания про личные границы и упрёки в недопустимости их нарушения уже не слушал. Последнее, что осталось в памяти Мануэлы от того вечера, – злобный блеск в глазах босса.
Сейчас, лёжа в кровати и чувствуя холодные пальцы на шее, осознавала, что Мигель пришёл в спальню явно не для чтения сказки на ночь. К счастью, босс перестал душить. Сжав хрупкие плечи и как следует встряхнув, прошипел:
– Тебе следовало относиться ко мне с большим уважением! Если думала, что бесследно забуду ту пощёчину на кухне, то ошиблась!
Вскочив с кровати, в один прыжок очутился у окна. Пара мгновений ушла на возню со шторами, и в комнату хлынул свет звёзд. Сравнение с сиянием прожекторов стадиона «Маракана» вряд ли вышло бы гениальным, но всё же в спальне стало заметно светлее. Настолько, что теперь Мануэла чётко видела незваного гостя. Высокий лоб, длинный крючковатый нос и заплетённые лентой в хвост густые тёмные волосы делали Мигеля похожим на племенного индейца. Вот только ухоженная «подкова» бороды наряду с элегантными усиками выдавала человека, тщательно следящего за внешним видом. На нём была поношенная зелёная футболка, короткие хлопковые шорты и старые кроссовки. Лишь один элемент одежды выбивался из колеи: на руках блестели голубые прорезиненные перчатки. На кухне «Собримезы» дефицита подобных аксессуаров не наблюдалось. Пожалуй, приготовление завтрака в постель входило в число последних желаний Мигеля в ту минуту, однако ещё меньше ему хотелось оставлять отпечатки пальцев. Босс явно не относился к числу глупых людей и к делу подготовился основательно.
Не обращая ни малейшего внимания на испуганную Мануэлу, вцепившуюся пальцами в плед, как в спасательный круг, он начал раздеваться. Избавившись от одежды, шагнул к кровати. На лице застыла злобная ухмылка:
– Веди себя хорошо, и больно не будет!
Смесь страха и отчаяния парализовала Мануэлу. Застыв в одной позе, она не могла ни пошевелиться, ни крикнуть о помощи. Последнее представлялось бесполезным: дом стоял на безлюдном пляже, и с ближайшим соседским его разделяло без малого полкилометра.
Резким движением Мигель выхватил одеяло и кинул на пол. Увиденное заставило улыбнуться ещё шире: Мануэла спала голой. Не думая скрывать возбуждение от аппетитных форм, запрыгнул на кровать, оказался сверху и принялся коленями раздвигать бёдра жертвы. Та лишь приподняла голову, беспомощно глядя на внушительные размеры полового органа. Затем бросила взгляд на кулаки насильника, каждый из которых напоминал пудовую гирю. С трудом унимая дрожь, распространявшуюся от макушки и до пят по всему телу, откинула последнюю мысль о сопротивлении. Закрыв глаза, приготовилась к худшему.
– Знай, эту штуку надеваю во избежание улик! На тебя и твою безопасность мне плевать, мелкая грязная сучка!
Презерватив. Да, Мигель говорил именно про него. Маловероятно, что тончайший слой резины мог уменьшить боль, но вот риск заразиться чем-то из венерических болезней точно снижал. «Что ж, спасибо хоть за это, ублюдок!» – едва только мысль пронеслась в голове, Мигель проник. Предварительные ласки и разогрев партнёра в его планы на сегодняшний вечер не входили. Мануэла глубоко вдохнула, крепко зажмурилась и напрягла мышцы промежности. Хотя последнее скорее явилось непроизвольной реакцией на внедрение чего-то инородного. Она ожидала боль. Неприятную, тянущуюся и смешивающуюся с распиранием изнутри. Мучение казалось неизбежным, ведь своими глазами видела толстый член насильника. Однако прошло уже несколько секунд, а боль до сих пор не дала о себе знать. Проникновение ощущалось лёгким давлением на стенки влагалища, но ни о чём нестерпимом не шло и речи. Открыть глаза боялась, поскольку смотреть на этот чудовищный акт не хотелось. Ещё больше пугала возможность встретиться взглядом с Мигелем.
– Хватит дрожать, сука! Почему такая каменная, а?! – прошипел тот, не прекращая двигаться вперёд-назад. Делал это неторопливо.
Мануэла послушалась. Как ни крути, но именно от этого подонка сейчас зависела её жизнь. Медленно выдохнув, принялась расслаблять напряжённые мышцы. «Каменным», как выразился Мигель, было всё тело: пальцы на руках и ногах, предплечья, икры, бёдра, живот. Даже выражение лица напоминало античную статую, и лишь дрожавшие губы выдавали живого человека. Прерывисто дыша и не прекращая вздрагивать, постепенно сбрасывала напряжение. Босс быстро отреагировал на изменение, ускорив темп и сделав проникновение глубже.
[justify]«С ума сойти…