КРОВАВОЕ ВОСКРЕСЕНЬЕ 9 ЯНВАРЯ 1905г.

" - Возможно, это решения не во благо нас, но это во благо народа, ибо благо одного, приносящего горе и слёзы другим, не может быти истиной и благом для Отечества..."

...Длинные предновогодние дни и ночи, полные забот о благе сыновей и подготовке к их приезду из Европы, измучили Александра Сергеевича. Пытаясь хоть как-то обойти сии хлопоты и заботы,и хоть на какое-то время забыть о них и отдохнуть, он решил заняться разборкой семейного архива. Странно и смешно устроена наша жизнь, да и мир окружающий нас не далеко ушёл от сего факта. Мы господа "послушники", вполне погрязшие в спокойной мирной жизни, и совершенно не помня, порою не зная прошлого своей страны, её истории, истории своих семей и родных, плесневея от нынешнего мира бытия, остерегаясь и боясь окунуться в прошлое в погоне за деньгами и успехом в коммерческой и так сказать деловой жизни. И скорее всего из-за этого, боящиеся своего божественно  реального Мира, настоящего для души, его утери...

... Князь в задумчивости, отошёл от укрытого инеем окна, в которое он рассматривал свой двор, ныне весь занесённый снегом и  в больших сугробах, окученных благодаря уборки дворниками из Азии, заснеженный и замёрзший в своём одиночестве. Машина князя, престарелая "Волга" давно "забытая им", по причине своих хлопотных болезненных дел и длительных поездках за рубеж, была укутана толстым слоем снега, как новогодняя ёлка у школы, да и дворники не особо щадили старушку советского автопрома, мерзко и грубо, небрежно закидав её с одной стороны грязным от солевых добавок снегом. Откушав на кухне печёную курочку под соусом "Кари", чай с булочкой, вдруг с печалью в сердце и вязкой болью вспомнил о супруге которая в своих заботах о здоровье мужа, всегда на завтрак готовила кашу манку и бутерброды с докторской колбасой, он неторопясь принялся разбирать разные бумаги оставленные им кучами на письменном столе, и жардиньерки прадеда, ещё с лета.

" Разборных" Дел на сегодня и завтра было невпроворот, и он даже растерялся, думая с чего же ему всё-таки начать. Перелистывая дневник князя Николая Алексеевича, своего дяди, его вдруг привлек очерченное красным карандашом число... 9-е января 1905 года. Устало и почти равнодушно начав читать строки написанные строгим, красивым каллиграфическим почерком деда, ибо он столько таких дневниковых семейных страниц перечитал, что стал как клерк, автоматически, просто для памяти отмечать сии события.

" Чёрные, неустойчивые и гибельные времена для российского общества, особо, как я отмечал, для интеллигенции и дворянства. После всех этих событий, в России всё как-бы умерло и затихло, словно пред большою трагедией, думаю покруче чем война с Наполеоном в 1812 году.

В тот холодный зимний день, отмечал предок в своём письме, я собирался посетить Храм, чтобы переговорить с батюшкой Ильёй, помянуть и поставить свечи за упокой Души моей бабушки, княгини Ольги Мироновны Щепиной-Ростовской (1778.08.08.- -1851.09.01), она воспитывала батюшку и ныне исполнилось ровно пятьдесят четыре года со дня её смерти, и надо было ещё обговорить с моими, как сделать поминки на следующий год, в год её пятидесяти пяти летия кончины. Надо бы всем посетить село Иваньково. Провести богослужение. Уже потом, из храма отправиться с роднёй к нам. Хлопоты для меня были скорее печальные, чем исторические, но так необходимые для души нашей. А тут ещё вдруг приглашение от товарища, с которым не виделся около месяца, а может и по боле. Так вот, я был вчерашним днём, восьмого числа у своего давнего товарища князя Петра Дмитриевича Святополк-Мирского. Когда я пришёл к нему, от него из его кабинета, вышли трое офицеров жандармов с объёмными  кожаными портфелями для бумаг. Очевидно, что у министра было неофициальное совещание. Встретив его в дверях, я отметил про себя, что он обеспокоен чем-то и чрезвычайно. Но саму нашу встречу он не отменил, хотя я уже было подумал, что её можно при сий беспокойствах и отложить на другой день. С ним в тот день как помню, зашёл разговор о создавшейся невменяемой и чрезвычайно неблагоприятной обстановке сложившейся на заводах и предприятиях столицы, и даже есть сведения о неком беспокойстве и даже каким-то нервном брожении в армии, не свойственном ещё неделю назад. Императрица Мария Фёдоровна,по его словам, в их недельной давности беседе, говорила об этом и как-бы намекала на опустошённость в обществе,чем была чрезвычайно недовольна, впрочем, как и сам император Николай. А тут вдруг, чем я был очень удивлён его сообщением, что Государь, по случаю выехал из столицы,не отдав даже каких либо обнадёживающих поручений министру МВД и градоначальнику Н.В. Муравьёву, что только не пущать? Князь посмотрел на меня молча, словно на больного, и продолжил разговор на повышенных тонах и возмущённо, словно продолжая своё прошлое совещание с жандармами:

- Право странно всё сие господа дворяне, а тут и писательское вечное недоверие к власти, баламутят общество своими статейками и карикатурами на императора, да и армия неустойчива, агитаторы в ней! Все ёжатся от сих положений. Я Монархист, спросите у профессора Левашова про сии замашки оных, закачаетесь от пришлых. Но надобно всё это держать в жёсткой узде, в кулаке как говорил некогда император Николай Павлович, в цепях и кандалах народ и армию, сие необходимо по определению, иначе хаос. Если при этом ещё вспомнить 1902 год, когда убили министра МВД - Димитрия Сергеевича Сипягина, а в 1904 году - Плеве Вячеслава Константиновича, то положение империи ныне отчаянное и, как говорят шёпотом некоторые паникёры в Обществе, вовсе господа непредсказуемое. Князь вздохнул и вдруг спросил:

- Может чайку или кофею мой друг желаете? Или что покрепче? Бог ты мой, Как водочки хочется! Холод одолел Россию матушку... История, которую нам дал Бог исчерпывает ныне себя. Не применительные шаги, следы наших прошлый деяний. Как-бы нам всем кровью не умыться. Царь Пётр создал в 1708 году губернии, для преодоления разобщённости, а ныне все оные в смуте. Усилять надобно жандармерию и войска.

Видя моё явное непонимание, министр меня выслушивал с недовольным лицом и казалось растерян чрезвычайно. Я догадался и понял, что мне надобно удалиться. Скрытность сообщения моего давнего сотоварища поразила меня в самое сердце, когда он вдруг спросил меня:

- Есть ли Князь у Вас оружие, хотя бы револьвер? Нет? Возьмите друг мой пистолет, подарок О. Штраухмана, чрез Ольгу Борисовну передано. На улицах ныне неспокойно. Очень тревожная обстановка для дворян и интеллигенции. Я было приподнялся, чтобы одеть шубу и покинуть его дом, но он остановил меня жестом руки. Потом, потом князь, прошу не надо благодарностей. Извините, но мои нервы, как и правительства и Общества в целом, на пределе... И тут же внезапно громко, добавил гневно:

- Черти! Что они не понимают олухи,что демократия Европы,это по своей сути власть избранных и власть денежных мешков, банкиров Германии, Британии в первую очередь и не иначе! Затеяли такую бучу мерзавцы. Поставили Царя и Россию в некую позу лёгкого поведения, а нам что, отвечай? Ведь даже Европе понятно, что русский человек, это имперский человек, но не раб. Занесли бацылу в Россеюшку дикие племена европейского чина. Прямо таки Вальтерщина какая-то! А всё благодушие Екатерины и Елизаветы Петровны. Вы хорошо знаете, в систему политики России вплетены и узаконены по должностям некие дворцовые и военные чины, этакие имперские фавориты Николая Александровича. И никакая наша оперативная разработка и оперативные действия, никакие комплексные мероприятия по поиску провокаторов, им нестрашны. И кажется Ваш предок князь Александр Иванович, сказал:

"- Увидеть в жизни отрадное, предстоит лишь нашим потомкам...А ныне..., что ныне? мокротная болезнь и чахоточное состояние у России...Так что ли?"

- Войска вызваны. Уже прибывают псковичи, казаки, на них вся надежда.Но боюсь что в данной обстановке от крови никакой Сулла не спасёт.

- Да, что такое князь, Вы же министр и должны управлять, а не ссылаться на указы в дни воспалительные для Отечества. Такое впечатление,что Вы растеряны и себя утратили. Не дай Бог кто прознает. Надо быти решительными господа, или получим трагедию 14 декабря 1825 года. Хотя, вы сами в правительстве допрыгались до сего положения, да и заигрывания этого гнилого либерала Петра Столыпина и императора с левыми, привели к сему состоянию страны. Россия, помнит по именам всех тех, кто против неё. Поймите, сейчас народ лишь скрепит зубами, плотно сжав глотки от ругани, погани Царя. Но, как я понимаю не надолго, и колокола народных Храмов готовы бить в набат.

- Стоп, стоп - воскликнул министр - Не изображайте из себя князь Святых пророков, тем более апостолов. Уважаемый, любезный князь, Николай Алексеевич,не думайте,что никто ничего не видит. Ваш древний "породистый" природный род Щепиных-Ростовских,всегда были в рядах смутьяно и благодарите бога, что Вы ещё на свободе и не с ними. Хотя к нам поступает некая информация и анонимки о ваших заботах о рабочих и их семьях. Насколько я знаю друг, слепые пророки не знают истин и своего пути в этом мире. Так что ступайте пока, не боясь за свою семью и своё будущее.
Вот генерал, Сергей Павлович Лебедев более решителен, и в службе и в настроениях. Именно на таких лиц и рассчитывает император в дни волнений и трагедий.Ступайте с Богом,и по меньше истеричности в делах. Кажется Пешков написал в письме М.М.Коцюбинскому в 1901 году, строки о русском человеке:- Именно под влиянием развращающегося чтения " часто просыпается зверь в русском человеке". Так не будем будить русского рабочего. Пусть оно спит вечным сном. Мы друг, всё и обо всех знаем, где бы они не находились, на Капри или в Германии. Вы сами-то знаете князь чего сия масса требуют? Вот кратко, только их основная часть требований, не хочу утомлять Вас особо, ибо думаю это не интересно для вас. Первое: