отрицательное движение назад. Обратная хронология. «Я уже не понимал: на изломе моя жизнь, за которой лишь смерть. Идеально черно всё и чисто, горизонт из покатых низин, тишина, и в потоках лучистых лишь фигурки чужих Мнемозин. Силюсь вспомнить и я – что-то было, было чувство. Но теперь уже поздно и грустно, мой сосед – заурядный мертвец, с ароматом ненужным, капустным, чертит пальцем костлявым: конец…» (Евгений Лапутин). Это просто вырезка, непонятно, откуда, приклеенная в дневник 2005 года. Так писал пластический хирург с таким именем или был ещё другой Лапутин, не знаю. Но текст под стать По, и, наверное, моему тогдашнему настроению. «7 октября 2005 года. Я сегодня ночью совсем мало спала. В ударе была. Хочу научиться танцу живота. Я ещё не старуха. И давно ничем не увлекалась. В конце концов, не пригвождена к письменному столу». Серьёзно? В 38 лет убеждает себя, что не старуха. На свете есть только один единственный персонаж, который гордо заявляет миру, презентуя себя, как старуху. Остальные умножают свои извилины, чтобы придумать, как скрыть свои морщины. В 38 можно заигрывать с возрастом, притворяясь иногда старухой, в 58 предпочитают быть, кем угодно, только не старухой. На минуточку, Майоровой 68?! Так она будто вчера убегала от мужа с другим на мотике, что вслед только рыжие длинные волосы развевались на ветру, а муж стоял в бесконечной очереди в районную сберкассу, чтобы снять все деньги перед девальвацией? Кстати, она хвастается не только количеством прожитых лет, но и газом: «У нас – газ, а у вас его нет». Потому она сегодня не столь шокирована резкими переменами. Газ пока относительно дешёвый, а наши все дома с электрическим отоплением. На днях все были ошарашены, получив счета за свет. Счёт – не повестка в суд или военкомат, но в месяц 25-40-100 тысяч платить не очень весело. Газ у нас есть, но не в домах. Есть он не в газовой камере, а под нами. Как вариант, рядом лес. Топор в руки и вперёд, наруби дров. Потом на санках иль в корыте привези глубокой ночью по нетронутому снегу по пояс.
Вот такие суровые реалии, и тогда в 2005-м, и сейчас в 2026-м. Ожидаемо, но не желаемо. Думала, первыми завоют холодильники, оказалось, прежде заныли бойлерные печки.
«В это время борт номер один улетел в Москву. Как же так? Был вроде знаменитостью, в меру умным, подающим надежды мальчиком, стал подозреваемым номер один. Вместо Нобелевской ярко светит пожизненное, вместо далёких галактик ему улыбается лишь… Никто и ничего ему уже не улыбается. Только пристальный взгляд полярной совы. Он бы рад испариться, отправиться в Космос, хоть пожизненно на Марс, но реальность шепчет иные песни. Что делать?! В ответ – мёртвая тишина…» («Mayday»).
Mayday – международный сигнал бедствия в радиотелефонной (голосовой) связи, аналогичный сигналу SOS в радиотелеграфной связи (с использованием азбуки Морзе). Он используется в ситуациях, которые представляют непосредственную угрозу для жизни людей, например, терпящими бедствие морскими и воздушными судами. Сигнал передаётся три раза подряд: «Mayday, Mayday, Mayday» для исключения возможности перепутать его с какой-нибудь похоже звучащей фразой, а также для того, чтобы легче было отличить сам сигнал бедствия от сообщения о сигнале бедствия». И мне впору сказать мэй-дэй, пока есть вайфай, да в ответ будет – мёртвая тишина.
Таким образом, в топку шло всё подряд. Теперь же приходится то использованное восстанавливать по памяти. К примеру, человек уже умер, а я оживляю и начинаю отрицательное движение назад. Обратная хронология.
