молоком. Мисс Иткинсон, оказалось, ждала его, поскольку всю ночь ей снились жареные свиные ушки. Такое известие немного смутило Дракулу, но важные политические решения, которые зависели от того, что скажет гадалка, ждать не могли.
Не теряя времени (оплата была почасовая), Дракула огласил список вопросов: получит ли Совет Свиней в свое распоряжение картофельное поле мистера Пилкингтона; каких вестей ждать из зоопарка фрау Швайн; что будет с Фоксвудом, и как скоро Скотный двор станет самой главной фермой не только на юге, но и во всей Англии.
Мисс Иткинсон покрутила банку с пауками и принялась раскладывать карты на столе. Седьмой выпала шестёрка червей (Ламврокакис! – мгновенно догадался Дракула), которой суждено умереть в богатстве, причмокнула беззубым ртом гадалка. Но богатство и смерть настигнут до того, как семёрка треф сделает что-то по приказу туза пик, а потом превратится в блаженную. Дама червей будет радостно смотреть на своё отражение в куске железа, позади неё проползёт змея с мусорным ведром, а хомячок останется лежать на аллее. Все валеты встанут на задние лапы, потому что десятка треф подойдёт к дубу.
Дракула изо всех сил старался угадать, кто есть кто в колоде, и переводя карты в животных, рисовалась следующая картина: первое, баран Луи (семёрка треф) должен сделать что-то важное по приказу Фунта (туз пик). Второе, у Шалавы (дама червей) всё будет сначала хорошо, а потом произойдут какие-то неприятности. Третье, ротвейлеры (валеты) в городке с загаженным пауками названием зачем-то встанут на задние лапы. Кто такой (или такая) десятка треф, Дракула не сообразил, как и не сообразил, что тому (или той) понадобится около дуба.
Пока всё складывалось неплохо. Уж коль Ламврокакис помрёт богатым – чего говорить о свиньях! Удачи Шалавы означают, что Совету Свиней на этом можно погреть руки. Ротвейлеры на задних лапах?.. Ну, свиньи тоже так ходят часто, значит, псы поумнеют, рассуждал Дракула.
Закончив с этой частью, мисс Иткинсон приступила к картофельному полю. Она высыпала на стол стакан муки, выпустила туда пауков из банки, а потом принялась читать их следы. В ведьмином бельме Дракуле вдруг померещился какой-то водоём с глиняными берегами…
- Так оно и есть, - бормотала гадалка, - вижу берег, воду, за ней картофельное поле. Вокруг факела́… Много факелов… Дым от них заволакивает поле… На воде доски, доски, доски… Ветер. Налетает сильный ветер…
«Кранты Пилкингтону! – радостно заключил Дракула. – Либо задохнётся в дыму, либо унесёт его ветром. А, может быть, в дыму не увидит осину, стукнется об неё лбом и сойдёт с ума». Но вслух уточнил:
- А доски?.. Это для гроба?
- Кому и для гроба… - загадочно пробубнила мисс Иткинсон, не отрываясь от паучьих следов. Потом перевела зрячий глаз на песочные часы в углу комнаты и уточнила. – Продлевать будете?
- Да-да, - засуетился Дракула и кинул на стол дублон, который тут же исчез в кармане передника мисс Иткинсон.
- Хорошо! – та довольная улыбнулась и придвинула поближе старый медный канделябр с единственной горящей в нём свечой.
Из гадания на воске Дракула узнал, что на Скотном дворе будет скрипеть оконная рама, туза пик назовут «козлом», а крышу амбара придётся перестилать заново. «Прекрасно! – решил Дракула. – Фунт – козёл (так ему и надо!), новая крыша – дороговато, конечно, но окупится со временем» … Со скрипящей рамой сейчас решать не стал, отложив на потом, и хлопнул копытом себе по лбу:
- Чуть не забыл! А Совет Свиней?
Мисс Иткинсон постучала кривым жёлтым ногтем по банке с пауками – те, секунду назад сожрав одного из товарищей, озабоченно забегали туда-сюда:
— Вот ваш Совет Свиней… - и ободрительно подмигнула. – Зато почти все живы.
- Ну живы – и слава богу! – пробубнил Дракула и после второго дублона попрощался.
Фунт с любопытством слушал рассказ, особо те места, где разъяснялся смысл гадания по картам, паучьим следам и фигурам из застывшего воска. (Дракула, правда, опустил часть, где говорилось, что туз пик – козёл) Немного странным Фунту показалось, с какого перепугу Ламврокакис помрёт не просто богатым, а очень богатым?
- Вы ничего не путаете? – уточнил он.
Дракула качнул головой:
- Увы, двух толкований быть не может!
В целом, Фунт остался очень доволен: перспективы приятные, местами неожиданно-приятные, на горизонте замаячила кончина мистера Пилкингтона и замаячили все остальные бонусы за его терпение, мудрость и политическую прозорливость.
Но! Не принято у свиней почивать на лаврах достигнутого, вперёд и только вперёд! Картофельное поле само себя не подарит.
