проговорил он. — А теперь мне кажется, что это диалог. Я задаю вопрос мыслями, сомнением, движением смычка. А она… она отвечает звуками, которые через нее прошли. Через эту древесину. Может, и мы все так же. Несем в себе отголоски всех, кто нас коснулся».
Наступила тишина, словно после красивого аккорда, который долго вибрирует в воздухе, растворяясь, но не исчезая совсем.
Алиса взглянула на свою доску, на скрипку, на книгу. «В математике есть концепция «странного аттрактора». Хаотичная система, которая, тем не менее, стремится к определенной форме -
К сложному, бесконечно повторяющемуся узору. Может, мы просто частицы в таком потоке. А наши встречи — это моменты, когда траектории неизбежно сближаются, подчиняясь скрытой форме, которую мы не в силах разглядеть целиком».
Софья открыла сборник стихов на той самой странице. Лаванда была теперь бережно вложена в прозрачный конверт. «Автор этого письма так и не дописал, что такое судьба. Может, он и не должен был дописывать. Может, каждый должен дописать это сам. Своей жизнью».
Они пили чай, и за окном окончательно стемнело. Огни города зажглись, как россыпи далеких звезд. Каждый из них перешагнул через свою трещину в привычном мире — математик поймал чудо руками, музыкант увидел сон наяву, хранительница книг стала свидетелем того, как оживает метафора.
И, возможно, это и есть самое важное пересечение — не линий на плане метро, а границ внутри себя. Когда логика учится чувствовать, интуиция — доверять фактам, а вера в чудо находит свой собственный, образный язык. Мир продолжил вращаться, дождь стучал по стеклу окон башни, выписывая новые временные коды. А в этой маленькой комнате, среди книг и музыки, на миг воцарилась тишина — полная смысла, ожидания и тихого диалога между мерцающими частицами вселенной, которые мы зовем людьми.
Зайду ещё.