... И другие приключения Шурика

выдумщика, как Малышев.




§6. "Есменов"


Саша Есменов страшно (страстно) любил Смородина!
Всеми фибрами души!
Высоко ценил за поэтический склад!
Обожал и преклонялся!
Считал своим кумиром.
Фанатично.

Есменов — мальчик из порядочной, интеллигентной семьи.
Мама у Есменова работала педиатром в детской поликлинике.
Сам он учился на лечебном факультете.

Познакомился со мной, как и полагается, в лагере «Кировец».
Через некоторое время после знакомства он уточнил: «Моя фамилия не Ясменов, как все почему-то произносят, а Есменов. На «Е»!».

Саша был в абсолютном восторге от поэтических вечеров Павла Смородина.
Восхищался, когда видел меня задумчивого с томиком Блока в руках в то время, когда все вокруг загорают и развлекаются.
Визжал при виде оригинальной курительной трубки у меня в зубах!

Короче, Есменов — мой стопроцентный поклонник.

Рос Есменов в тепличных домашних условиях, не ведая о коварстве отдельных сторон жизни за утеплённым окном и превратностях судьбы.
Наивный, открытый и светлый.
Как родник чистой воды.

Там же, в «Кировце» на его беду ему попалась первая в его скромной жизни женщина.
Необыкновенной красоты дама с весьма порочными наклонностями.

Он безоглядно влюбился, считая встречу с ней предопределённой свыше и не ведая о богатой предыстории её взаимоотношений с мужчинами. Собственно, суть не в предыстории,  как таковой, а её укоренившемся образе жизни и мыслей.

Зоркая цепкая проститутка ловко окрутила наивного младенца.
На время притаившись и притворившись одной-единственной женщиной для Есменова, она сделала всё возможное для того, чтобы женить его на себе.

Когда я впервые увидел Есменова в обществе этой девицы, я мысленно поощрил его приключение, коих в лагере у нормальных парней случалось агромадное количество.
Но я не учёл простодушия и неискушённости Есменова, который не сумел адекватно оценить обычное траханье.

Он, как честный человек, после соития с женщиной, безоговорочно приговорил себя к женитьбе!
Наивный дурачок!
Его красавица давно и успешно преуспевала на ниве разврата.
Ещё учась в старших классах, она поняла все преимущества, которые дарит ей яркая броская внешность.
Грузины на чёрных «Волгах» подъезжали каждый вечер к её четырнадцатиэтажной высотке на проспекте Ленина и увозили рано созревшую девушку, ищущую приключений на свой передок, в беспроглядную темноту.
Чем-то она напоминала мне мою незабвенную Марину Зайцеву.

…После первой брачной ночи Есменов ехал в троллейбусе и был чернее тучи.
Даже случайно встретившись со мной, он не проронил ни слова, низко наклонив голову от переполнявшего его горя...

Не думаю, что его огорчило отсутствие девственной плевы.
(Скорее, он был в шоке от глубины и ширины раздолбанного влагалища невесты! )
Слухи о художествах жены дошли, наконец, и до него. ..

Жалею, что не срисовал вовремя психологический портрет Есменова, чтобы предостеречь от непоправимой глупости связать свою жизнь с фактической проституткой.

Я был уверен, что тот роман в спортлагере успешно разрешится, приобретя форму разовой случайной связи, о которой потом только приятно вспомнить.
Но я недооценил его «родниковость».
О чём и сейчас горько сожалею…