КН. Глава 5. Четыре лапки гения.

сомнительным, но чрезвычайно поучительным бэкграундом, с настолько неоднозначным витальным шлейфом за собой великий античный мудрец безвременно и почил. По воспоминаниям современников - внешне античный светоч ума казался лысым и невысоким, с маленькими бегающими глазками мужичком (мечтой рабынь и шлюх). Скончался великий основоположник всех современных наук в возрасте шестидесяти двух лет в 322 году до нашей эры, может быть, просто не выдержав бремени своей неоднозначной славы, но не исключено, что и тяжести тех самых форм откровенно паразитирующей материи, в том или ином виде приохотившихся кататься на нём.

Согласно другой версии – по приговору злопамятных Афин, совершенно уставших от него, Аристотель принял яд аконит, сделанный из цветка и корнеклубней лютика ползучего (Ranunculus repens L.). Как известно яд цикута (из веха болотного), к которой первые демократические граждане мира приговаривали в 399 году до н.э. «овода Афин» Сократа, ученика Анаксагора из Клазомен и поставщика неотразимых гетер для великого стратега Перикла, действовал чересчур долго и слишком медленно. За это время можно было слишком много наговорить, что Сократ с успехом и продемонстрировал, на пороге смерти в устной форме и в общих чертах основав всемирную философию. По свидетельству Платона за долгие часы довольно бодрой агонии от болотного сельдерея умирающий, но неустанно расхаживающий творец своей майевтики, великого философского «искусства повивальной бабки» (ею, как мы помним, работала его чрезвычайно дальновидная матушка) со всем этим основополагающим и покончил. Успел наговорить друзьям, ученикам и прочим согражданам, сбежавшимся поглазеть на его затянувшуюся кончину, много чего дополнительно лишнего и про власть предержащих его ненавистников, пока основательно не обделал весь правящий синклит колыбели цивилизации, исключая конечно Перикла. Отчего впоследствии и вознёсся выше всех мудрецов своего времени, хотя рукописных трудов после себя и не оставил. Сжигать за ним было нечего, гетеры вовремя разбежались. Платон передавал последние слова Сократа одному из учеников: «Критон, мы должны Асклепию петуха. Не забудь отдать». Какого именно петуха имел в виду Сократ, был ли он ощипан. об этом Платон благоразумно умолчал.

Семьдесят семь лет спустя правящий синклит Афин, он же Ареопаг поступил куда более сноровисто и эффективно. Мало ли кто успеет оседлать опасного гения напоследок, затем въехать на нём туда, куда простым смертным въезд заведомо запрещён, и его устами по примеру Сократа начнёт обличать очередную преступную власть. Снова будет потом шум и катавасия в аду, богам сие может не понравиться, всем недосмотревшим такой казус правителям выпишут штрафной круг-турне по всем кругам ада. Поэтому с Аристотелем власти поступили более осмотрительно, предельно сократив время и возможности его агонии. Радикально сменили отраву. Добровольно выпитый концентрированный отвар тогдашней королевы ядов из повсюду растущего лютика ползучего, а именно аконита, сразу вызвал у приговорённого гения Аристотеля паралич дыхания, потом сердца и в итоге прикончил действительно доставшего всех светоча античности буквально за полчаса. Так что на этот раз новому опасному вольнодумцу, посмевшему возвысить голос против власти, было не до новых великих откровений или тем более обличений.

Так Аристотель и прошествовал в положенное ему небытие. Без плача близких, горестных восклицаний хватающих за руки детей и друзей. Без оставшихся верными учеников, а также обожаемых рабынь, наложниц и гетер. Но при бессмысленном гвалте юродствующей галёрки граждан и при полнейшем безмолвии респектабельного партера сильных мира того. Никто не оказывал ему должного респекта и уважения. От простой отмашки власти глухота и немота тут же воцарились вокруг. Потому что на свет появился его величество полный игнор, оказавшийся наилучшим оружием правителей и конкурентов!

Таким образом, наиболее радикальный способ борьбы с инакомыслами был найден и сформулирован задолго до современных расправ. Исконно преступная власть ещё в четвёртом веке до нашей эры, две с половиной тысячи лет назад нашла наилучший способ давно назревших проводов на тот свет лучших из лучших своих граждан. Сразу - яд или пули им в головы, а потом и концы в воду. Всё-таки энергозатратные публичные сожжения на кострах, изощрённые сажания на кол, распятия, неопрятные четвертования, неэстетичные повешения, расстрелы, уколы ядовитым зонтиком, «Новичок», полоний, все-все эти замечательные мастер-классы насилия, той самой повивальной бабки истории, были у власти конечно впереди. Но главное было ею ещё тогда понято и определено для себя абсолютно жёстко и недвусмысленно. Именно с тех самых пор с действительно вольными философами, тем более с инакомыслами и еретиками никто особо не валандался. Потому что против по-настоящему независимого, никем никогда не приручаемого и взявшего силу человека ни одна власть не устоит. Она за те ранние прецеденты своего столкновения с реальной человеческой свободой это чрезвычайно хорошо поняла и сразу крепко усвоила образ самого непримиримого и основного своего противника. Её непосредственные кураторы с того света (рая и ада) также прониклись абсолютной необходимостью именно таких действий против действительно вольного и неустрашимого человеческого духа.
Аврелий Августин (Блаженный) высказывался на эту тему так: «всякая власть от бога», а «сам по себе человек и есть дьявол». В таком случае зачем им обоим ещё и этот самый для них страшный конкурент?! Вот поэтому против свободного человеческого духа бог с сатаной всегда выступают единым фронтом. В составе единой античеловеческой коалиции.

И всё-таки, что там с пресловутыми четырьмя лапками, которые Аристотель явно же не от балды приписал именно мухе?! Почему и в самом деле он так начертал в своей «Метафизике», что на самом деле он имел в виду?! В чём состоял метафизический смысл тех самых мушиных лапок?! Может быть, тут он в аллегоричной форме имел в виду самого себя, горемычного скитальца по гетерам или своё учение?! Или всё-таки нечего тут огород городить на пустом месте и четыре лапки - всего-навсего, хоть и грубейший, но всё же нечаянный и поэтому вполне извинительный промах, допущенный великим гением в своём колоссальнейшем, действительно основополагающем труде «Метафизика»?! Оно и в самом деле так - чтобы в кропотливо разрабатываемых 14 фундаментальных томах, вдобавок беспрерывно отвлекаясь на всякие подпитывающие его приблудные формы, и не сделать ни единой ошибки или описки - такого просто не может быть. Кто хоть раз писал аналогичное, тот знает.

Четыре лапки гения - просто его естественный и неизбежный промах. Можно подумать, сам бог не навалял кучу грубейших ошибок и глупостей при делании человека. Так ведь и в американской Декларации независимости, также написанной от винта и от руки, аналогично имеется ровно четыре грубейшие ошибки, причём, так и не исправленные, а как есть оставленные на века. Хотя Томас Джефферсон писал её всего-навсего семнадцать дней и вполне мог бы сто раз перепроверить небольшой текст, там же не четырнадцать томов. Однако именно в неисправленном, небрежном виде, с несуразными лапками-ляпами та Декларация также вошла в историю человеческой цивилизации. В том первозданно шероховатом облике она и по сей день хранится в контейнере из пуленепробиваемого стекла с инертным газом, который в свою очередь пребывает в недрах Национального архива в Вашингтоне.
Когда рукою гения водят бог-вдохновитель или дьявол-искуситель, суть конечно не в допущенных по ходу вольных или невольных ошибках, а в глубинном содержании впервые изложенного целостного, обоснованного и сформулированного смысла. Поскольку лишь тот не ошибается, кто ничего не делает. А исправление или усовершенствование чего-либо, как например ремонт квартиры или редактуру текста, никогда закончить нельзя. Это можно только прекратить.
Поэтому в истории человечества они закреплены навеки неотредактированными, какими и родились.
Четыре лапки у мухи и в довесок - Декларация независимости.