Новый метод лечения от пьянства.(Случай на работе.)

В девяностых годах я работала заведующей мужским общежитием. Контингент в общежитии был разный. Одну половину здания занимали командированные, которые приезжали из Алтайского края, и Казахстана для работы на нашем металлургическом заводе, а другую- постоянные жильцы, которые работали на этом же заводе. С постоянными жильцами было тоже не так просто. В их состав входили пенсионеры, отработавшие на заводе всю  жизнь и ушедшие на заслуженный отдых; лица, побывавшие в местах заключения и освободившиеся по УДО, работающие на заводе и другие работники завода, жившие в других общежитиях, и сосланные на исправление в мое общежитие.
Дело было в среду. Я как всегда провела планерку со своими работниками. Получив задания, они разошлись по своим рабочим местам, а мы с Натальей, моим кладовщиком, занялись отчетами.  К полудню наши отчеты были готовы и мы, после долгих трудов решили попить чаю. Вдруг кто-то постучал в дверь кабинета, где мы находились и, приоткрыв её, громко спросил:
- Можно?
Я подняла голову. На пороге кабинета стоял  наш жилец. Одет он был в «совдеповскую» белоснежную майку и черное спортивное трико. В руках он держал какую-то свернутую черную ткань, по крайней мере, мне так показалось.
- Входи Валера. Что случилось?- Спросила я.
- Александровна, мне помощь нужна, женская.- Он переминался с ноги на ногу.
Я немного напряглась, так как это был не простой жилец. В прошлом он отсидел восемнадцать лет за убийство ( в пьяной драке убил собутыльника).
- Валера, не тяни кота за хвост. Говори конкретно, что надо.
- Да, вот, я себе брюки купил, а они длинные. У меня сегодня свидание. Не могу же я к ней, как чмошник прийти.
Он опустил глаза в пол, и продолжил более уверенно.
- Мне, короче, подшить их надо, а я не умею.
 Он поднял глаза, и посмотрел умоляющим взглядом. Я выдохнула, и только теперь заметила, что он был безупречно выбрит.
- Валера, у тебя появилась девушка? Красивая? - спросила я, вставая со стула, и выходя из-за стола.- Какой разговор. Неси брюки, сейчас всё устроим.
- Она хорошая.- Он заулыбался, и в глаза его засветились от счастья.
- Ну, Валера, мы с Натальей за тебя рады. А брюки, то где?
- Да, вот они, у меня на руке.- Валера вытянул руку.
- Вот видишь, бросил пить и счастье тебе улыбнулось. Глядишь и женишься. Мужик ты добрый, работящий. Пошли к вахтерше за ниткой с иголкой.- Улыбаясь,  сказала Наталья.
 Мы вышли из кабинета и направились к вахте.
- Валентина, найдутся ли у нас черные нитки и иголка?- Спросила я вахтершу.
- Конечно, есть, София Александровна. А зачем?
- Да вот брюки Валерке подшить. Он у нас на свидание идёт!
Валерка засмущался и покраснел.
- Ой, Валера, я за тебя так рада. Давайте, я сама ему брюки подошью.- Предложила Валентина.
- А вы за входом приглядите. Заходи в комнату, сейчас всё сделаем в лучшем виде.
 Мы зашли в комнату, где обедали и переодевались вахтерши. Комната была большая. Там находился диванчик, который стоял напротив двери, небольшой шифоньер, а возле окна стоял письменный стол с ящичками, и две табуретки.  Мы с Натальей сели на диван, что бы лучше было видеть,  кто входит и выходит. Валентина пошла к столу, за нитками и велела Валерке встать на табурет, что бы ей удобнее было отметить длину брюк.
Валерка послушно взял табурет.  Поставив его по середине комнаты, он в мгновение ока, вскочил на него и улыбнулся.
- Валера, а ты в детстве на Новый год читал стихи деду Морозу, стоя на табуреточке?-  Вдруг спросила Наталья, слегка прищурив глаза.
- Да! А что?- ответил Валерка, улыбаясь.
- Может, вспомнишь детство и прочтешь нам что - нибудь?- Попросила Наталья. – Всё равно на табуретке без дела стоишь.
Валерка замялся.
- Да, ладно, Валерка. Слабо, что ли? Здесь же все свои, или ты стесняешься?- Сказала я и улыбнулась, глядя прямо ему в глаза
 Я знала, что многие жильцы меня уважали и с удовольствием выполняли мои просьбы.  Это уважение появилось после того, когда я  вытаскивала  их из милиции, куда они частенько попадал из- за драк,  защищала их перед работодателями, когда они из-за синяков и побоев не могли выйти на работу. Я считала, что это была моя обязанность перед ними. Ведь я была заведующей и несла за них ответственность, но при всем при этом я могла их строго наказать.
- Нет, я не стесняюсь. Я просто ничего не помню, ну может басню. Только можно я отвернусь к окну, не люблю, когда на меня смотрят.
- Хорошо! Отворачивайся и читай.- Сказала я.
Валерка, отвернулся к окну, и начал громко декламировать, жестикулируя руками.
- Попрыгунья стрекоза лето красное пропела…
Пока он читал, Валентина закончила наметку брюк, и отошла в сторону,  с улыбкой наблюдая за происходящим.
В это время в проеме двери показался Алтын, начальник вахты, который привозил командированных для работы на заводе из Казахстана.
 Увидев на табуретке высокого бритоголового мужика в черных брюках и  белой майке из  под которой торчали бицепсы, украшенные татуировками  тюремной тематики, читающего басню Крылова, Алтын потерял дар речи. Он смог только кивком головы задать немой вопрос: Это что?
 Наталья, сделала серьёзное выражение лица, и произнесла голосом не терпящим возражений:
- Это мы так мужиков от пьянки лечим.
У Алтына глаза округлились  так, что стали больше очков, а на лице застыл ужас. Алтын исчез из проема двери, как будто его ветром сдуло, и в тоже время Валерка соскочил с табуретки, как ошпаренный.
- Евгеньевна, ты чего меня позоришь?
Наталья подошла и, обняв, потрепала его по голове.
- Мы просто с Софией Александровной пошутили. Никто ничего не видел.
Наталья посмотрела на меня, ища поддержки.
- Валера не обижайся, мы просто между собой пошутили. Извини, если обидели. Мы  же не со зла.- Сказала я мягким извиняющимся голосом.
Валерка улыбнулся и произнес.
- Да ладно, я не обиделся. Я же понял, что это шутка.
Напряженную обстановку окончательно разрядила   Валентина.
- Что стоишь? Снимай брюки и садись, жди. Я их быстренько подошью.
Валерка в мгновения ока снял брюки и остался в трико. Мы с Натальей делали серьезный вид и только усилием воли сдерживали смех. Когда брюки были готовы и Валерка довольный убежал к себе, мы дали волю своим эмоциям. Когда приступ хохота закончился, я вспомнила об Алтыне, и решила посмотреть,  куда он делся. На крыльце и возле здания его не оказалось. Не было и автобуса, на котором он обычно привозил вахту. Зайдя в здание, я произнесла:
- Интересно, зачем приходил Алтын? Обычно он привозит вахту. А тут ни автобуса, ни людей. Странно. Наталья, пойдем, пообедаем, а потом  я пойду на раппорт.
- Что-то рано ты собралась?
- Да в бухгалтерию надо зайти, сверку сделать.
- Иди мой руки, а я пока разогрею.- Сказала Наталья, и отправилась в свой кабинет.
Раппорта у нас проходили каждую среду , в здании, где было общежитие для ИТР. На первом этаже этого здания находилась контора и все наше начальство.
Когда я вошла, вахтерша, сидевшая за столом при входе, поздоровавшись, сказала:
- София Александровна, вас просила зайти Светлана Сергеевна. Срочно.
Светлана Сергеевна – это моя начальница.
- Нина Викторовна, вы случаем не знаете, зачем она меня вызывает? Как у неё с настроением?
- Настроение у неё нормальное. Они с Сергеем Петровичем вас ждут.
-  Хорошо, я сейчас зайду.
 Я пошла в бухгалтерию, чтобы там снять и оставить верхнюю одежду. В голове у меня кружился  рой мыслей: зачем я понадобилась моим начальникам? Да ещё и срочно. Ругать будут или помилуют? К чему готовиться? Так как начальница у нас была женщина крутого нрава, мы не всегда знали, что ожидает нас в её кабинете, и поэтому без особой причины старались туда не попадать.
Я шла по коридору к её кабинету, как на расстрел, в уме перебирая события, которые могли бы спровоцировать вызов меня к ней, да ещё срочно.
Постучавшись, я  приоткрыла дверь и, заглянув, спросила:
- Светлана Сергеевна, вы меня вызывали?
Светлана Сергеевна и Сергей Петрович сидели за столом и о чем-то разговаривали. Услышав мой голос, они повернули головы в мою сторону, и заулыбались. Это был добрый знак. Значит, ругать не будут.
- Ну, проходи звезда.- Сказала Светлана Сергеевна, хихикая.
У меня все внутри похолодело. Неужели я ошиблась и мне предстоит взбучка. Но за что? Я зашла в кабинет и, закрыв дверь, осталась стоять на пороге, не смея пройти дальше.
- Здравствуйте, все!- Сказала я и, приложив руку к области сердца, спросила:- Я что-то натворила, что вы меня звездой обозвали?
Тут в разговор вмешался Сергей Петрович.
- Конечно, натворила.- Сказал он и захохотал.
 Я стояла в замешательстве, ничего не понимая.
- Да, что произошло? Объясните толком. Я ничего не понимаю.
Светлана Сергеевна и Сергей Петрович, показывая на меня пальцем, и давясь от смеха говорили:
- Она ничего не понимает? Жалоба на тебя поступила.
У меня округлились глаза. Честно говоря, мне было совсем не до смеха.
- Какая жалоба?
- Говорят, ты мужиков обижаешь?- Сказал Сергей Петрович, давясь от смеха.
- Я? Когда? Кого?
 Я ничего не понимала, и самое страшное, я не знала, как реагировать на претензию моих начальников. Меня смущали две вещи: слово « жалоба» и его смех.
Немного успокоившись, Сергей Петрович продолжил.
- Понимаете, София Александровна, ко мне сегодня  пришел начальник  Казахстанской вахты, с просьбой поселить его людей в другое общежитие. На вопрос в чем причина, ответил, что вы София Александровна  совсем озверели. -Сергей Петрович , еле сдерживая смех, продолжал.-  Вы используете запрещенные приемы. Вы заставляете своих жильцов вставать на табурет, и читать стихи до тех пор, пока они не поклянутся, что никогда не будут употреблять спиртные напитки. Он сам лично видел эту экзекуцию. Как вы мне это объясните?
Пока он все это говорил, я силой воли сдерживала смех. Меня выдавали, только вздрагивающие от молчаливого хохота плечи. Я медленно сползала по стене на стул, который  стоял возле двери. И после последнего вопроса, я просто расхохоталась в голос. Немного успокоившись, и извинившись за свое поведение, я рассказала то, что было на самом деле. Мои начальники долго смеялись вместе со мной.
После того, как приступ смеха закончился Сергей Петрович, при мне позвонил Алтыну.
-  Алтын это Дальнев. Я побеседовал с заведующей, она вас не тронет. Но мужиков предупредите, на всякий случай, чтобы не пили. Я не могу вас переселить в другое общежитие, так как для командированных предусмотрено только это. В других общагах  у меня нет столько свободных мест.
 Я слушала  и  улыбалась. Мне было приятно, что начальник не изменил правила