Поэтому конкретный человек в своем сознании получает только одну жизнь, несмотря на то что его индивидуальное сознание как частица голограммы, гнездившееся в нем вплоть до его смерти, существует вечно в дискретном процессе бесконечно сменяющихся разнообразных жизней.
Как бы то ни было, сознание и бытие, то есть система в текущем времени на базе живого, не могут существовать друг без друга, однако они, как едины в своей основе, так и вступают во взаимодействие в разделенном состоянии в виде неживых объектов с одной стороны, и живых существ, ассоциирующих в себе неживую материю и сознание, точнее, являющихся носителями сознания, с другой стороны.
Каждое сознание в живом окружают другие сознания в живых существах. Они, в свою очередь, «окутаны» материальными объектами другого рода, которые предоставляют себя индивидуальным сознаниям в живом так, как те способны их принять в свое существование. Да и сами индивидуальные сознания могут действовать в чужих для себя измерениях только через материальные носители этих измерений. Подобный процесс определения себя в конечном позволяет индивидуальному сознанию, как минимум, жить в низших формах, но всё-таки ощущая себя посредством них.
Высшая форма сознания, то есть форма, осознающая себя, уже способна не просто ощущать себя, но – отделять себя от всего иного, а значит, и целенаправленно воздействовать на это отделенное.
Что же, собственно, больше всего нужно сознанию от мира в конечном, и что оно может сделать здесь?
Сознание в человеке может многое: и мыслить, и действовать, и любить, и ненавидеть, и страшиться, и радоваться. Оно может познавать окружающий мир и себя, и делает это, развивая себя этим.
Но само по себе накопление знаний может идти бесконечно, что обессмысливает его. Одно стремление к знаниям вытесняет все остальные стремления, которые не менее, а, быть может, более важны для развития сознания. Люди прекрасно понимают, что от многознания они не становятся лучше, оно часто отягощает их, да и индивидуальному сознанию интересно только то, к чему у него есть склонности, к чему его влечет.
Рядовая жизнь с ее заботами, тяготами, огорчениями, волнениями, печалями и редкими моментами наслаждения, восторга, конечно, хороша сама по себе, позволяя каждому индивидуальному сознанию находиться в гуще событий, и не только в качестве статиста. Тут чувствуется биение общего, с которым сливается отдельное сознание. Поэтому каждый человек не желает отделяться от этого общего, и так цепляется за жизнь.
Но познание и жизнь - это ли самое главное, к чему стремится сознание?
Узнать это главное можно попытаться, если понять, что, прежде всего, делает каждое индивидуальное сознание. А оно в собственном конечном создает самое себя, формируя свое собственное время, или свое «настоящее». Что оно тут сделает, то и её. Плохо ли, хорошо, но отнять это невозможно у него. Это самоделание обеспечивают сознанию окружающие его материальные объекты, от которых оно способно через ощущения своего носителя отобрать информацию, обработать ее, обращая по ходу дела на что-то внимания больше или меньше в этом своем «настоящем». То есть без осмысливания и прочувствования сознанием поступающей информации с превращением конечного информационного продукта в деяния жизнь для человеческого сознания превращается в растительное существование.
Однако человек не только получатель информации, он и ее потенциальный источник. Какой ему смысл копить всё в себе. Он, видя подобные себе сознания, желает поделиться с ними тем, что накопил: и знаниями, и жизненными впечатлениям, и, в свою очередь, получить от них, быть может, что-то полезное или интересное. Он может попросить помощи и сам помочь кому-то не только советом, но и действием.
Значит, самое главное из того, что нужно человеку, а значит, и его сознанию, что он хочет и без чего не может жить, - это выразить себя. Человек может думать о себе или других что угодно, но он всегда стремится оставить после себя нечто конкретное, чтобы его помнили: что-то посадить, построить, кого-то воспитать, придумать новую теорию, написать книгу, песню, сделать изобретение, помочь ближнему, или, наоборот, наказать, унизить, победить, подчинить, сломать, уничтожить, погубить, и т д.
Всё это вместе не имеет отношения к злу и добру, а всего лишь означает стремление человека как-то улучшить столь несовершенный мир по своему разумению. Но мир всё никак не улучшается, а человек всё никак не успокаивается. Ему, видимо, не дано понять, что несовершенство мира заложено в нем самом. Сам же он как конечное никогда не станет совершенным, да это и ни к чему, поскольку лишает его возможности борьбы, развития, выражения собственного несовершенства ради бесконечного избавления от него.
Понятно, что выразить себя человеческое сознание может только через окружающие его материальные объекты, как бы оживляя их собой, будь то книга или саксофон, что показывает нераздельность сознания с бытием, возможность собственной реализации в полном виде только в нем.
Так что идеалисты всех мастей, при желании, могут призадуматься, а материалисты – отдать должное сознанию, а не только якобы производящей всё движущейся материи.
Человек никогда не сможет узнать, что представится его сознанию после выхода его из конечного, то есть после смерти. Однако, если сейчас, когда он жив, в силу сливающихся в его сознании последовательных мгновений настоящего мир перед ним и в нем не прекращает движения, подобно картине от стрекочущей киноленты, то и после его смерти движение для сознания как активного не может прекратиться.
Мир не может застыть, он, перед сознанием и в нем, может только трансформироваться в совокупность иных материальных объектов, движущихся по-иному вместе с сознанием и согласно с ним. Происходит это потому, что бытие может определяться только в настоящем времени сознания - в отрыве от сознания оно не существует так же, как и сознание не существует без бытия. Сознание представляет собой как бы стержень, вокруг которого вращается бытие. Выньте стержень, и все рассыплется, превратится в хлам.
Как бы то ни было, каждому человеку, в отличие от невыразимой бесконечности, понятно про время то, что он сам находится в его потоке, по крайней мере, до того момента, пока он не умрет. И неважно для него, субъективен или объективен этот процесс.
Каждый человек понимает, что он, в отличие от животных или растений, обладает самосознанием, то есть он может в общении с подобными ему, пользуясь накопленной базой данных и оценивая непрерывно поступающую со всех сторон информацию, планировать собственные действия, или предвидеть свое будущее, которое на самом деле никогда не наступает, так как всё происходит в его настоящем.
Человек, прежде чем приняться за дело, строит в уме модель собственных действий или поступков, которые не связаны, как у животных, только с проблемами выживания, а скорее, связаны с его часто немотивированными желаниями, мечтами, фантазиями, жаждой новых знаний, ощущений, в чем, собственно, и состоит его свобода. И когда человек лишается или его лишают этих стремлений, которые кажутся отнюдь не необходимыми для текущей жизни, он теряет смысл жизни, превращаясь в тупую, а часто и жестокую скотину.
Что такое сознание наука не определила до сих пор. Наука даже не смогла понять, откуда взялось сознание, и от безвыходности решила признать сознание продуктом естественного развития всего живого, хотя откуда взялось само живое, наука тоже до сих пор не знает.
Если исходить из того, что сознание есть высшее звено бытия, которое именно потому, что способно к осознанным действиям, в частности, и к планомерному преобразованию бытия, а не просто к приспособлению к нему, то сознание берет бытие на себя не только как подчиненную и вспомогательную материю, но и как опору для себя, без которой сознания просто не могло бы быть, то есть сознанию надо где-то проявляться отнюдь не просто для существования, что не приличествует сознанию, но для собственного изменения и развития - неостановимого и бесконечного в неисчислимых сочетаниях меняющихся ситуаций, событий, что возможно только в процессе взаимодействия индивидуальных форм сознания и материальных объектов.
События случаются только с сознанием или на глазах сознания. В противном случае это уже не события, а бессмысленные изменения неживых объектов, ведущие к тепловой смерти в соответствии с законом неубывающей энтропии.
Любое событие есть информационный случай, а информация – это прерогатива сознания. Отсутствие сознания означает отсутствие событий, потому что сознание есть со-бытиё. Удаление сознания из бытия есть потеря текущего времени с его однонаправленностью и необратимостью.
При этом, процесс съема информации сознанием в живом не разрушает текущую реальность, тогда как для неживых объектов в основном существует вещественно-энергетический обмен, который провоцирует разрушение или даже аннигиляцию взаимодействующих объектов.
[justify]Именно время есть необходимое условие каких угодно событий. Ход событий может быть разным в различных условиях, но он неостановим – он не имел начала и у него не будет конца, поскольку, если бы время остановилось, произошло обнуление всего, или разрыв бесконечности и исчезновение сознания вместе с бытием. Это является еще одним доказательством того, что время создается и удерживается в бытии сознанием в живом как необходимый для него процесс снятия информации с
