МАША: Германа!
Галина замирает с чашкой в руке, не донеся её до рта.
МАША (подметив реакцию подруги): Ааааааа... Живы ещё чувства-то, живы...
Галина не сразу отходит от зависания. Всё-таки доносит чашку в заданном направлении, отпивает и давится. Начинает откашливаться.
Подруга похлопывает её по спине.
ГАЛИНА: Что? Кто? Какие чувства? Ты о чём? Столько лет прошло. Да и потом... Я его особо-то и не любила...
МАША: Ой-ой-ой..., не любила она. Ты уж мне-то не рассказывай! Сколько слёз было пролито на мои многострадальные колени по поводу тех отношений, которые у вас тогда...
ГАЛИНА (перебивает): Так! Маша! Стоп!
МАША: Ну...
ГАЛИНА (перебивает): СТОП! СТОП! СТОП!
Галина вновь подносит чашку ко рту, начинает пить, Маша в этот момент как бы невзначай заканчивает свой рассказ.
МАША: Я ему сказала, что иду к тебе.
Галина опять давится, откашливается. Отставляет чашку на стол. Маша похлопывает по спине подругу.
Галина, отдышавшись, смотрит неодобрительным взглядом на Машу.
Та, кривится в виноватой ухмылке.
ГАЛИНА: Ты что с ума сошла? Ты зачем ему про меня-то вообще напомнила?
МАША: Так ведь я не просто так! Я вообще не хотела ничего о тебе говорить. Само как-то так вышло. Пересеклись случайно, поздоровались. Слово за слово. Он спросил как ты, ну я и сказала что всё хорошо. Иду сейчас как раз к тебе.
ГАЛИНА: Обо мне, значит, спрашивал...
Галина смущённо уводит взгляд в сторону.
МАША: Угу...
Качают обе головами.
МАША: Знаешь, какой он стал... ой... Я бы прям запала на него, честное слово. Но у меня ведь Витя.
ГАЛИНА: А у меня Стасик. Так что давай это... без этого всего ладно?
МАША: Ладно.
Молчат.
ГАЛИНА: Какой он там сейчас? Такой же блондин?
МАША: Нет. Тёмненький. Но ему даже так лучше. Выправился, статный такой.
Качают обе головами в нелепой задумчивости.
ГАЛИНА: Ясно. Ну, встретились и встретились. Перекинулись словцом да разбежались. Что тут такого.
Галина берёт свою чашку, начинает отпивать, но Маша как всегда вовремя успевает сказать веское словцо.
МАША: Он сказал, что тоже забежит через полчасика ненадолго.
Галина выдувает ртом всё, что успела туда набрать, смотрит со злобой на подругу.
ГАЛИНА: Что?
МАША: Что? Я-то тут при чём? Чего ты на меня так смотришь? Он спросил, живёшь ты, дескать, по тому же адресу или нет. Я ответила, что там же. Ну, он и сказал что заскочит.
ГАЛИНА: А ты что?
МАША: А я что?
Маша разводит руками...
ГАЛИНА: В смысле?
Галина повторяет жест разведения рук.
ГАЛИНА (на пределе сдерживания эмоций): Что ты сказала, стерва!!!
МАША: Я сказала, что ты наверняка будешь рада повидаться...
ГАЛИНА (в бешенстве): Ах ты...
Галина хватается руками за горло подруги, но тут раздаётся звонок в дверь.
Маша спасительно показывает на дверь.
Звонок в дверь повторяется.
Галина машет отрицательно головой, давая понять, что она не намерена открывать дверь, и продолжает душить Машу.
МАША (сдавленным удушающим криком, громко): ИДУ!!!
Галина разъярённо вскакивает с места, вскидывает руки вверх, растопырив пальцы, наконец, освободив горло подруги.
ГАЛИНА (не сдерживания эмоций): Как бы дала! (замахивается одной рукой на подругу)
Маша пытается отдышаться, пользуясь случаем..., подбегает к двери открывает её.
Галина стоит спиной к двери. Она изрядно нервничает.
Играет тихая лирическая композиция.
Входит Герман.
Он прекрасен. Высокий, широкоплечий, ухоженный. В белом пиджаке и белых брюках. Приятная располагающая улыбка.
Герман аккуратно прикрывает за собой дверь, окидывает взглядом Галину, потом смотрит на Машу.
Маша показывает сигналами, что Галина не очень расположена к данной встрече. Но это ничуть не смущает Германа. Он подмигивает Маше, дарит ей большую шоколадку. Маша млеет.
Герман уверенно, но почтенно подходит к Галине.
Она не оборачивается. Чувствует, что за спиной стоит он, нервничает ещё сильней, кусает губы, смотрит в потолок, томно вздыхает, но не поворачивается.
Герман разворачивается, отходит медленно, Галина поворачивается. Герман останавливается.
Они словно чувствуют друг друга. Их действия очень хорошо согласованны.
Маша умильно наблюдает.
Герман стоит спиной к Галине, медленно поворачивает голову в пол оборота, Галина резко отворачивается всем телом, вновь встаёт к Герману спиной.
Герман понимающе кивает, отворачивается обратно, делает ещё пару шагов в сторону двери.
Галина оборачивается к нему, протягивает руки, делает к нему шаг и замирает. Она вся на нервах, она неуверенна в себе. Она не знает, что ей делать и как себя вести.
Герман останавливается. Не оборачивается.
Галина смотрит ему в спину, подпирает рукой локоть, закрывает лицо.
Герман расстёгивает пиджак, достаёт небольшую, но очень красивую бутылку коньяка. Протягивает её на вытянутую руку в сторону, не глядя. Не понятно кому и для кого.
Не понимает никто, кроме него и Галины, которая обращает внимание на этот жест. Взгляд её меняется. Робость исчезает. Она смотрит на бутылку с неподдельным интересом и восхищением. Подходит ближе... ближе... Берёт бутылку в свои руки, Герман отпускает, коньяк, опускает голову, не смотрит на Галину.
Галина прижимает бутылку к груди, подходит сзади к Герману и нежно его обнимает.
Маша совершенно ничего не понимает. Смотрит на всю эту ситуацию, пребывая в полнейшем замешательстве.
МАША: Может, объясните? Я что-то... ничего не понимаю. Что всё это значит?
ГАЛИНА (нежно, продолжая трепетно обнимать Германа): Ты просто не знаешь, подруга, что это за бутылка...
МАША: Насколько я разбираюсь в алкоголе, смею предположить, что это коньяк!
[justify]ГАЛИНА (отпускает Германа, подходит к подруге): Эту бутылку мы купили с ним на нашем первом свидании. Для того чтобы распить её на втором. (Делает небольшую паузу, смакует момент воспоминаний) Но, на втором свидании до неё как-то руки не дошли. (Делает небольшую паузу, смакует момент воспоминаний) Всё произошло так стремительно, так... Словом, было не до того. Потом... Потом третье, свидание, четвёртое... А коньяк всё стоял и стоял, ждал
