ИЗОЛЬДА (неубедительно): Так это... тебе я купила. У тебя же день рождения скоро, вот я и подсуетилась!
АЛЬБЕРТ (с подозрением): Ну да..., скоро. Буквально через... (считает про себя) семь месяцев...
ИЗОЛЬДА (неубедительно): Ну да..., через семь...
АЛЬБЕРТ (с подозрением): Ну и?
ИЗОЛЬДА (неубедительно): Ну, так..., а я там... Там распродажа была просто, по акции взяла, ну чтобы потом не переплачивать. Ну что там. Пена для бритья, да станок. С тремя лезвиями, между прочим. Оно же.., ну в смысле это всё, оно же не имеет срока годности почти. Так что, вот... (Уже более уверенно, даже нахраписто) Сюрприз хотела сделать, между прочим! Ты какого чёрта залез за душевую кабину?
АЛЬБЕРТ (с подозрением): А ты знаешь, я что-то подумал: - А не там ли мой второй шлёпанец? Заглянул и точно. Полез доставать, а за ним смотрю – подарок для мужчины. Ну, явно мне, разумеется, кому же ещё.
ИЗОЛЬДА (пакостливо, но уверенно): Ну, разумеется тебе, кому же ещё.
АЛЬБЕРТ (с подозрением): А скажи-ка мне, моя заботливая дорогая жинка, что вот это такое?
Альберт вынимает вторую руку из-за спины, там ещё один набор для бритья, такой же.
Во взгляде Изольды читается паника.
АЛЬБЕРТ (с подозрением): Тоже по распродаже? Это уже на следующий день рождения, я так понимаю? Чтобы ещё и инфляцию миновать?
ИЗОЛЬДА (нервничая): Ну... Ну а что такого? Ты же ведь бриться не перестанешь через год?
АЛЬБЕРТ (с подозрением): Год и семь месяцев.
ИЗОЛЬДА (нервничая): Ну да, год и семь месяцев.
АЛЬБЕРТ (с подозрением): А что же только два набора взяла? Через два года и семь месяцев я, по-твоему, всё-таки бриться перестану? Отпущу бороду, усы, и подамся в отшельники?
ИЗОЛЬДА (пытаясь выпутаться): Аааа.... А я не знаю почему! Женская логика так работает, что ты от неё хочешь?
АЛЬБЕРТ (зрителю): Хм! Так вот в чём секрет женской логики! Дамы и господа, я наконец-то разгадал этот секрет тысячелетий. Хорошо устроились (показывает на жену). Как только начинает в семейных отношениях пахнуть жареным, то сразу раз – а это женская логика, дорогой! (Жене) Я понял. Надо полагать, на вопрос, почему один подарок лежит за душевой кабиной, а второй, непосредственно на душевой кабине – это тоже всего-навсего особенности женской логики, и удивляться тут особо нечему?
Изольда разводит руками, кивает. Её утвердительная мимика подтверждает слова Альберта.
АЛЬБЕРТ (немного нервно, очень волевым тоном): Я к соседке..., за советом. Надо обсудить c ней эту ситуацию. Мне срочно нужно дать... совет!
Альберт бросает на пол подарки, которые нашёл в душевой. Демонстративно скидывает один шлёпок, и в одном уходит к соседке. Изольда пытается его остановить, но он непреклонен. Отталкивает жену и скрывается из виду.
Изольда тяжко вздыхает, упирает руки в бока, лицо её выражает смятение.
ИЗОЛЬДА (зрителю): Ну, конечно, я эти наборы для бритья совсем не Альберту покупала, он вообще бреется электробритвой, у него на лезвия раздражение. Это... один соседу, один коллеге по работе, он тоже заслужил, так сказать. Ну и... Хм. Хорошо ещё за раковиной не посмотрел мой местный сыщик. Там ещё третий такой же набор лежит, ещё для одного очаровательного юнца. Ухлёстывает за мной уже третий месяц. Нет, я честно ему сказала, что у меня есть мужчина, и что я его даже, может быть, люблю. Но он такой настырный. Такое телосложение у него не по годам сформировавшееся. Такой весь... (показывает руками и мимикой крепкого накаченного парня) Ну в общем, третий набор для него.
Изольда прохаживается по сцене, сложив руки на груди, что-то там себе думает. Останавливается, смотрит в зрительный зал.
ИЗОЛЬДА (зрителю): А что Вы на меня так смотрите? Ну да..., вот такая я ветреная натура! Самой стыдно, иногда, но поделать с собой ничего не могу! Да и не хочу! (Обращается к женской части аудитории зала) Ну, девушки... женщины, Вы же меня понимаете? Ну, сами посудите. Вы Альберта видели? Ну, вообще ни разу никуда. Нет, он забавный парень с ним не соскучишься. Но когда к тебе подкатывает такой... весь такой (опять показывает жестами и мимикой в предвкушении и с ностальгией) И ты, конечно, сопротивляешься, ты же приличная девушка, но он так настойчив и так темпераментен, что... Что совести у меня, в общем, нет, признаю. Зато то, что у меня есть... ООООООО.... что у меня есть. Такого ни у кого из Вас нет, наверняка. Этот юнец он такой... такой... Чем-то напоминает мне нашего соседа. О! Кстати, про соседа!
Изольда бежит к двери, пробегает мимо оставленного второго шлёпанца Альбертом. Обращает на шлёпанец внимание, останавливается, задумывается. Надевает один шлёпок на босу ногу и в одном убегает к соседу в предвкушении чего-то такого совсем не детского.
5
Сцена без слов.
Полумрак.
Играет тихая лирическая музыка.
Домой возвращается уставший, не слишком весёлый Альберт. Он задумчив. Нерасторопен. Медленно прохаживается по сцене. Судя по выражению лица, он думает о чём-то высоком. Прохаживается по комнате, поправляет какие-то рабочие бытовые монеты. Может быть, покрывало на диване, может быть, на скорую руку наводит порядок в шкафу. Собирает подарочные наборы для бритья с пола, аккуратно ставит их в одну кучку. Ему на глаза попадается их семейная фотография, где он вместе с Изольдой. Фото должно быть немаленьким, чтобы зритель видел. Может быть это картина (или может быть шарж).
Альберт бережно держит эту картину или фото, смотрит с любовью, прижимает её к себе. Трепетные чувства охватывают его. Он ставит картину (фото) на место. Достаёт из тайничка бутылку виски, прикладывается к ней довольно серьёзно и уходит со сцены.
Музыка продолжает играть.
В квартиру возвращается Изольда.
Она довольно потрёпана, измучена. Но не счастлива. Лицо и весь её вид выражает опустошённость и разочарование.
Она присаживается на какой-то атрибут домашней мебели. Сидит, думает. Печально охватывает свою голову руками, качает головой.
Встаёт, прохаживается по комнате, одарив зрителя несчастным взглядом, если это возможно, то со слезой.
Она отворачивается, смотрит хозяйским глазом на комнату, поправляет какие-нибудь оставленные Альбертом штрихи. Старается навести порядок очень нежной заботливой хозяйской рукой. Ей на глаза попадает совместное фото (картина), которую только что держал в руках Альберт.
Изольда берёт эту картину в руки, прижимает к груди, садится вместе с ней и опускает голову.
Немного погрустив, ставит картину на место, набредает на три подарочных набора для бритья, которые прибрал Альберт. Берёт их в руки, смотрит печально и выбрасывает беспристрастно в урну все три. Затем прикладывается к бутылке виски. «Добивает» её. Уходит спать, на ходу нервно и обречённо тряся головой.
Музыка стихает.
ЗТМ.
6
Позднее утро, шторы задёрнуты, посреди комнаты валяется один унылый шлёпок с левой ноги. Второго нет. Световик освещает этот одинокий атрибут обуви.
В комнату на четвереньках вползает Альберт. Он явно чувствует себя не самым лучшим образом, о чём говорит его помятая небрежно расстегнутая рубаха, которая частично заправлена в семейные трусы, а так же бросаются в глаза разлохмаченные волосы и припухшая физиономия.
Альберт что-то бурчит себе под нос. Не то мычит, не то скулит, не то стонет.
Ползёт к центральной части сцены, доползает до шлёпанца, запинается об него рукой и падает.
АЛЬБЕРТ (лёжа на полу в нелепой позе): Ой, что-то мне сегодня неможется..., совсем.
Вздыхает, пытается восстановить первоначальное ползущее положение, но в итоге садится на пятую точку и смотрит удивлённо – нигилистически в зрительный зал. Шлёпанец лежит рядом с ним.
[justify]АЛЬБЕРТ (философски, зрителю): Ну вот! Что я Вам говорил. Моя жизнь – это... Это просто какой-то нескончаемый день сурка. Опять мой шлёпок, и опять он один! Ничего не меняется в этом бренном мире! Ровным счётом