Восьмое марта я не люблю. Нет, я, конечно, за равноправие и всё такое, но когда тебя тридцать лет подряд поздравляют с “праздником весны и красоты”, а за окном снег по колено и у тебя насморк, как-то не верится ни в весну, ни в красоту.
Но работать надо. Айтишники, как выяснилось, выходных не имеют. Если сервер упал, ему плевать на гендерные праздники. Он лежит и ждёт, пока ты придёшь и поднимешь.
Утром восьмого марта я встала, сварила кофе, натянула джинсы, свитер, сверху пуховик - и поехала. Настроение было так себе. В метро традиционно дарили цветы, но мне не досталось. Я даже немного обиделась: ну почему всем, а мне нет? Потом вспомнила, что у меня наушники в ушах и лицо такое, какое бывает, когда наступил на конструктор Лего босой ногой, но виду не подаёшь. Такому лицу цветы не дарят. Понимаю.
От метро до офиса идти минут десять. Обычный маршрут: вдоль дома с вывеской “Продукты”, мимо вечно запертой палатки, через двор, потом под арку и к бизнес-центру. Дорогу я знаю наизусть, могу с закрытыми глазами идти.
В тот день глаза у меня были открыты. Но это не помогло.
Я шла по двору, смотрела в телефон, проверяла рабочие чаты. Там уже вовсю переписывались: коллеги-мужчины слали гифки с мимозами и открытки со стихами. Я листала, ставила лайки, даже улыбалась пару раз. Потом подняла голову, чтобы перейти дорогу, сделала шаг...
И провалилась.
Земля ушла из-под ног мгновенно. Я даже понять ничего не успела. Только почувствовала, что лечу куда-то вниз.
Приземлилась я на что-то мягкое. И мокрое. И, судя по запаху, не очень свежее. Минуту сидела, пытаясь осознать, что произошло. Сверху виднелось небо и край асфальта. Метра полтора, не меньше.
— Твою ж дивизию, — сказала я вслух.
Где-то надо мной залаяла собака. Потом затихла. Потом раздались шаги.
— Эй, — крикнула я. — Есть тут кто?
Шаги остановились. Надо мной появилась чья-то голова. Мужчина в каске, с очень удивлённым лицом.
— Ты как туда залезла? — спросил он.
— Я не залезла, я упала, — ответила я, отряхиваясь. — А вы, я так понимаю, местный?
— Я прораб, — сказал мужчина. — Мы тут теплотрассу меняем. Траншею вырыли, ограждения должны были поставить. Не поставили ещё.
— Ограждения? — переспросила я. — А я, значит, должна была догадаться, что в центре города, на тротуаре, посреди бела дня — яма глубиной почти два метра?
Прораб почесал затылок.
— Вообще-то здесь тротуара нет, — сказал он виновато. — Тротуар вон там, — он махнул рукой куда-то в сторону. — А вы шли по газону.
Я огляделась. Сквозь грязь, в которой я сидела, действительно пробивалась пожухлая прошлогодняя трава.
— Я шла на работу, — сказала я жалобно. — У меня там сервер упал. И вообще, сегодня Восьмое марта.
— С праздничком, — сказал прораб.
Я засмеялась. Сидела в яме, в грязи, с телефоном, который чудом не разбился, и смеялась. Потому что это было настолько абсурдно, что оставалось только смеяться.
Прораб протянул мне руку. Я ухватилась, он дёрнул, и через минуту я стояла на краю. Вся в коричневой грязи, с мокрыми джинсами и, кажется, с веткой в волосах.
— Может, помочь чем? — спросил прораб.
— А у вас душ есть? — поинтересовалась я.
Прораб развёл руками.
— Нету.
— Тогда спасибо, я сама как-нибудь.
Я отряхнулась, насколько это было возможно, и пошла дальше. Проходя мимо витрины, глянула на своё отражение и охнула. Вид у меня был такой, будто я не на работу шла, а с ночной смены на торфяниках. Волосы торчат в разные стороны, на щеке грязь, пуховик сзади тёмно-коричневый.
В здание я заходила как ни в чём не бывало. Охраны в нашем бизнес-центре не было, только турникет. Я приложила карточку, турникет пискнул и пропустил меня. Единственный мужчина в этом здании, которому плевать, как я выгляжу. Железяка бесчувственная.
В лифте я ехала одна, чему была несказанно рада. Потому что входить в приличный офис в неприличном виде — это полбеды. А вот объяснять случайным попутчикам, почему от тебя пахнет болотом и где ты взяла такую интересную ветку для волос — это уже перебор.
В отделе меня встретили овациями. Ну, как овациями — парни заржали, увидев мой наряд. Ленка, наша дизайнер, сразу полезла в шкаф и достала запасные джинсы, которые хранила там для аварийных ситуаций.
— С тебя пиво, — сказала она. — За то, что я теперь без запасных штанов.
— С меня ящик, — пообещала я.
Мораль? Да какая там мораль. Не смотри в телефон, когда идёшь, — это и ежу понятно. Но если уж судьба решила, что сегодня твой день — она найдёт способ тебя поздравить.
