издеваются.
- Уже всё поняла. Попробуем во всём разобраться.
- Карина, не получится. У меня две судимости по таким же статьям, а у одного из этих парней папа, какая-то шишка. Та девушка заявление не напишет.
- Уже написала, хоть ей уже и угрожали.
- Да?! – на его лице мелькнула нежная улыбка.
- Так, Вовка, слушай меня! – стала командовать следователь. - До суда будешь делать, что я скажу. Сейчас вместе составим протокол допроса, ты подпишешь.
Когда со всеми формальностями было покончено, Карина спросила:
- Ты, где живёшь?
- Там же, с матерью, - и с какой-то гордостью добавил. – Она пить бросила.
- Работаешь где?
- В разных поединках за деньги участвую.
- В спортивных? – спросила Карина.
- Во всяких, где деньги платят.
- Так, Вовка, отпускаю тебя по подписку о невыезде. Из дома никуда не выходить, - подвинула лист. – Распишись здесь!
- Спасибо!
***
Следующий рабочий день начался весьма бурно. Не успела она зайти в свой кабинет, как к ней ворвался Хомский и с порога закричал:
- Почему вы арестовали моего сотрудника.
- Выйдете! Переоденусь, потом вас вызову, спокойным голосом произнесла Карина.
- Что?
- Вы что-то не поняли? Мне охрану вызвать?
- Ну, ладно? – посетитель немного сбавил тон и вышел.
Переоделась не торопясь. Открыла дверь кабинета:
- Как вас там? Заходите!
- Я – Хомский.
- Ну, и что вам надо? – Карина села в своё кресло.
- Вы вчера задержали моего сотрудника…
- Ах, вот вы кто! Ваш сотрудник угрожал свидетельнице преступления. Я завела на него дело по статье сто девятнадцатой.
- Какое ещё преступление?
- Ваш сын с друзьями напал на девушку. После того, как они выйдут из больницы, я их задержу.
- Что-о-о? – и закричал. – На каком основании?
- На основании заявления той девушки, на которою они напали. Опираясь на статью тридцатую подведу их под статью сто тридцать первую. Это очень нехорошая статья.
- Да я вас…
- Я ещё не закончила, - не боялась Карина всех этих крутых. – Если кто-нибудь из ваших сотрудников подойдёт к Любе Тихоновой, задержу на сорок восемь часов и вас. Вы хорошо меня поняли? До свидания.
- Вы понимаете, с кем разговариваете?
- Я сказала: до свидания!
- Ну, ладно! Поговорим по-другому.
И Хомский вышел из кабинета.
***
Этот день прошёл плодотворно. Удалось поговорить со свидетелями, адреса которых ей дал оперативник Макар и даже найти видеозапись с регистратора одного из таксистов, приехавших в тот вечер за клиентом. Запись была с того момента, как Люба подошла к окну кафе.
Карина заехала на работу за Любой и позвонила Владимиру.
Собрались в её кабинете, чтобы обсудить этот весьма интересный ролик.
Тут следователь обратила внимания, что её подопечные как-то рассеяно реагируют на её слова. Стараются сосредоточиться, не смотреть друг на друга, но их взгляды невольно встречаются.
«Для неё он рыцарь, герой, спасший ей от хулиганов, для него она лучик света, надежда вернуться к нормальной жизни».
Когда все вопросу по их делу были решены, Карина твёрдо произнесла:
- Сейчас я вас развезу по домам…
И тут дверь открылась. Зашёл представительный мужчина;
- Здравствуйте, Карина Андреевна! – вежливо произнёс он. – Я адвокат Сергея Сергеевича Хомского. Мне необходимо поговорить с вами.
- Я занята, посидите в коридоре!
Посетитель пожал плечами и вышел.
- Так, кажется, я в ближайшее время я не смогу отвести вас домой.
- Карина…, - произнёс Владимир, но тут же поправился. – Карина Андреевна, я провожу Любу до дома.
- Ладно, - она попыталась скрыть улыбку. – Только без всяких приключений. И пригласите этого адвоката.
Адвокат зашёл и вновь представился:
- Я – Яков Эммануилович Черняк, адвокат Сергея Сергеевича Хомского.
- Присаживайтесь! Я вас слушаю.
- Приношу от имени Сергея Сергеевича извинения! Он не слишком вежливо вчера вёл себя с вами, сказалась усталость, у него был нелёгкий день.
- Яков Эммануилович, давайте ближе к делу! – поторопила следователь, и тут же мелькнула мысль. – «Кто мой папа, они уже знают».
- Сергей Сергеевич, сказал, что вы хотите подвести дело в отношении его сына под сто тридцать первую статью.
- Почему бы нет?
- Карина Андреевна, это же абсурд. Вы не сможете это сделать, даже опираюсь на статью тридцатую.
- Почему? У меня есть показания двух свидетелей, которые видели начало драки и, из-за чего она началась. Кроме того, есть видео. Желаете посмотреть?
Она повернула монитор в сторону адвоката, и стала наблюдать за его лицом, стараясь отгадать его мысли, замелькавшие в голове.
Тот посмотрел ролик до конца, хмыкнул и задумался. Просчитав все варианты развития этого дела, предложил:
- Карина Андреевна, давайте сделаем так! Сын Сергея Сергеевича и его друзья придут к вам и заберут заявления, уверен, они ещё не зарегистрированы, и мы с вами похороним это дело.
- Нет, Яков Эммануилович, всё будет по-другому. Если они заберут заявление, то я их отпущу под подписку о невыезде, и буду вести дело по двести тринадцатой и по сто пятнадцатой статьям, и ваши подзащитные отделаются примирением сторон или штрафом, для вашего подзащитного незначительным. Если не заберут заявления, то их доставят, и я задержу их на сорок восемь часов. Со свободными одиночными камерами у нас в изоляторе проблемы, и их посадят в общую камеру. А я подведу их под сто тридцать первую.
- Карина Андреевна, а вам не кажется, что вы опасную игру затеяли. А ради чего?
- Я стою на службе закона. Если почувствую хоть какую-то опасность против моей семьи или Уварова с Тихоновой, найду подходящую статью и против вашего Сергея Сергеевича. Давайте на этом закончим нашу беседу!
Проводив адвоката, следователь набрала на телефоне номер своей подопечной:
- Слушаю вас, Карина Андреевна! – а голос, хоть и немного испуганный, но такой счастливый.
- Ты до дома дошла?
- Да… мы…
- Владимир рядом?
- Да.
- Ладно, гуляйте!
- Спасибо. Карина Андреевна!
***
На следующий день пришёл сын Хомского со своими друзьями и адвокатом. Забрали заявления и ушли. Карина посмотрела им вслед:
«Похоже, адвокат понял, что дело окончится примирением сторон. Я и сама в этом не сомневаюсь. С Вовкой они легко договорятся. Ведь выходит, Чертёнка обидели. Он скорее согласиться пять лет отсидеть, чем оказаться на суде в качестве потерпевшей стороны.
Я доведу это дела до суда, а там пусть решают, как хотят. Моё начальство это тоже вполне устроит. Получается, они как бы ни при чём, но и Хомского с небес опустили. Тот хоть будет знать, что закон и для него существует.
Ой, пора домой! Время шестой час. Муж, наверно, уже вернулся».
***
Прошло два месяца.
То дело завершилось, как Карина и предполагала, и уже стало забываться. Другие дела, голова забита другими мыслями. С думой об очередном деле она и вышла из отдела в конце рабочего дня.
Возле её машины стояли Владимир и Люба.
- Здравствуйте, Карина Андреевна!
- Здравствуйте!
Она видела, что у тех радостное и загадочное настроение, и эта радость передалась ей.
Люба подала яркую открытку:
- Карина Андреевна, у нас с Володей в эту субботу свадьба. Приходите со своим супругом и дочерью!
- Какие вы молодцы! Конечно придём.
Карина встретилась взглядом с Владимиром. Он совсем не был похож на чертёнка. Перед ней стоял взрослый серьёзный мужчина.
Сейшельский эхнатон
Малой и Планчик, парни двадцати пяти лет, освободились в один день в середине осени, отсидев два года, вместо трёх. И, естественно, вышли без гроша в кармане. ФКУ УИИ УФСИН по их городу (Федеральное казённое учреждение «уголовно-исполнительная инспекция Управления федеральной службы исполнения наказаний»), где они были обязаны отмечаться, предоставляла занятия, от которых нельзя было отказаться, но не работу. А деньги друзьям были нужны.
Ольга, двоюродная сестра Малого, попросила их поработать в приюте для животных «Хвостики», обещая небольшие, но деньги.
— Мы же на подачки существуем, — объяснила она, — на благотворительности, бюджет скудный, еле животным на корм хватает. Но и вам что-нибудь выделим.
Парни взялись за дело. То, чем они занимались в приюте, мало чем отличалось от занятий на зоне: корм разносили и там, и там. Обитателей приюта было жалко. Если на зону попадали за дело, то животные сюда за что?
В начале ноября Ольга привела двух собак тёмно-коричневых, кучерявых и троих страшненьких щенков.
— Что это за порода, Оль? — спросил Малой.
— Лабродудль, так красиво называется эта дизайнерская порода собак. Смешали лабрадора и пуделя, и вот что получилось.
Ольга указала на двух кучерявых собак.
— Красиво, — сказал Малой.
— Да, но на самом деле это не порода. Дворняжки, если по-честному. А если их вязку сделать между собой, то получатся вот такие чупакабры.
Ольга указала на щенков и продолжила:
— Людям денег девать некуда, вот и отдают за всякую дрянь бешеные деньги. Лучше бы у нас собаку взяли. И то, и то — дворняга, но у нас бесплатно.
— Может быть, эти две — брат с сестрой, отсюда и такие щенки.
— Да нет, Саш, у разных зоодизайнеров, говорят, покупали. Это генетика. Даже в первом помёте — рожает сучка щенков, так заводчик красивых отбирает на продажу, а уродливых убивает. Или какому-нибудь удаву на корм продаёт.
— Сволочь, — искренне сказал Малой. — И сколько стоит дизайнерская собака?
— По-разному, от трёхсот до пятисот тысяч рублей.
Малой присвистнул от удивления.
— Ни фига себе, — сказал он.
— Да ты гонишь, — не поверил Планчик.
— Почему? — сказала Ольга. — Нет.
И достала из-за пазухи маленькую собачку, коричневую, как плюшевая.
— Вот, знакомьтесь: мальтипу по кличке Тяпа. Смесь мальтийской болонки и мини-пуделя. Хозяева отдали за неё пятьсот тысяч рублей. Им пообещали, что она не требует выгула, ест горстку сухого корма в день, не гавкает и не грызёт мебель и обувь. А если вязку сделать с такой же, то пятьсот тысяч можно отбить за один помёт, ещё и навариться при этом. На проверку оказалось, что это не так. Вот её нам и отдали.
— Бесплатно? — спросил Планчик.
— Конечно.
— Да ты, Ольга, стала полумиллионершей. Её продать можно?
— Не думаю. И не хочу людей обманывать, отдам бесплатно в хорошие руки.
— Это чудо тоже дворняга?
— Тоже, Саша.
— Симпатичная такая дворняжка.
Малой бродил по приюту молчаливый, что-то обдумывал. Потом сказал Планчику:
— Слушай, Паш, а мы можем и сами подняться, и приюту помочь.
— Это как? — заинтересовался Планчик.
— Если людям денег девать некуда, почему бы им не помочь от них избавиться? Сделаем доброе дело.
— Не тяни.
— Слушай, что я придумал.
***
В кафе «Шабран» зашёл прилично одетый молодой человек с собакой на поводке и вежливо попросил позвать хозяина. Появился хозяин — Мусаев Хасан Валидович.
— Что такое случилось?
— Понимаете, — начал молодой человек, — у меня очень важная деловая встреча в Деловом центре. А туда с собакой не пускают, можно только у двери её привязать, охранники за ней присмотрят, но на улице холодно и собака дорогая — порода сейшельский эхнатон. Можно она у вас посидит? Она не лает, не кусает. Два часа, не больше.
Молодой человек вытащил пятитысячную купюру и протянул её Мусаеву.
— Это вам за беспокойство.
— Конечно, — Хасан Валидович забрал купюру, — но не больше двух часов.
— Разумеется, — обрадовался молодой человек, — даже меньше.
Прошло где-то минут сорок, может быть, немного больше, в кафе заходит другой молодой человек,
2:2