растревоженный муравейник. И вдруг...
- Вот он, - нашёл! - Раздался крик Петра Симоненко. Он припал к смотровым стёклам поднятого им перископа и в полной тишине, воцарившейся в бункере, стал изучать последствия катастрофы.
- Ну что там, что вы видите? Не томите Пётр Николаевич. - Не выдержала первой Юлия Тимошенко.
- Что, что там произошло?
- Что видно?
Посыпались один за одним вопросы, сливаясь единый гул.
Симоненко не отрываясь от перископа, поднял руку. Моментально опять воцарилась мёртвая тишина. Он начал тихо и как-то удивлённо комментировать увиденное им:
- ...Бежит матрос, бежит солдат - стреляют находу. Рабочий тащит пулемёт, сейчас он вступит в бой. Висит плакат: "Долой господ..."
- Да нахрена он нам Михалкова читает - заорал, узнав первым, знакомые ещё со школьной скамьи стихи Виктор Балога.
Ну-ка отойди, - грубо оттолкнув в сторону Симоненко, припал к перископу Янукович. Около минуты молча всматривался в перископ Виктор Фёдорович, а когда он оторвался от этого занятия и повернулся к окружающим, то всем стало как-то жутко - более глупого выражения лица у лидера оппозиции не видел ещё ни кто. Наконец он каким-то совершенно растерянным голосом произнёс:
- Ничего не понимаю. Кино там что ли снимают?
В это время, сменивший его у перископа Арсений Яценюк, вдруг громко расхохотался. Всем на мгновение показалось, что он сошёл сума, но тот вдруг неожиданно сквозь смех спросил:
- А где Вовкун, где министр культуры?
Все переглянулись. Министра культуры среди них не было.
- Наверное, не успел..., или может быть забыли предупредить - послышались предположения.
- А в чём собственно дело? Причём тут Вовкун?
- Скажите пожалуйста, какой сегодня день? - прекратив наконец смеяться, но с улыбкой выражающей явное превосходство над всеми, поинтересовался министр иностранных дел.
- Ну апрель... - 1 апреля.
- Вот!
- Постойте, постойте - вы хотите сказать, что это первоапрельский розыгрыш?
- Именно. И устроил его Вовкун. Загнал нас сюда, а там наверху разыгрывает это светопреставление, это кино.
- Ну. мудак, подожди, я над тобой тоже пошучу - зло прошипела Юлия Владимировна, добравшаяся наконец-то до перископа.
- Так, спокийно, люби друзи, без эмоций, сейчас выйдем и я розберусь, что это за цирк там наверху устроили - вдруг вновь почувствовал себя президентом Виктор Андреевич.
- А уж как я разберусь... - почесал кулак Янукович.
- Господа, пановэ - опомнитесь! Послышался взволнованный голос учёного.
- Ведь всех оповестил о катастрофе лично я и моё ведомство. И я лично наблюдал приближение к Земле "НЛО", и даже высчитал время столкновения... При чём здесь министр культуры?
В бункере вновь воцарилось гробовое молчание. Вновь кто-то громко зарыдал.
Апатия ко всему происходящему и чувство безнадёжности охватило правящую элиту. Все сидели и молчали, стараясь не смотреть друг на друга.
Первая не выдержала Анна Герман.
-Так дальше нельзя. Мы что, тут вечность будем сидеть.
Видимо потому, что она первой подала признаки жизни в этом мёртвом царстве теней, именно её и подозвал к перископу профессор, всё это время изучавший жизнь на поверхности.
- Посмотрите Анна Николаевна, Вам никого не напоминает эта дама? Он вежливо уступил ей место у наблюдательного пункта.
- Боже мой - не может быть?
То, что увидела Анна Герман, окончательно сбило её с толку.
По улице медленно, стреляя и фыркая, ехал допотопный автомобиль в котором лихо, заломив набок кубанку, развалившись на сидении, сидела вооружённая маузером и саблей, одетая в военный мундир перетянутый ремнями женщина, а рядом на подножке стоял, склонившись над ней и что-то говорящий женщине в самое ухо, человек в бескозырке и тельняшке. И если бы ни его красные гусарские штаны и наброшенный прямо на тельняшку овчинный тулуп, можно было бы предположить, что это моряк. Автомобиль сопровождала, пёстро одетая, полусотня всадников, видимо личная охрана этой неординарной дамы. Один из всадников держал развивающееся чёрное знамя с надписью: "Анархистский - пролетарский полк атамана Маруси". Но не это больше всего поразило наблюдательницу:
- Да ведь это же Витренко? - как пьяная отшатнулась от перископа Герман.
- Вот и мне так показалось, - подтвердил сомнения Анны Герман учёный.
- А этот странный матрос уж очень похож на Марченко - вам не кажется?
- Да-да-да, но ведь этого не может быть?
Все кинулись к перископу, и все, кто успел рассмотреть эту торжественно прокатившуюся мимо процессию, замечали обозначенное странное сходство.
- Всё! Я понял! Я всё понял! - Все замолчали и вопрошающе уставились на профессора.
- Вы, конечно, мне можете не верить, но иного объяснения всему происходящему я не нахожу. Нет, чёрт побери, - это мистика какая-то. - Вновь задумался профессор.
Да говорите же вы, чёрт побери, - не выдержал Азаров, - не томите людей.
- Вам, конечно, может показаться, что все, что я скажу относиться к области фантастики, но, увы, скорее всего это реальность...
- Да что, чёрт бы вас побрал вместе с вашей наукой?
- Ну, в общем, от столкновения с "НЛО" наша планета сместилась во времени, и мы попали в 1918 год.
В воздухе опять повисла гробовая тишина.
- Да, ну этого не может быть, - первым нарушил тишину Турчинов, - а как же мы? Мы-то ведь ни куда не сместились - во всяком случае, о себе я могу это утверждать с уверенностью.
- И я...
- Я тоже... - Послышались самоутверждающие отклики.
- Всё это конечно так, но, по-видимому, тот факт, что герметично изолированный от остального мира бункер, на данный момент является как бы автономной системой, волна смещения времени его не коснулась. Только так я объясняю всё случившееся, - в раздумье произнёс профессор.
- В любом случае надо кому-то выйти наружу и попробовать наладить контакт с внешним миром.
- Кому?
- Ну, если нет добровольцев, давайте действительно тянуть жребий.
- Ну да, сейчас разгерметизируемся, и эта волна хлынет и к нам. А я не хочу назад в революцию - я предпочитаю назад, домой, пусть даже в кризис.
- Не волнуйтесь, Виктор Андреевич - толчок сместивший планету во времени уже произошёл и волна прошла. Я думаю, нам с вами уход в прошлое уже не угрожает. Мы должны попытаться выйти и, наладив контакт с внешним миром, попытаться переломить ход истории и повести людей по цивилизованному пути, по пути создания такого государственного строя какой нужен нам. Понимаете?
- Ну что ж, давайте тянуть жребий.
- Эх вы, мужики называется!
Неизвестно, что за муха укусила Инну Богословскую, но она с презрением обвела взглядом стоящих рядом мужчин и решительно направилась к выходу из бункера. Открыв тяжёлую дверь она, немного постояв, шагнула в прошлое. Но тут же вновь вернулась. Оказавшись в чужом мире, ей вдруг стало страшно. Но увидев десятки устремлённых на неё взглядов, она вдруг поняла - отступать поздно, да и чувство самообладания в привычной среде вновь к ней вернулось.
- Дверь не задраивайте - я недолго, - и вновь шагнула в революцию.
Профессор припал к смотровым стёклам перископа и стал комментировать всё что происходило.
- Она идёт по улице... Остановилась. Мимо неё проходит отряд вооружённых рабочих. Все оглядываются. Почему-то смеются. Слава Богу, всё нормально. Мимо проезжает автомобиль с какими-то людьми в кожанках. Один из сидящих в нём похлопал водителя по плечу и указывает на Инну Германовну, но второй махнул рукой и автомобиль проехал мимо. Она идёт дальше... Мимо проходят какие-то люди... Зашла за угол.
- Ну, рассказывайте - что там?
- А что рассказывать, её нет, она скрылась за углом.
- Вот, наконец-то появилась - возвращается. Ей навстречу идут три пьяных матроса. Кажется у нас проблема. Они её не пропускают... Ну вот и всё.
- Что всё? Арестовали?
-Нет?
- Они что её убили?
- Да вроде нет.
- Так что же вы, чёрт вас побери...?
- Они её схватили и потащили в подворотню.
- Как потащили?
- Ну так - потащили и скрылись в подворотне.
- Ну-ка отойдите. Перископом завладел Луценко. Он долго молча рассматривал улицу и наконец, обернувшись к замершей в ожидании элите подтвердил
- Её не видно.
После долгого молчанья кто-то вдруг спросил:
- Ну что добровольцы ещё найдутся?
Ответом была гробовая
