тишина.
- А всё равно делать-то что-то надо. Что, так и будим сидеть, сложа руки?
- А что вы предлагаете?
- Опять разгорелся спор, опять возник извечный вопрос: "Что делать?"
За спором не заметили, как в бункер вошла Богословская. И только когда она устало упала в кресло, её заметили.
- Инна - живая?
- Ну что там, Инночка... Как вы?
- Рассказывайте не молчите.
Инна устало открыла глаза:
- Что вам рассказывать? Матросня - сволочи, животные, - и вновь, закрыла устало глаза.
Все стояли и чего-то ждали ещё. Но усталая женщина засыпала, и вдруг в полудрёме как бы продожая недосказанное...
- ...А всё же в революции что-то привлекательное есть...
Через минуту она уже спала и чему-то улыбалась во сне.
Будить её не стали. Но контакт с прошлым, в том виде в каком его удалось наладить Инне Германовне совсем не устраивал остальных узников бункера. Поэтому жребий всё же бросили и выпал он на Петра Симоненко.
Ну, видите Пётр Николаевич, всё-таки Бог есть, - выталкивая чуть ли не силой Симоненко из бункера напутствовал его бывший президент.
- Это почему же вы так решили?
- Ну как, ведь вы же коммунист - вам и карты в руки. Быстрее найдёте общий язык с народом.
Симоненко хотел было ответить, что мол все мы тут коммунисты, пусть некоторые и бывшие, но передумал. Что толку - жребий есть жребий. Он грустно улыбнулся и ушёл налаживать контакт с революционным народом.
Вы только недолго, а то ещё адаптируетесь и вход в бункер для вас как и для всех окружающих станет невидим. Всё же как никак, а здесь у нас другое измерение - последнее что услышал он, уходя в неизвестность.
Уже за углом Симоненко задержал патруль.
- Буржуй? Подозрительно разглядывая депутатское удостоверение вдруг как-то странно улыбнулся старший патруля.
- Да что вы товарищ, я коммунист.
- Говоришь коммунист, а мне так здаётся ты из бывших.
- Что вы, я старый ленинец. Марксист.
- Марксист говоришь? Ну ладно пошли - в ЧеКе разберутся.
Уже стемнело - перископ ослеп. Прошло уже немало времени, а разведчик-контактёр не возвращался. Таяла последняя надежда. Вдруг дверь открылась и в проёме появилась фигура Симоненко. Да, это был он, но в тоже время и не он. Одет он был весь с ног до головы в коже, и даже кепка была кожаной. На поясе висела кобура, а наган он держал в руке.
- Фу блин - насилу вас разыскал. Заходите товарищи смелее, смелее идите на мой голос. В бункер ввалилась толпа вооружённых людей.
- Вот они буржуи.
- Ничего себе контра, - оглянулся на вошедших коренастый матрос и надвинул на глаза бескозырку.
Да тут работы... Мыкыта, ану тащи сюда пулемёт...
Внезапно раздавшийся телефонный звонок подбросил президента с постели как катапульта. Дрожащей рукой, ещё не придя в себя после ночного кошмара, он взял трубку.
- Ало, ало нетерпеливо раздавалось в трубке...
- Да, здесь президент ...
- Извините, вас беспокоят из государственной обсерватории астрономии... Президент бросил взгляд на электронные часы-календарь. На табло высвечивалось. 1-е апреля, 6 часов утра.
