РАДИ ВЫСОКОГО РЕЙТИНГА. Глава 7. Ленинград, 1980 год.

плоть. Ей хотелось целовать, обнимать этого мужчину, как-то благодарить его за то удовольствие, которое он ей доставил, но у неё почему-то сейчас не было сил даже на то, чтобы сказать ему хоть что-то приятное. Вероятнее всего, в этом было виновато её ханжеское воспитание. А может быть, то, что из всех мужчин, с которыми Лариса когда-либо встречалась в своей жизни, Александр был первым, кто сумел доставить ей такое удовольствие. Она просто не знала раньше, чего вообще можно ожидать от секса, кроме брезгливости и отвращения, которые он у неё всегда вызывал. И вот теперь ей впервые попался мужчина, который заставил её позабыть обо все этих отрицательных чувствах. Напротив, благодаря ему, она побывала на небесах и вовсе даже не спешила возвращаться на эту грешную землю. Но показать ему хоть как-то свою радость она почему-то попросту не смела.

- Тебе было хорошо? – спросил, наконец, Саша, первым нарушив затянувшееся молчание.

Ларисе захотелось честно ответить ему, что так хорошо, как с ним, ей не было ещё ни разу в жизни, что она очень счастлива, что чувства и эмоции буквально переполняют её… Но она так и не решилась произнести все эти слова вслух и вместо этого просто довольно суховато проговорила:

- Да.

- Я рад, - кивнул Александр, похоже, ничуть не обиженный этой её непонятной холодностью. – Поедешь домой или останешься у меня на ночь?

- А как хочешь ты? – спросила Лариса, с некоторым страхом ожидая его ответа.

- А я хочу тебя, - сказал он, снова начиная ласкать её.

Лариса колебалась только мгновение. В общежитии её ждала лишь холодная комната, в которой теперь не ночевала даже её соседка, и пустая постель. Никто и не заметит, что она провела ночь где-то в другом месте. А здесь она могла рассчитывать на долгие часы любви и ласки, здесь был мужчина, который одной своей страстью сумел сделать её счастливой. Лариса никогда ещё не ощущала себя такой желанной. И не хотела, чтобы счастье закончилось так быстро.

- Тогда я останусь, - решилась она.

Саша только кивнул и нырнул под одеяло. Мгновение спустя Лариса почувствовала, как он раздвигает её ноги, и ощутила его горячий язык, проникающий в самые запретные глубины её тела.

- Ой, нет!.. – испуганно воскликнула девушка и села. – Не надо так!.. Это нехорошо!..

Руки Александра были нежными, но властными. Они заставили Ларису снова лечь на спину, несмотря на все её весьма слабые попытки сопротивления, и его язык опять погрузился в запретные глубины.

Блаженство, охватившее Ларису почти моментально, невозможно было выразить словами. О таких ласках она имела весьма поверхностное представление и уж, естественно, никогда ещё их не испытывала. Она искренне была уверена, что всё то, что делал с ней Саша, попросту непристойно и отвратительно. Но всё-таки это было очень приятно…

Испугавшись собственных мыслей и желаний, Лариса снова попыталась сесть.

Но Саша опять не позволил ей сделать это.

- Расслабься! – требовательно проговорил он, укладывая её обратно на постель. – Расслабься и доверься мне! И ты поймёшь, что в этом нет ничего страшного!

Девушка закрыла глаза и послушалась его…

* * *

Лариса родилась в маленькой деревеньке под Ярославлем. Родители её были пламенными коммунистами, готовыми жизнь отдать за Родину и партию, и всех своих шестерых детей они воспитали на тех же бессмертных идеалах. Тем более, что за примерами им далеко идти было не надо. Отец Ларисы, - местный участковый, беззаветно преданный своему делу и почитаемый за это односельчанами, - погиб, пытаясь задержать сбежавшего из тюрьмы опасного преступника, когда Ларисе было всего десять лет. Шестеро детей, старшему из которых, - единственному мальчику в семье, - только исполнилось двадцать два года, а младшей девочке не было ещё и годика, остались практически без средств существования.

Мать, Пелагея Павловна, работала от зари до зари на местной ферме и на собственном огороде, пытаясь поставить всех на ноги, но денег всё равно катастрофически не хватало. Спасибо односельчанам, - видя бедственное положение семьи, они помогали им, чем могли, иначе сиротам пришлось бы совсем худо. Старший сын вынужден был бросить институт и вернуться назад в деревню, чтобы помочь матери поднять пятерых сестрёнок, но и это не слишком облегчило положение в семье. Денег всё равно не хватало, и они жили в полнейшей нищете, экономя на самом необходимом.

Дети в этой семье рано становились взрослыми и, в меру своих сил, разумеется, старались помочь старшим. В деревне работа всегда найдётся, - были бы руки, - а уж трудолюбия им всем было не занимать. Поэтому, в принципе, через несколько лет финансовое положение этого дружного семейства стабилизировалось, и у них даже появилась возможность жить в относительном достатке. Но привычка экономить буквально на всём и просто панический страх перед нищетой заставляли их по-прежнему экономить каждую копейку, и всё то, что с таким неимоверным трудом и лишениями удавалось сберечь, откладывалось на чёрный день. Покупалось только самое необходимое: самая дешёвая еда и одежда, без которой просто никак нельзя было обойтись. Всё остальное считалось излишками.

Но, как ни странно, Лариса никогда не испытывала зависти к тем, у кого было больше денег. Практически с молоком матери она впитала потребность трудиться целыми днями, не покладая рук, и ей просто некогда было раздумывать о том, что кто-то, возможно, живёт лучше, чем она сама.

В семнадцать лет Лариса работала воспитательницей в детском саду и готовилась к поступлению в институт. Многие её подруги, тоже раньше одержимые подобной идеей, к тому времени повыскакивали замуж и остались в родной деревне. Но Лариса хотела от жизни чего-то другого. И поэтому она не обращала ни малейшего внимания на молодых людей и была целиком и полностью поглощена подготовкой к предстоящим экзаменам.

За месяц до её отъезда в город её лучшая подруга, забеременев от своего приятеля, тоже вознамерилась выйти за него замуж. На шумной свадьбе, как это было принято испокон веков, гуляла вся деревня. К ночи, пресытившись многочисленными закусками и устав от танцев, Лариса в гордом одиночестве и с некоторой тоской смотрела в след расходящимся парам. Она была, пожалуй, единственной, кто остался сегодня без кавалера. И в этот вечер девушка, наверное, впервые задумалась о том, правильно ли она делает, отказывая всем без исключения молодым людям, искавшим её расположения. Простое женское счастье, от которого буквально на глазах расцвела её подруга, вдруг на какой-то миг показалось ей куда более заманчивым, чем все те далёкие перспективы, которые маячили перед ней лишь где-то на горизонте.

- Скучаешь? – услышала она над самым ухом мужской голос и невольно вздрогнула от неожиданности.

Лариса подняла голову и увидела Виктора, двоюродного брата новоиспечённого мужа её подруги, который по случаю свадьбы родственника приехал аж из самой Москвы.

- Да нет, - отозвалась Лариса, польщённая вниманием такого видного кавалера.

Виктор жил в деревне уже пару недель и безумно нравился всем девушкам без исключения. Ещё бы, - москвич, красивый, видный, образованный, - таких мужчин здешние женщины ещё просто не видывали и поэтому были буквально очарованы им с первого же взгляда. Особый шик ему придавало то, что он сам не обращал на местных девушек ни малейшего внимания. При этом все знали, что он ещё холост, и это было просто вызовом для всех тех, кто жаждал хоть немножко погреться в лучах столичного солнца. Лариса, конечно же, тоже не совсем равнодушная к заезжему красавцу, была, тем не менее, слишком гордой девушкой, чтобы хоть как-то показать ему это. И то, что он сам обратил на неё внимание, было ей, без сомнения, более, чем приятно.

Виктор уселся на скамейку рядом с ней. Лариса искоса поглядывала на него с невольным восхищением. Да и не удивительно!.. Слишком уж отличался этот ухоженный модный мужчина от простоватых деревенских парней, не умеющих ни красиво одеться, ни правильно вести себя в приличном обществе. Зато уже сейчас пристрастившихся к водке и видевших, казалось, лишь только в ней смысл своей жизни.

- Братец сказал, что ты собираешься в город поступать в институт? – спросил Виктор, раскуривая сигарету.

- Да, - кивнула Лариса, с удивлением рассматривая его длинные тонкие пальцы с аккуратно подстриженными ногтями. У местных ребят руки были грубые, натруженные, и под ногтями всегда виднелся несмываемый слой грязи.

- В Ярославль? – продолжал свои расспросы Виктор, казалось, действительно заинтересовавшийся такой простой скромной девушкой, какой была Лариса. – Или к нам, в столицу?..

В его тоне звучала нотка некоторого превосходства, с которым жители Москвы привыкли обращаться к таким безнадёжно отсталым провинциалам, как они. Лариса уловила её, но не обиделась, потому что посчитала такое обращение вполне естественным. Она и сама с некоторых пор свысока смотрела на своих сверстников, остающихся в деревне, считая их совершенно пропащими и потерянными для общества.

Виктор насмешливо рассматривал её, ожидая ответа.

- Нет, - покачала головой Лариса и добавила с затаённой гордостью, которая, без сомнения, должна была произвести впечатление на её собеседника. – В Ленинград!

- Фи!.. – презрительно присвистнул Виктор, вовсе даже и не сражённый наповал её словами. – Да ты что, цыпочка!.. Таким невинным цветочкам вовсе не место в большом городе!

- Почему? – изумилась Лариса, не на шутку обиженная его снисходительным тоном.

- Деточка моя, - проговорил Виктор, покровительственно обнимая её за плечи. – Забудь-ка ты лучше всю эту дребедень, которой забита твоя глупая провинциальная головка! В городе тебя просто на части разорвут! Оставайся-ка ты лучше в своей родной деревеньке и живи себе спокойно, тихо и мирно! Выйдешь замуж за такого же наивного деревенского увальня, как и ты сама, устроишься дояркой на ферму и нарожаешь десяток ребятишек! А в городе тебя ждут одни только неприятности!

- Вот ещё!.. – рассердилась на его слова Лариса, резко скинула его руку и встала на ноги, намереваясь уйти.

- Ну, что я тебе говорил!.. – рассмеялся Виктор. – Таким, как ты, в большом городе делать нечего! Ты же недотрога, искренне верящая в то, что стоит ждать своего принца, который должен стать любимым и единственным! Вот и жди его здесь, - послушайся моего совета! Ты – славная малышка, но в городе тебя живьём сожрут! Там такие чистенькие девочки не приживаются!..

- Я собираюсь всего лишь поступать в институт, а не идти на панель! – сухо отозвалась Лариса и пошла прочь.

- А ты действительно полагаешь, что это не одно и то же? – с издевательским смешком бросил ей вдогонку Виктор. – Где ты собираешься там жить? В общежитие?.. А ты хоть знаешь, что такое общага?..

- Узнаю ещё, - холодно проговорила Лариса и решительно зашагала к своему дому.

Виктор догнал её и пошёл рядом. Лариса недоумённо покосилась на него, не понимая, почему он привязался сегодня именно к ней, но возражать не стала.

- Да не пугайся ты так!.. – с оттенком превосходства в голосе проговорил парень. – Я не кушаю маленьких наивных девочек!

- Во-первых, я вовсе и не боюсь! – сухо сказала Лариса. И, как ни странно, это действительно