хитрой улыбке, а в его глазах мелькнул огонёк. – Давай рассуждать логически.
– Давай.
– Во-первых, – он разжал пятерню и стал загибать пальцы. – Они все прекрасны на мордашку. Видела, кто в амазонках состоит? Сплошь симпатяги. Во-вторых, одеваются не как все. А скорее, как шлюхи.
– Вот и я думаю, что биологичка не туда резюме подала, – согласно кивнула девушка.
– Но опять же, даже в универе никто не сделал ей замечание. А если ты придёшь в её чулках и платье? Отчислят по-тихому, уже хорошо. А ей и слова плохого никто не сказал. Ректор мужик, но молчит. Только слюни глотает. То есть воля подавлена, но не инстинктом размножения. Они подчинили сам разум. И из этого следует третье. Уже давно изнасиловали бы. Но никто не рискнул. Ладно преподы. Люди взрослые. А студенты. Нам, молодёжи, только дай... А не дашь, возьмём силой. Или по-пьяни.
– Я поняла-поняла, – затараторила Ирма, понимая, что разговор уходит не туда. – То есть никто не возражает, хотя все недовольны. И наброситься никто не может, ни изнасиловать, ни уволить. Подчинили. Дальше что?
– А, дальше извести мужиков до того, зачем они нужны – носители спермы. Ну, и для тяжёлых работ, например, на заводах или шахтах. Смотри.
Он сунул руку под подушку и достал ноутбук. Видавший виды прибор издавал звуки рабочего механизма. Кислый откинул крышку и забегал пальцами по тач-паду. На экране стали появляться фотографии женщин и девушек. Ирма раскрыла рот от удивления. У Кислого оказались хоть и маленькие, но досье на многих считавшихся членами закрытого клуба «Городские амазонки».
– Теперь следи за мыслью, – деловито сказал Кислый. – Эта работает юристом, эта – нотариусом, тут у нас врач, тут вообще депутат. А эту узнаёшь?
Ирма сморщилась от презрения. С фотографии на неё большими грудями, плохо скрываемыми лифчиком, смотрела Надежда Викторовна.
– Они как евреи, – нервно хихикнула девушка.
– Очень рад, что ты читала «Протоколы сионских мудрецов». Да, они захватывают те профессии, которые управляют человечеством. Ирония судьбы заключается в том, что нас могут спасти только евреи. Может, они и уничтожат друг друга в борьбе за власть. Хе-хе. А если ты хочешь знать о самой организации амазонок, то тут я тебе не помощник. Сама знаешь, что о них ходят самые противоречивые слухи. Я даже не знаю кому верить, – Кислый виновато развёл руками.
– Да, понятно, – опустила Ирма взгляд. – Просто разузнать хотела.
– Не ври, – тут же встрепенулся Кислый. – Ко мне уже приходили девчонки, которые не знали, как от биологички избавиться, и собирали на неё компромат. Вот они просто разузнать хотели. А ты тут не просто так.
– Да, просто-просто, – вновь подал голос Антон. – Делать ей нечего. Она и мне все уши прожужжала с этими амазонками.
– У меня подруга пропала, – потупив глаза, ответила Ирма. – Она тоже хотела к этим примкнуть. Катя Рыжова. Может, слышал.
– Слышал, – улыбнулся Кислый. – Ещё объявления были во всех сетях. Долго её искали.
И тут он осёкся, вспомнив финал поисков.
– Ой. Прости.
– Да, ничего, – отмахнулась девушка. – Да. Её долго искали, а потом нашли в лесу на западе от города. Заключение дали, что её медведь задрал. Вот только я была там, когда её нашли. И там все, и лесники тоже, говорили, что это не медведь. Они даже гадали, кто бы это мог быть. Слишком крупный зверь для нашей полосы. Так мне сказал один из них.
– Так амазонки тут причём? – осторожно спросил Антон, поняв серьёзность темы разговора.
– Она к ним пошла. Именно в тот день, когда пропала, она сказала, что ей надоело следить за ними и она пошла проситься к ним в открытую. А потом, когда её нашли, я случайно услышала об амазонках от поисковиков. Их координировала тётка, такая же, как наша биологичка. Они её называли диспетчером. Потому что она на телефоне сидела. Из разговора я и услышала, что она состоит в этом проклятом клубе. Она ещё убеждала всех, что это был именно медведь. Тогда кто-то из лесников ещё и сказал, что она специально расследование в сторону уводит.
– И ты сделала вывод, что амазонки убили твою подругу? – покачал головой Кислый.
– Вот поэтому мне и нужна правда, – Ирма посмотрела на него таким тяжёлым взглядом, что он не выдержал и отвернулся. – Я тоже старалась найти амазонок. И кое-что выяснила. Они все приезжие. Никто не рождался в городе N. И мне надо знать точно, что там происходит.
– Что знал, рассказал, – пожал плечами Кислый.
– И на том спасибо, – вздохнула Ирма и поднялась с кровати. – Мне идти нужно. Брата из детского садика забрать.
– Окей.
Антон с Чебуреком проводили девушку взглядами и уставились на Кислого.
– Что? – задал он вопрос на их взгляды, когда дверь за Ирмой закрылась. – Я откуда знал, что у неё всё так серьёзно?
– Ты же ей наплёл полный бред, – с прищуром посмотрел на него Антон.
– Она спросила, я ответил. Всё! Отвалите от меня.
– Ты наврал с три короба, – покачал головой Чебурек.
– Выбрал самую правдоподобную версию. А то вы не в курсе, какие легенды вокруг этого бабского сборища ходят. От инопланетян до демонов и суккубов. Да, кстати, пара по биологии скоро начнётся.
– Чё-то засиделся я у вас тут, – попятился спиной к выходу Антон. – Пора и мне спешить по делам.
– Угу, – промычал Кислый, согласно кивнув.
– Да, и у меня дела появились срочные, – отложил книгу в сторону Чебурек.
– Ты же с физмата. Какая тебе на хрен биология? – произнёс бесцветным голосом Кислый.
– Иди сам биологию учи. Время два часа доходит. В столовку свежие чебуреки привезли. Забыл, почему у меня кликуха Чебурек? – с этими словами он выскочил из комнаты вслед за Антоном.
– Кретины, – закатил глаза Кислый. – Какие же вы кретины. И Чебурек ты потому что у тебя стряпня вместо мозгов.
Обхватив голову руками, он опустил взгляд в пол. Ситуация с Ирмой ему почему-то показалась нехорошей. Он и в правду собирал легенды о таинственном женском клубе. Но сам в их достоверность не верил. А тут, оказывается, была сама смерть, да ещё и близкой подруги. Знай он это, может, и промолчал бы. А так...
Из грустных мыслей его выдернул стук в дверь. Убрав руки от головы, он посмотрел на входную дверь.
– Забыли чего? – скорей самого себя, чем стучавшего спросил он. Стук повторился, но уже настойчивей. – С каких это пор Чебурек ломится в свои пенаты, пародируя интеллигентность?! Чебуреков просроченных нажрался?!
Возмущённой походкой он быстро подошёл к незапертой двери и распахнул её. За ней стояла та самая лектор по биологии. От неожиданности Кислый потерял дар речи.
Женщина же стала наступать на него, проходя в комнату. Кислый попятился, уступая дорогу. Его взгляд невольно опустился с её лица на груди под шнуровкой платья.
– Ой, а вы... – промямлил он, сам не понимая, что именно.
– Я здесь по делу, – ответила женщина мягким голосом и щёлкнула пальцами. Дверь сама по себе закрылась, а замок провернулся без ключа. Надежда сделала ещё шаг в сторону Кислого, и тот отступил до тех пор, пока не задел ногами стул и непроизвольно не сел на него. – Я слышала, что ты весьма одарённый юноша. Одарённый от природы, и не только умом.
– Ну... э... – продолжал выдавать нечленораздельные звуки Кислый.
– А мне нравятся такие молодые, – выдохнула она, пригнувшись к нему настолько, что тот почувствовал её горячее дыхание.
Надежда выпрямилась и запустила руки за спину. Послышался шум расстёгивающейся молнии. И через пару секунд платье упало ей на туфли. Она с улыбкой хищницы высвободила ногу, а затем второй отправила платье в сторону.
Кислый, ещё сильнее округлив глаза, уставился на её груди, которые большими шарами нависли над подтянутым животиком. В трико у него становилось всё теснее.
– Ну, как? – Надежда согнулась пополам, поставив руки ему на колени и придвинув лицо почти вплотную. – У тебя есть чем меня порадовать?
Не давая возможности Кислому опомниться, она лизнула его в нос, подобно собаке. Тот расплылся в идиотской улыбке. А Надежда, даже не опуская взгляда, высвободила его член, зажала в кулаке и начала массировать.
– Люблю, когда не мешают, – произнесла она, провела языком по губе и опустилась на колени. Кончик её языка поиграл с головкой члена, а затем прошёлся по его стволу, увлажняя тот при каждом прикосновении.
Кислый облегчённо выдохнул. Ему заметно полегчало, когда Надежда убрала от него взгляд. Он был таким завораживающим и гипнотизирующим, что казалось сдавливал голову тисками, не давая сил ни двигать её, ни просто мыслить. Но почти сразу его глаза округлились от невероятного ощущения прекрасного. Женщина поглотила его член ртом, обхватив губами и плавно задвигала головой. Шершавый язык начал гладить член, задевая каждый нерв в половой органе, и заставляя сердце биться ещё сильнее, а душу трепетать от наслаждения. Она умела делать минет.
Кислый смотрел на то, как двигается голова брюнетки и сам хотел взять её руками, но не решался. Надежда насаживала голову на его член всё глубже и всё быстрее. Её волосы подрагивали, а стул поскрипывал. Распаляющееся желание внутри молодого человека, не позволяло ему находиться в стороне, и он начал двигать тазом навстречу Надежде. Во рту у неё захлюпала слюна, а головка члена стала биться о нёбо. Закрыв глаза она сама наслаждалась оральными утехами.
И после нескольких дивных минут, приведших Кислого к невероятному экстазу, она выпустила его член изо рта и подняла голову. Виски снова сдавило от непонятного ощущения, а голова словно бы фиксировалась.
Надежда выпрямилась в полный рост. Её соблазнительное тело было практически полностью обнажёно. Только прозрачные, кружевные, чёрные трусики закрывали её киску. Но вскоре и они полетели на кровать, оставив женщину лишь в туфлях.
Горделивый жест самки коленом ударил колено Кислого. Тот так и сидел, широко разведя ноги в стороны. Но жест преподши заставил соединить колени. Надежда ухмыльнулась и плавно опустила тело на его ноги.
Его член сам вошёл во влажное лоно женщины. Опуская, Надежда запрокинула голову и закрыла глаза, издав стон наслаждения. А Кислый не удержался и положил ладони на её бедра. Надежда вжала его в стул и начала плавно и размеренно приподнимать тело, скользя половыми губами по стволу члена. Её ягодицы слегка скукоживались, а затем вновь округлялись. Её сок издавал дивный аромат. А её стон становился всё чаще и громче.
– Ты многое знаешь о городских амазонках? – прошептала она ему на ухо, сквозь тяжёлое дыхание.
– Только легенды. Слухи и домыслы. Но есть досье на некоторых из вас.
– Где?
– Ноутбук на кровати. И всё, – Кислый не хотел отвечать. Но его губы сами выдали правдивый ответ.
– Какой же у тебя огромный член... – выдохнула женщина и снова запрокинула голову, выпрямив спину. Рукой она вжала его голову между своих грудей. Послышалось чавканье. Кислый с неимоверным усердием стал целовать, чмокать, облизывать и жевать губами сочные округлости. Больше всего он уделял внимания твёрдым соскам.
– Молодец, мальчик... – простонала Надежда. – Ах... Как же хорошо... Ты прекрасен и великолепен. Хочу тебя... Хочу твой член... Хочу сосать. И чтобы ты драл меня. Хочешь, дам в попу?..
Она увеличивала скорость. Стул под ними дрожал и жалобно поскрипывал. Женщина уже кричала, кусая губы. А Кислый не двигался. Он застыл, как статуя.
Издав последний возглас оргазма,
