Ладно, опустим философию. Ну, и что же вы решили? А для Лели… сам знаешь, я многое бы отдал… Факт.
- Есть такая возможность. Но не у нас в стране…
- И ты предлагаешь...
- Да, я предлагаю, пока не поздно и есть такая возможность.
- …нам слинять?
- В Швейцарию.
Алешке вдруг захотелось дико заорать, еле сдержался, пришлось сделать несколько глубоких вдохов. Немного успокоившись, сказал
- Я уже не спрашиваю тебя, как это может называться. Предательством или эмиграцией. Человек сам выбирает свое место в жизни. Только удовлетвори ты мое любопытство – почему именно в Швейцарию? Почему не в Африку или, скажем, в Австралию или Канаду? Неужели у нас в стране перевелись врачи, способные вылечить Лелю или сделать мне приличные протезы? Ведь лечат же и делают. Вон, тезка мой Маресьев с протезами летает. Чем тебя Швейцария поманила? Подай последнюю папиросу – не выдержал все, же – горестно покачал головой, - вот же… понимаешь как все… стоило сучке поманить…
Последняя папироса в кулаке Валерки превратилась комок. Да и кулак он сумел разжать только секунд через десять. Аккуратно высыпал содержимое на подоконник и, оторвав кусок бумаги от «карты» Кастуся начал сворачивать самокрутку. Это действие окончательно успокоило его и, подав Алешке цигарку, снова сел на кровать и тихо сказал
- Да, Алешка, да. Люблю я ее больше жизни, и может первый раз в жизни вот так. Так что готов за ней… а в качестве информации – родственники у нее там в… есть такой вшивый городишко Веве называется. И врачи есть хорошо знакомые по университету. Наследство кое-какое есть, так что на жизнь не только на четверых… внукам останется. Я тебе как другу предложил, а тебе самому решать. Но повторяю, Лелю там вылечить шансов втрое… или вчетверо больше.
- А как же мать, братья… Москва? Ты соображаешь, что ты творишь, что с ними будет?
- Это моя проблема. Что-нибудь непременно придумаю. Ты для себя и Лели решай.
- Ну, и сколько времени ты мне даешь на решение?
- Неделю… дальше не смогу ждать.
- И все-таки ты гад, Валерка. Но раз решил, это твое право. Даже помогу, прикрою отход, в случае чего. А мне решать нечего, сейчас и скажу - я никуда из России не поеду. И дело не в патриотизме, хотя это и присутствует. Здесь мое дело, которому я посвятил свою жизнь.
- А как же Леля?
- Пока не знаю. У нее спрошу… ночью. И как шепнет мне, так и будет.
- Но она же…
- А вот это уже тебя не касается.
