Мальчик и встроенный шкаф

                                                                         Мальчик и встроенный шкаф

У мальчика в квартире не было встроенного шкафа и он очень расстраивался по этому поводу. Потому, что никаких шкафов не было вообще, а одежда хранилась на полу, на газетках и на гвоздиках, которые были вбиты в стену.
И мальчик решил себя встроить в гвоздик! Какая разница, во что себя встраивать, если от гвоздика ничего не зависит и он, просто есть? И когда мальчик оказался внутри гвоздя, он понял, что сам стал гвоздем!! Таким, несгибаемым и стальным, даже заостренным по голове, чтоб другие, кто был не гвоздиком, начали бояться мальчика.
И когда мальчик вышел из гвоздя, он решил встраиваться во все, во что можно было встроиться.
Вначале он встроился в школу, потом в октябренка, пионера и комсомольца, а когда пошел в армию, начал не понимать, как в нее можно встраиваться? Целыми днями он должен был маршировать, рыть окопы и плохо питаться, чтобы один раз на полигоне подержаться за тридцать патронов калибром 7,62, для автомата. Но за армейское время, ничего не произошло и мальчик заново встроился в то, что называлось "быть гвоздем среди своих, таких же, но не гвоздей".
Так прошла целая жизнь у мальчика. Просто у него не было часов и он не мог понять, за какое время она прошла - за час, или за 76 лет. К тому же, мальчик себе вбил в голову, что "счастливые часов не наблюдают" и после этого, как мог, так и встраивался во все, во что можно было встроиться.

И пока мальчик чувствовал в себе заостренность, по голове, как гвоздь, его голова начала тупеть, и тупела она с такой скоростью, что мальчик сам у себя и спросил: "А я ли это? И если это я, похожий на гвоздь, почему ничего вокруг не меняется? А все, что появляется, напоминает газетки, на которых лежала одежда и обувь. Где я?"
С это мыслью мальчик опять встроился в гвоздь, причем, последний раз, чтобы покончить раз и навсегда с гвоздевыми привычками - быть острым, и несгибаемым. И мальчик вышел из гвоздя с чувством облегчения: "Не хочу больше встраиваться! Не хочу быть гвоздем! Ни гвоздем программы, ни гвоздем в стене, тем более, газеткой, на которую кладут, что угодно, вплото до........"
И мальчик покраснел от мысли, что можно положить на газету - детородное, увесистое и невообразимое в размерах, если это касается слонов и лошадей.

Потом мальчик сел на свою деревянную лошадку, на колесиках, и отталкиваясь ножками в  сандаликах, поехал на этой лошадке на улицу. Там он увидел такое, что увидеть можно было только с лошади, причем, деревянной - мимо мальчика шли люди, которые были во что-то встроены!! И мальчику стало хреново от того, что он увидел. Он достал пузырь водки из рюкзака, осушил его не закусывая, и поехал на своей лошадке с колесиками туда, где..... В двух словах не объяснить, куда, но что-то его манило туда, где водятся различные органы, в том числе детородные. 
Долгое время мальчика никто не видел, ни дома, ни в детском садике, а мальчику только того и надо было, чтоб никто его не видел. И не слышал! Потому, что мальчик не хотел ни во что встраиваться. Он просто жил там, где не было соответствующих органов, а были натуральные, и, с их помощью, он лакомился апельсинами и мандаринами, и забыл, что такое газеты и телевизор.
И когда он вернулся домой, он обратил внимание, что дома никого не было - семья мальчика встроилась в холодильник, в водку, в борщ и даже в соседей по фамилии Троцкие. И на мальчика нахлынула зеленая тоска: "Как же они живут, если не понимают, что встроились, кто куда и кто, во что? Разве это жизнь?" - подумал мальчик, и плюнул во все, что было вокруг встроенным.

Мальчик был по своему счастлив, но никому об этом не говорил. Он вообще мало говорил в живую, а с мертвыми и вовсе не общался: "Встроенные люди не могут быть живыми, зачем с ними общаться?" - думал мальчик, как и подумал о других, кто был не мальчиком.
Поэтому, мальчик слушал много музыки, в основном джаз, в котором было множество направлений. А какое было любимым у мальчика, мальчик никому не рассказывал. "Зачем и какой смысл, рассказывать, если рассказывать некому?" - думал мальчик, чтобы ни о чем другом не думать, как и не встраиваться ни во что.


                                                               С уважением ко всем читателям     Никита Антонович.