Проснулся утром - пять часов.
Огляделся. Всё в порядке. Можно дальше продолжать.
Вчера я вдруг остановился, когда описывал балкон, что так очень дополняет архитектуру и весь дом.
На первый взгляд, по виду, этот дом просторный, не маленький, уж точно, по-моему - высокий, формой треугольный, но вроде не широкий, с красивеньким фасадом, красненький кирпич.
А крыша - просто чудо, на вроде пирамиды, построена в прикол из очень-очень крепкого, прозрачного стекла, которая смотрелась, как будто звездолёт.
И сквозь неё удобно гляделось как бы сверху, кто же там сегодня, не глядя на часы, зачем-то вдруг припёрся, а может быть пришёл, когда его не ждали, и давит на звонок.
Ещё один штришочек, конечно тоже жирный, как бролерный индюк - парень тот был умным, даже разумнейшим, с конкретнейшим ай кью, с реальным аппетитом, с широкою душой, и про него все знали, и сильно уважали, да что там уважали - любили хоть за что.
И поэтому, вот так, все кому вообще не лень, говорили про него, потому что все вокруг знали сразу наперёд про кого пойдёт рассказ, и легко могли понять, что там правда, а что - нет, если надо – поддержать и, пожав друг другу руки, разойтись по сторонам.
А ещё он был влюблённым, сразу с детства - навсегда, в одну странную девицу, но об этом я потом.
А сейчас скажу, что много, очень много в нём достоинств проявлялось каждый день.
Своим мощным креативом, состоящим с позитива, словно собственный вай-фай, раздавал он и делился, потому что был хорошим, потому что был не жлоб, потому что всех любил он, потому что он не жмот.
Потому что я такой же – представляю я себя.
Но вернёмся, всё же надо говорить вам про него - парень выглядел как надо, даже очень хорошо, впечатлительные люди залипали головой и без помощи больницы возвратиться не могли.
И конечно так случалось очень даже неспроста, если был кто не готовым, лучше близко не смотреть - высоченным был таким он, можно просто обалдеть, не поверить в то, что видишь, онеметь, иль зареветь и в итоге очень быстро в психбольницу загреметь.
Дело в том, что он не просто был высоким, видным, статным, что как будто удалец, а в натуре, высоченным, самым-самым - метра три, выше просто не бывает, выше просто нет нигде.
И, конечно же, конечно - самым сильным был он тоже, а сказать ещё точнее - был он там сильнее всех.
И конечно - самым юным, самым-самым молодым.
Хотя рос он очень быстро, вырос просто на глазах, повзрослел, как полагалось, стал конкретным пацаном, только это не про это, в общем - это ерунда.
Ну, а мы для продолженья, продолжаем любоваться и разглядывать его, так как множество достоинств, что скопились в нём одном, позволяют это сделать без ущерба для него, потому что не убудет, не иссякнет никогда, даже если он захочет, это выросло уже и растёт, не прерываясь, удивляя всех вокруг.
Я, конечно, извиняюсь, что забыл сказать о том, что тот парень был не только сверх высокий, умный, сильный и законченный добряк, а ещё конечно тоже - настоящим симпатЯгой, симпатЯгой - красавцОм.
И таким великолепным раскрасавцем-удальцом, что смотреть - не насмотреться, и глаза не оторвать, а улыбка - просто пушка, всех влюбляла, и сражала сразу просто наповал.
А чтобы с дуру не ослепнуть, и не выглядеть смешно, надо было развернуться, и быстрей домой бежать, чтобы там от восхищенья погрузиться в коматоз.
Потому что в ихнем царстве был он там красавец самый, самый-самый эталон и скажу Вам по секрету, на него без панталон, даже если ты мужчина, можно было любоваться и свистеть со всех сторон.
Всё глазами испытать, заценить и оторвать, спрятать в памяти на память, потому что никогда красивее чувака не увидишь в этой жизни, всё равно как не ищи.
Плюс к тому, и взгляд у парня источался интеллектом, потому что тот парниша уродился очень умным, настоящий вундеркинд, если Вы забыли это, я напомню, что про это, пару раз я говорил.
И не просто умным-умным он родился-вырос-стал, а умнее всех на свете, на планете, и вообще.
Он как будто интернет - никого умнее нет.
А ещё у парня того самый-самый раздлинющий, бесконечный был язык.
Словно где-то панголИны были в предках у него. Хотя этого не может быть, конечно, никогда.
Тем не менее, но фактом, сногсшибательный фенОмен здесь присутствовал во всю.
Уморительно конечно, было видеть, как в прикол, что достать он мог рукою, он, играючи смеяся, доставал сверх языком и, подбросив над собою, перехватывал рукой.
Очень много, что мог сделать он своим сверх языком, а в интиме просто равных у него в помине нет и, прослушав пять рассказов, можно даже не искать.
Хотя девочки, конечно, могут кое-что приврать.
А ещё, само собою, тоже сильно впечатляло - на руках и на ногах, у него конечно ж были пальцы длиньше, чем у всех.
Длиньше, просто не бывает.
Длиньше, может быть лишь член.
Да и то - у человек быть такого не должно.
Самый длинный перст, конечно, рос на правой, на руке, выделялся в середине, намекая о смешном.
И не только намекая, а скорей напоминая, потому что в раннем детстве, этот палец он однажды затолкал своей училке, не скажу куда конкретно, да и это ни к чему, так как вытащить обратно всё равно пришлось потом.
Популярен он без меры был все школьные года.
Хоть учился он не долго, но забыть его нельзя.
Его добрые поступки вызывали лишь восторг.
Да и звали подходяще, очень просто - ОтмазОнг.
А по-свойски можно – Зоня, в разговорах был он – Зонг.
И фамилия простая – ТелебОтофф - ес ит из, очень сильно подходила под его весь внешний вид, ну, а отчество так вовсе, было просто от души.
И поэтому любой, без запинки мог под утро, намекая на почтенье, обратиться в устном форме, говоря ему на ухо с телефона громкой связи - Отмазонг Прухомахеровичич - Красный Маленький Кирпич, здра-а-сте, здрасте, просыпайтесь, я зашёл к Вам по делам.
Но никто вокруг не знал, почему его так звали и кто именно, когда, так назвал его, как есть, а не как-то по-другому, не иначе как-нибудь.
Кто дал имя неизвестно, было так же потому - потому, что этот парень «сам родился» сразу круглым, раскруглейшим, словно обруч, абсолютным сиротой.
Самый-самый, прям с рожденья – сиротинский сирота.
Жаль, конечно, а что делать - жизнь, известно, непроста.
И нетрудно догадаться, почему так представлялось всем вокруг вообще подряд - потому, что так считалось, просто на просто, и всё.
Очевидно и постольку, видно только лишь одно, что родился неизвестно он на свет когда и где, просто - раз и появился сразу маленький пацан и живёт он сразу в доме, дом как будто бы его и как будто - так и надо, и как будто - всё о,кей, и никто совсем не против, значит так должно и быть.
И живёт он сам как хочет, не ревёт, не докучает, сам подрос, и в школу ходит, в ней он лучший ученик, в ней его в пример всем ставят - в восемь лет в восьмом он классе, что не каждому дано, согласитесь - это редкость, это даже не смешно.
Он реальная находка, уникальный феномЕн и все знают достоверно, хоть о чём ни попроси, всё он может, прям с пелёнок, одним словом - вундеркинд.
Он всегда всем помогает, научившись лишь ходить, даже если ты прохожий, Отмазонг всегда поможет, даже денег не возьмёт.
И конечно, в благодарность, людям свойственна она, его кто-то одевает, обувает по размеру и естественно все кормят, и конечно, он от пуза - сколько хочет, может съесть, взять с собой, и съесть потом.
От чего растёт он быстро и умнеет на глазах.
Не по возрасту заметный, он как будто на дрожжах.
Я напомню, что он в школе самый лучший прям всегда, самый сильный и красивый, всесторонне развитОй, все училки и девчёнки откровенно без ума, даже странно это видеть, вот везунчик обалденный, не забыть бы - сирота.
Не забыть и уточниться, так как я сейчас пытаюсь детский вылепить портрет того парня, что уж вырос, превратившись в сто чудес.
Это важно, уж поверьте - в сказках всё не просто так, а героям в них особо нужно трудности пройти, а пройдя все передряги, травмы детства победив, закалиться, измениться, стать всех лучше, победить, и конечно - как иначе, людям добрым всем помочь, а недобрым дать по роже и кого-нибудь любить.
И поэтому тот парень, не забыли - ОтмазОнг, всё как надо в раннем детстве, изначально, всесторонне, стресс моральный испытал.
Страшный минус, прям с рождения, послан был ему судьбой, что там минус - катастрофа, как тут быть, никто не знал - нету маминой морали, нет отцовского ремня, нету бабушкиных сказок, а от деда нет подарков, нету ласки, нет любви, нет семейного уюта и тепла у очага.
Это плохо для ребёнка, много даже почему, ну, что делать - так сложилось, непонятный тут прикол, отчего ж такой мальчишка оказался сиротой, прям с утробы одинокий, словно это неспроста.
Но он справился с бедою, полюбил свою судьбу.
Даром, что никто на свете не пытался объяснять той причины, по которой мама с папой не приходят и вообще их не видать.
Он на них не обижался, он родителей любил, просто ждал их, представляя, как покажет им свой дом.
Слишком славным мальчуганом родила его мамА, папа тоже постарался, что заметно было сразу, и сыночек получился с превосходной перспективой и с отличной днк.
ОтмазОнг, не зная это, жил как надо, не сдавался, не гундосил и не шмыгал, а собою занимался, много ел и развивался, всё читал и всё запомнил, спортом разным занимался, побеждая раз за разом, ставил новые рекорды, поражая очевидцев, улучшая мир вокруг.
Он собой не любовался, хоть и было с чего млеть, ведь он сам всего добился, видя в зеркало себя, недостатков он не видел, просто видел, какой есть.
Удивлялся только пальцам, с языком любил играть, будто знал почти с пелёнок - будет лучше всех во всём.
Кстати, к слову о пелёнках, он их сам себе стирал, научился, не вставая, пеленать себя и мыть. Можно в это не поверить, только это было так.
Он всего добился волей, и конечно же умом и его не задевало, не пугало - ха-ха-ха, почему один он в доме и где носится родня, даже ночью, в непогоду, принимал он философски эту фишку бытия.
И поэтому сему, удлиняясь, и взрослея, становясь ещё умнее, не по дням, а по минутам, он забил на ожиданья, избежав душевной травмы, заменил их на мечту.
Он нисколько не смущался, что покуда ни один, кто сейчас ещё живой, кто ему родня роднёю, ну, по крови, кто который с ним конкретно тра-ля-ля, у него ни разу не был и вообще и никогда не заглядывал к нему, потому что - потому.
Даже матушке родной, непонятно почему, было как-то недосуг забежать хоть раз в неделю, в крайнем случае - раз в год.
Очевидно было сразу – занятА по горло мама, столько дел - не продохнуть, что забыла всё на свете - и как звать, и где живёт, даже если вдруг потянет, сил уж нет и вид не тот.
Но терять нельзя надежду, может быть ещё зайдёт.
Папа тоже почему-то, в общем, к парню ни ногой.
Хоть бы раз, где засветился, поотсвечивал чуть-чуть, да куда там - не дождёшься, или даже бесполезно, словно б не было его.
Был он видно космонавтом или может быть - шпион, или сказочным магистром, или просто - забухал.
И никто его не видел, знали только, что он был.
Тут, что хошь про это думай, как тут можно угадать, если фактом получалось, значит так должно и быть.
Впрочем, это Отмазонгу было вовсе не внапряг, даже нравилось не много, что родню никто не видел, что никто-никто на свете его предков не встречал.
Вот с такою картиной детства, он
