здесь, другая…и обратно.
- Так, без меня ля-ля не начинать. Накрывайте на стол. Смотрите, вода снова закипела. Я полетела.
Анна убежала, а Ангелина с Дашкой стали накрывать поляну.
- Дашка, ты вот чего мне скажи, как у тебя так вдруг? И чего тебя в ментуру-то вызывали?
- Если скажу, со смеху уписаешься. Ты знаешь, кто мне допрос учинил?
- И хто? Генерал небось?
- Сщас… Витька! Он оказывается мент.
- Иди ты… кто бы мог подумать. А с виду и скажешь. Такой из себя порядочный… и вдруг мент.
- Да я сама прифигела. И, между прочим, в форме полиции он такой сексуальный… ладно, Анка придет, тогда…
- Я уже вот она. Винца взяла, язык сломаешь… «Фиори ди мэр». Что-тос морем.
- А у нас все готово. Сели. Открывай. Наливай…
- По традиции пьем за нас и фиг со всеми! Погнали.
Выпили и по второй и по третьей. Одну бутылку оприходовали. Ну и поели нормально, само собой. Анка на стул с ногами примостилась
- Все Дашка, рассказывай подробно. Мы тебе все свои похождения завсегда… а ты все тишком. Витька, он же у нас дома ни разу не был. Вы что с ним на стороне трахались?
- Девки, не виноватая я, он сам ко мне пришел. Шучу. Мы так немного флиртовали… киношки, кафешки. Ну, иногда целовались, но как-то дальше ничего такого…
- И скока вы так флиртовали? Нас-то познакомила всего дней десять назад и то случайно на улице столкнулись.
- Анка, помнишь, как к нам на комбинат менты приходили с проверкой?
- Ну, в январе. Бухгалтерию трясли. Ничего не нашли.
- Ну, вот, Витька водилой представился. Тогда ко мне и подкатил. Вот стал быть с января. А сегодня меня повесткой в ментуру вызвали. Я шла и все вспоминала, чего и когда я такого натворила. Захожу, а в кабинете Витька в погонах лейтенанта.
- Ужас какой!
- Ты чего, Анка, какой ужас? Хотя потом, уже позже в сквере, он на коленях елозил и слезно меня умолял выйти за него. Вот. Да еще, на всю улицу орал, что любит меня. Вот это ужас.
- Псих ненормальный. И ты что… поплыла?
- Ну, вот еще… я его еще помучаю. Если он действительно… а не блажь какая, то и тогда… ну не знаю я. Нравится он мне, это да… он такой…
Ангелина встала из-за стола, прошлась по кухне и потом подошла к Дарье сзади, обняла и спросила тихо
- Дашка, если по чесноку, ты хотела бы от него иметь детей? Не отвечай, подумай, если решишь, что да… значит любишь. Я тебе даже завидовать стану, по-хорошему.
А Анна вдруг шмыгнула носом и, вздохнув, сказала
- Вот, теперь придется ремонт еще в одной комнате делать.
- Завтра я с ним бои без правил устроила. В спортзале при полиции
- С ума сошла! Он же тебя победит.
- А ты вспомни, как два года назад, я троих подонков уделала. А они крепкие были. Кажется, одному даже руку сломала. Или челюсть, не помню.
- Ну, ты тогда нас защищала, прим тигрицей была. А тут… какой никакой, а жених все же.
- Ладно, я подумаю… может быть я и поддамся. Пока не решила. Завтра, все завтра…
- А подружками на свадьбу… если состоится, позовешь?
- Могли бы и не спрашивать.
3 Дознание
Начальник районного отдела полиции полковник Немцов Иван Тимофеевич вышел из своего кабинета в коридор и немного оторопел. В коридоре было пустовато, а рабочий день еще не закончился, и здесь должно было быть людно.
Иван Тимофеевич давно пенсионного возраста, среднего роста, в меру полноват Голова с большой лысиной, широкий лоб, широко поставленные глаза под густыми бровями и седые усы щеткой, которые придают ему уверенность и весомость… ну и форма само собой.
Полковник тихонько присвистнул, прошел по коридору, толкая закрытые двери, заглядывая в незакрытые и пустые кабинеты подчиненных. Подошел к дежурному старшине. Тот суетливо вскочил, как-то неловко опрокинул стул, на котором сидел, схватил со стола фуражку, пролив при этом стакан с чаем.
- Экий ты неловкий, Максимыч стал. На пенсию не пора?
- Товарищ полковник, только после вас.
- Ладно, еще малость повоюем. А теперь докладай, где народ? Что, все на задании? И кого ловим, и почему я не в курсе?
Максимыч как-то виновато поморщился и тут же схватился за свой нос.
- Максимыч, мы с тобой сорок лет вместе паримся… когда ты за нос хватаешься, каждый раз какая-нибудь хрень происходит. На этот раз что? Куда все сгинули?
- Товарищ полковник, все проходят… как бы это сказать… физподготовку в спортзале.
- С какого…физподготовка положена вне рабочего времени. Чего не договариваешь?
- Вы уж лучше сами…
- Не хочешь закладывать? Ладно, дежурь. Разберусь сам, мать их ити…
- Офицеры, встать. Смирно! Товарищ полковник…
Иван Тимофеевич махнул рукой майору Карпенко. Прошелся вдоль строя, вскочивших с гимнастических скамеек сотрудников полиции. Каждому строго поглядел в глаза и, наконец, повернулся к центру зала…
- Вольно… и… - надул щеки и громко выдохнул – вот это номер.
На татами, в борцовских кимоно уже изрядно вспотевшие, стояли Виктор и Дарья. Полковник достал платок, снял фуражку и стал вытирать внезапно вспотевшую лысину. Совсем тихо спросил
- Почему в спортзале посторонние?
- Товарищ полковник, мы…
- Стоп, оргвыводы будут потом. А сейчас приказываю всем разойтись по рабочим местам, а вас… - обратился к борцам - переодеться и через десять минут в мой кабинет. Шагом марш.
В кабинете, как сказал небезызвестный одессит Давид Маркович, «картина маслом».
Иван Тимофеевич снял свой китель и теперь больше походит на добрейшего деда. Хотя взгляд исподлобья не предвещает ничего хорошего. Сидит за столом, откинувшись в кресле, и уже минуты три изучает стоящих перед ним Виктора и Дашу. Наконец достал откуда-то снизу большой термос, налил в чашку из термоса воду, из стола достал пакетик чая и кинул его в чашку. Зачем-то понюхал ее и отставил в сторону
- Вам, барышня, чай не предлагаю, он лечебный, травный… А вот, из любопытства, скажите мне, кто кого у вас поборол? Судя по вашей комплекции, лейтенанту пришлось несладко.
Дарья вначале слегка оробела, но, кажется уже пришла в себя и с интересом стала наблюдать за строгим начальником
- Товарищ полковник…
- Иваном Тимофеевичем меня кличут
- Иван Тимофеевич, может, вы сначала предложите мне присесть.
- Это завсегда пожалуйста, тем более, что смотреть на вас снизу вверх мне несподручно, шея затекает. А ты лейтенант еще постой, до тебя очередь еще не дошла.
Даша подошла к столу и присела на край стула.
- Отвечаю на ваш вопрос. Борьба наша закончилась вничью, потому как была технически остановлена вашим появлением. Но вот если бы…
Тут Виктор не выдерживает и выпаливает
- Батя, Даша - моя невеста. Ты помешал, не дал мне положить ее на лопатки, а потому она не дает мне согласие. А ты сам говорил, что пока не женюсь, повышения в звании не будет… ты все испортил.
Даша на стуле развернулась и стала удивленно хлопать глазами, переводя их с Виктора на Ивана Тимофеевича.
- Это что же получается. Товарищ полковник, Витька ваш сын? Он мне ничего такого…
Иван Тимофеевич только крякнул и потянулся за чашкой с чаем.
- Что-то такое я и взаправду говорил… выходит виноват. Признаю. Понимаю, что знакомить родителей со своей невестой полагается иначе. Но поскольку так уж вышло, то давайте знакомиться. А ты, лейтенант, иди-ка ты в свой кабинет, пошурши там документами. Я мы уж как-нибудь без тебя проведем дознание и придем к досудебному согласию.
Виктор хотел было что-то сказать, но Дарья незаметно показала ему пальчиками «вали», а потому поколебавшись, вышел.
Иван Тимофеевич поставил локти на стол, поместил голову в ладони и принялся пристально изучать Дарью.
- «Подозреваемую» же это ничуть не смутило. Дарья тоже подсела поближе, потом взяла стоящую на столе чашку с чаем и понюхала
- Так… ромашка, чабрец и… мята, вроде бы…
Иван Тимофеевич улыбнулся в усы
- Пальцем в небо. Женьшень прямиком из поднебесной.
- Полицию тоже обманывают. Чай с Алтая. Точно.
- Ну, это мы проверим…только мы с вами про другое начнем. Ответствуй, Дашенька, как тебе удалось захомутать опера? И откуда ты взялась на нашу голову? Ну и… адресок проживания… для порядка.
- Можно с конца?
- Попробуй.
- А живу я на Семеновской, 25 квартира 18.
Иван Тимофеевич собрал на лбу морщины вспоминая
- Семеновская 25… так. Дом аварийный под снос определен еще лет шесть назад. Коммуналка. Частично выселен.
- Вместо частично выселенных наше родное правительство семь лет назад облагодетельствовало трех детдомовских девчонок, выделив квартиру в этом доме обещая в самом скором времени предоставить каждой по отдельной квартире в новостройке. Да видно запамятовали.
- Это мы запросто можем…
- Витьку вашего я не хомутала и не стреножила, не жеребец. Он сам ко мне приклеился как банный лист.
- И как давно такое с вами?
- С января.
- Во как! За девахами прежде он больше двух недель не волочился. Выходит, серьезно втюрился, если жениться надумал. Ну, и как продвигается… хм… ухаживание?
- По-всякому… ну, вы понимаете. Только я не думала за него выходить.
Иван Тимофеевич усмехнулся
- Почто так?
- На воле не нагулялась еще.
- Ну, это мы еще будем поглядеть. Еще вопрос. Образование? Где работаешь? Гляжу, руки у тебя рабочие…
- На хлебозаводе работаю. Работой своей довольна, и даже горжусь… иногда. Образование среднее. Красный диплом.
- Почему в институт не пошла?
- На стипендию не проживешь. И потом подругам дала выучиться, они младше меня.
- Ну, это понятно, а хотела?
- Наверно… не помню уже.
- Ну, а если… скажем, я предложу тебе выйти замуж за моего сына и помогу поступить в институт на юридический факультет. У меня в отделе юрист через несколько лет на пенсию уйдет…
- Вы что, меня в ментуру сватаете?
- Не сватаю, а делаю деловое предложение, так что ты прямо сейчас решай, потом будет поздно.
- А что если нет, то зарестуете?
- Надо будет, то и в наручниках под венец пойдешь. Так что лучше уж добровольно. Минуту на размышление даю. Минута пошла.
Иван Тимофеевич нажал кнопку внутренней связи
- Немцова ко мне… мухой.
Быстро встал из-за стола, подошел к двери, широко ее открыл.
- Заходи, лейтенант, хватит под дверью подслушивать. Твоя невеста дала согласие. Кстати, Даша, как твоя фамилия?
- Мотовоз.
- Оба на!..
4 Явка с повинной.
«…Парад! Смирно! К торжественному маршу, по батальонно… на одного линейного дистанции…». Звук телевизора убавили.
Девятое мая. Загородная дача семьи полковника Немцова. Дом большой добротный, сработанный своими руками.
Сегодня по давней традиции семья собирается на праздник. Женщины суетятся с сервировкой стола, а мужчины на террасе дымят
- А где Витька шляется? – старший сын Ивана Тимофеевича Борис, как и все мужчины в доме при параде, в форме и как полагается с орденами и медалями, которые цепляют только в этот день.
Борис Иванович сорок три года, несколько полноват, лицом схож с отцом только с короткой черной шевелюрой, в которой пока еще ни одного седого волоса. Женат, две дочери, студентки.
- Борь, не торопись. Сегодня я обещаю вам день сюрпризов. Как дочери?
- Известно как… у них своя студенческая тусовка. Может к вечеру заявятся.
Второй сын подошел
- И в чем состоит сюрприз?
- Ишь, услыхал. Ты, Миша не торопись. Удовольствие нужно растягивать.
Михаил Иванович, второй сын Ивана Тимофеевича. Тридцать девять лет. Худощав, костюм на нем немного мешковат, выглядит немного женственно хотя присутствует модная небритость. Горбонос, скорее всего в мать, длинные волосы цвета льна,
