Жарким летним днем, в центре столицы, в роскошной и просторной
квартире элитного высотного дома, на девятом этаже сидел бледный человек
в возрасте слегка за пятьдесят.
Был он большим начальником, раздобревшим и облысевшим на службе,
достигшим определенных высот и доступа к материальным благам жизни.
Но радости, удовлетворенности и покоя даже близко не было. Три
дня назад отправил на дачу жену с детьми и теперь, в одиночестве, тоскливо
дожидался решения своей судьбы, которое не предвещало ничего хорошего.
Плохо быть начальником, слишком много случайностей, над которыми
не имеешь власти поджидает вокруг. От этого не застрахуешься, остается
верить,что все обойдется.
Три дня назад не обошлось. Объекты стратегического значения, за
которые отвечал вспыхнули одновременно. Ущерб огромен и
трудновосполним. А самое главное, ничто не предвещало беды. Вся система
защиты оказалась тщетной.
Но он же не виноват, все инструкции и правила соблюделись,
определенные задолго до него. И все предшественники спокойно служили.
А тут сухая ветка взяла и обломилась.
Телефонный разговор с главным, в личной встрече было отказано,
оставил тяжкое непонимание. Особенно форазы «имейте мужество»,
«в прошлые времена», «думать о чести». От страха мозг отказывался
работать. Было приказано не появляться на службе, сказавшись больным,
сидеть дома и ждать.
Ждал. Не ел, только пил. Воду, поскольку страх сильно сушил изнутри.
Лежал на диване, сидел в кресле, ходил только на кухню, за водрй, и в туалет.
И то с трудом, ноги не держали. Смотрел в окно, наблюдая, как со
временем меняется цвет неба.
Но то, что видели глаза не встречало осмысления внутри. Там царило
безнадежное тупое ожидание.
Внезапно пошел телефонный сигнал. Приложил к уху, но сказать
ничего не мог. На другом конце тоже молчали. Номер был тот самый. Прошло
две минуты. Связь прервалась.
Внезапно охватило отчаяние и осознание того, что упустил единствнный
шанс. Не открыл рта, не нашел элементарной смелости. Смелость главный
ценил. Граничащую с отчаянием. А теперь снова тишина.
Час спустя раздался звонок в дверь.
- У соседей в ванной потолок течет, поверка сантехники, - раздался
унылый ответ, на стандартный вопрос «Кто там?».
Было их двое. Сразу понял, никакие не сантехники, слишком чистая
форма.
Один прошел в ванную, туалет, кухню, обойдя все комнаты.
Второй остался наедине с хозяином в гостиной.
- За мной? - обречено спросил тот.
- Верно, - подтвердил визитер, - Помочь пришли. Вижу, что сами не
сможете.
- А к чему такой маскарад? - в вопросе звучали отчаяние с легкой
надеждой.
- От статуса, - они и не скрывали, - К одним прихожят друзья, к другим
иенеджеры, к третьим врачи, а к таким, как вы, только сантехники.
- А может, не надо, - пытался цепляться начальник, - Я готов все, что
угодно рассказать про кого угодно, подписать, выступить. Меня можно
использовать в разных комбинациях.
- Это ново, - оживился один из гостей, - Никто до сих пор ничего
подобного не предлагал. Собирайтесь, поедем.
Хозяин шумно выдохнул, словно, испустил вздох облегчения, повернулся
в сторону одежного шкафа, как ребро ладони сзади легло на основание шеи.
Бесчувственное тело грузно рухнуло на пол.
Тем временем, в квартире посвежело из-за распахнувшегося кухонного
окна.
- Вот и правильно, - одобрительно произнес второй, - А то не хватало
еще возни с этим пузаном.
Вдвоем подняли бесчувственное тело, вынесли в кухню и перевалили за
подоконник.
- Поставь пепельницу, - приказал старший, - Решил покурить у открытого
окна, присел, стало дурно и вывалился. Одним словом, птенчик выпал из
гнезда.
- Поэтому я и не курю, - признался напарник.
