2-я Глава. отрывок. строки не вошедшее в книгу.

« ...Как известно, людские судьбы, как и судьбы Отечества, складываются из поступков наших ...Государи наши, так жестоко поступают с нами, что из-за долгов, платежей и тягчайшей неволи, Смерть нам кажется лучшим жребием, чем жизнь холопская. Притом всём том матушка,  я очень,  очень надеюсь на то,  что    в  книге судеб жизни, память о нас останется как о людях любящих своё Отечество-Россию, народ и его Свободу, а не рабство. Наступил предел потребления для дворян. Мерзкое чувство отрезвления. Нам не позволительно потакать судьбе. Мы готовы были отстоять наше и  их мнение, честь и жизнь, бросив к их ногам всё личное, благополучие и богатство,тёплые уютные усадьбы. Болевой порог нами пройден. Линия обороны либерального Общества царедворцев и фаворитов двора, их оборона, думаю уже трещит по швам и в страхе. Но они ещё сильны  своей кастой не прикасаемых и вековыми властными традициями и огрызаться будут крепко, надеясь откупиться посулами должностей, благ и наград, карьерным ростом при императоре. Мы заглядывали в будущее с надеждой и решительно не веря им и их так называемому добру от власти дворянству нашему. Мы славно потрудились для народа и его будущего, к сожалению иные в холопах людей не замечают. Мы не дворянство теряли, более... Жизнь нашу, а прах наш пусть развеят над Невой... Защитят ли нас потомки, оправдают ли?».  Кн. Щепин-Ростовский Д.А. (из письма к матушке. 1849 г.март 3 дня)

… История поколений князей Щепиных-Ростовских, уходит в глубины веков, и настало время переступить чрез времена и вехи веков, рассказав о них то, что нам известно. Мы же остановимся лишь на исходящих, крайних трёх ветвях от сыновей князя Ивана Борисовича (XXVII k); первый сын, это Фёдор Иванович (XXVIII). (по непроверенным полновесно документам, о прекращении его ветви на сыне Андрее Фёдоровиче (XXIX) (1687.О9.14.- 1750г.г.), считавшийся бездетным. Но его безбрачие, не является причиной считать его бездетным. Побочные дети его, Святослав и Андрей, рождённые вне брака от крестьянки, небыли признаны, и  именно по этой причине не упоминаемы в разделе имущества после его гибели. Так было довольно часто в те времена и со многими дворянскими родами, по этим причинам безхозяйственности чиновников-писарей и переписчиков, они носили фамилию Щепины без прозвания Ростовские и хотя первоначально из-за ревностного отношений родни-наследников, были не восприняты родом, хотя все они не были отвержены и получали своевременную помощь от княжеской семьи в виде денежной помощи и некой правовой услуги, при решении наследственных споров. Второй сын князя Ивана Борисовича, князь Василий Иванович, и третья ветвь, Алексей Иванович, прадед декабриста. У каждого из них богатые, восходящие до наших дней потомки. Грозные годы ХХ столетия, растворяя вековые устои дворянского братства, намертво скрепили идеи рабоче-крестьянского о счастье народа, и разметали по всему миру потомков князей Ростовских, Канада, Австралия, Франция, Аргентина. Некоторые, оставшиеся в нашем Отечестве (восемь представителей рода), после революции 1917 года, не пожелавшие бежать и предавать Россию, продолжали служить отечеству и народу инженерами, военными, ювелирами и почти все изменили фамилии, кто в браке, кто ради безопасности, скрывая свой род Ростовских. Нам известны Зубец, Смирновы, Васильевы, Малиновские, Титовы и Щепины-Ростовские из Иркутска и Бердичева, умершие от голода в блокаду, в декабре 1941 и январе 1942 года, в Ленинграде, это истинно великомученики Земли русской, Щепин-Ростовская Лидия Фёдоровна (1911.12.09.-1941.30.12.) и её маленькая дочь княжна Нина Александровна (1935.18.11-1942.09.01.), Княгиня Щепин-Ростовская Анна Владимировна (1884.01.01.-1942.19.01.), совсем маленький и юный княжич Щепин-Ростовский Николай Александрович (1933.29.10.-1942.19.01.)... Захоронены великомученики, на Пискарёвском кладбище. В начале войны на первых  порах им оказывала помощь дочь друга нашего отца, яркой и легендарной личности, чекиста Павла Голышкова в двадцатых годах руководитель ЧК и Горкома РСДРП(б) города Рыбинска, Елизавета Павловна. Но по причине  её эвакуации с детьми в ноябре 1941 года, их связь оборвалась. Многое сделала и  помогала семье Галина Петровна Короткевич, именно она пришла на завод « Великий большевик » (район Обуховской обороны) в парторганизацию за помощью. Она помогала чем могла голодающим семьям, часто отдавая свою пайку хлеба детям. Тот, кто жил в то время, знает, о подвиге народа и каково было жить дворянам в советской России, тяжело, но законы чести предков: « — Ты для отечества, а не отечество для тебя! Кто же тогда господа будет славить Русь, если спать без просыпу и думать, отступать по ранжиру...? Каменные сгустки ладана, его лимонно-древесный мускусный запах растворяет сознание многих. Помните! Есть поступки благородные по своей сути и Вере, но к сожалению не  оправданы по совести христианина, ибо жестоки и не праведны иные действа, пагубны для потомков и семьи..., и всё-таки они заставляли верить и надеяться на то, что Россия выстоит в войнах и нашествиях, восстановит и возродит своё могущество...».

Нынешнее поколение князей Щепиных-Ростовских представляет XXXIV – XXXVI (на 2015 год) колена от родоначальника родов, Рюрика Великого. Князья Ростовские, исполнили свой гражданский долг в годы войн и лихолетий перед государством и народом, отдавая все свои знания и силы, а многие из рода Ростовских князей и свои жизни, на благо своего отечества, Великой России.  Нами, как мы уже однажды упоминали в первых главах, нами использованы дневники, рассказы, свидетельства, записанные княгиней Ольгой Мироновной, письма Иосифа Гутта, Ивана Одоевского, московского купца Левенцова, титулярного советника Перепёлкина. Записи, может быть эти истории представляют для Вас интерес, как и переписка с семьёй князей Щепиных-Ростовских старост деревень братьев Фёдоровых, Якова и Ивана, купца Крохопяткина Павла Ивановича, были совершенно случайно найдены строителями при ремонте старого дома в селе Осиновицы, что на реке Устье, в 1859 году, и переданы семье князей Ростовских, очевидцами тех давних событий (даны, почти полностью без купюр и редактирования, возможно именно поэтому современному читателю они могут показаться тяжеловесно философскими, но таков ход мыслей был у писавших их, и мы не имеем право менять стиль их письма.). Сохранившиеся и с огромным трудом восстановленные нами из кусков дневниковых записей предков, и чудом сохранившиеся, но в ужасном состоянии записки (копии 1830г.) выживших в гонении 1825-56 годов арестантов Петропавловской крепости, проходивших по делу декабрьского восстания, того времени. (прочитаны и исследованы, в течении трёх месяцев, с помощью криминалистов в конце семидесятых годов, в Москве, в институте МВД СССР). Письма и записи воспоминаний, письма друзей и родных, переписаны и переведены родными декабриста; князем Дмитрием Дмитриевичем, Екатериной Дмитриевной, Николаем Алексеевичем, Екатериной Алексеевной Щепиной-Ростовской, Ольгой Корф, и переписанные с последующим переводом с французского, немецкого, их внуками, а стихи декабриста, князем Александром Николаевичем Щепиным - Ростовским (младшим) в период 1919-1925 годов,  и в коих уделено не только истории восстания 14 декабря 1825 года, произошедшее в столице имперского государства, а и человеческим отношениям, как в среде восставших гвардейцев дворян и солдат гвардии, о их отношении к России, так и в среде августейших особ, императору Николаю I и прочим. (выводы сделаны исключительно участниками событий, и они нами приведены без редакции и обработки. Автор).

«-...Штабс-капитан Лейб-Гвардии Московского полка, князь Дмитрий Александрович, свято веривший в монархию и императора Александра I, на тот период (1825 год) был не согласен со многими решениями Северного общества, особенно с тем, что совпадало с интересами членов «общества» Масонов. Он иногда  выступая пред нами говорил: И хотя сия власть, не есть самый "чистый" родник, и часто ошибается в своих решениях, от чего многие из нас просто сатанеют, особо когда применяется экзекуция к нижним чинам гвардии, уподобляться ею мы не в праве. Как господа силён ветер, который разделяет нас и императора по принципу Верю, не верю. Не ищите границ бытия с властью, как в своё время говорил нам поручик Баштырев перед сражением, кажется при Бородине. Всё ушло. Сам то князь принадлежал, насколько я знаю от поручика Павла Семёнова,  как и его славный батюшка, князь Александр Иванович к другому, (Мальтийскому?) Ордену, но так это или нет, (им и ныне нам - автор), по воля, куда точно неизвестно, а выдумывать как делали монастырские переписчики по воле хозяев, нам не гоже. Одни факты жёстко опровергаются другими записями, так что нам господа остаются только предположения и догадки хотя я и большинство офицеров рот, придерживаемся первой версии и основания для этого более чем есть...И в данном случае господа, лишь рукоприкладство свидетелей, их благородные подписи подтверждают подлинность моих слов и документов...Писать правду о прошлом тяжко, но необходимо и это моя воля, попытка искупить свою вину пред павшими нижними чинами гвардейских полков и их предводителей офицеров».

Как побочное подтверждение этому, это знаки-символы и изображения на предметах; кольцах, перстне-печати семьи, оружии и теперь уже разрушенных зданиях двух усадеб. Но, пока мы не докажем документально состоятельность этой версии, нам нет возможности озвучить её во избежание путаности. Документов, несмотря на более чем столетние поиски, подтверждающий этот факт принадлежности, к каким либо обществам, всё-таки нет. Как говорил Бенкендорф своим агентам и создателям истории поступков и деяний: