<Опустошение> (Дневник искателя)
<Девушка по вызову>
- Вы когда-нибудь могли бы покупать любовь?
- Только в отчаянии…
В девять пришла девушка по вызову. Она прошла к кровати и стала быстро раздеваться, будто вот-вот вернутся родители и нам нужно успеть все сделать до их прихода. Я даже немного растерялся и, вместо того, чтобы сказать обычное «привет», пробубнил:
- Ложитесь, пожалуйста.
Она бросила куртку на пол, поверх туфель. Снимая розовую кофточку, на мгновение застыла, холодно так поглядела на меня, и сказала:
- Ерничать будешь или делом займемся?
Я был в джинсах и в футболке. Снять футболку не составляло труда, а вот под штанами у меня было черт знает что. То есть там были трусы, конечно. Только чувствовал я всей нижней частью своего тела, что лучше бы их там не было вообще. Бельевая резинка ослабла, я ее даже не чувствовал, а материал трусов был так тонок, что они прилипли к джинсам. Я судорожно вспоминал рисунок… Мне стало жаль самого себя.
Телефон мне еще вчера подкинул болтливый администратор мотеля – сунул в руку вместе с ключами визитку, где от руки был вписан номер, а снизу написано «услуги». «На всякий случай», - сказал он, подмигнув. Я хотел ее тут же выкинуть, но потом передумал и взял с собой.
В номере было сыро и прохладно. Ничего особенного: обшарпанный стол, два стула, узкая кровать из ДСП и тумбочка с ночником. Зато был отдельный туалет и ванная комната. Я бросил визитку на стол и лег на кровать. Нужно было позвонить отцу, но я не смог себя заставить, и уснул мертвым сном.
И вот снова вечер, я стою в одних джинсах, а девушка уже разделась и прыгнула под одеяло. Смотрит на меня вопросительно. И немного осуждающе. Как учительница на провинившегося ученика.
- Я щас, - говорю. – Забыл кое-что.
Бочком пробрался в ванную комнату и включил душ. Все шло не по плану. Да и какой здесь может быть план, черт возьми? Просто я эту сцену раньше представлял себе немножко по-другому. Во всем виноваты голливудские фильмы с их нереальными сюжетами! Так ведь и психологическую травму можно словить в два счета.
«Вот было бы здорово, если она меня не дождется и свалит», - малодушно подумал я. Снял злополучные трусы и швырнул их под ванную. Наскоро помылся под прохладной водой.
А ведь я забыл, что позвонил ей. Отвлекся, задумался. И забыл. После разговора с отцом я обычно долго прихожу в себя. Так бы, может, и не забыл...
Иногда я принимаю какие-то спонтанные решения, а потом жалею об этом. Вот и друг меня всегда за это корил. Если б он узнал, чем я тут занимаюсь, его три раза кондратий хватил бы, реально!
Если честно, мне она просто не понравилась. Дерзкая, грубая, да и вообще. Но делать нечего. Не могу же я выйти и сказать ей: «извини, тут такое дело… ты не в моем вкусе».
Прятаться в ванной дольше было бы уже не этично. Я напялил штаны. «А вдруг все-таки ушла?»
Но когда вернулся, под одеялом что-то недовольно шевелилось. «Сейчас она потребует дневник и влепит двойку», - издевается надо мной внутренний голос.
- Мне сколько ждать-то еще? – доносится из кровати. Быстро снимаю штаны и заползаю под одеяло.
Секса с проституткой у меня еще ни разу не было. Очень странные это ощущения, конечно.
Кровать была узкая. Деваться мне было некуда. Ноги у девушки такие холодные, что я вздрагиваю. Бедная, замерзла, похоже.
Как только я забираюсь на нее, мы больно ударяемся коленными чашечками друг об друга. Девушка вскрикивает, матерится. Я поспешно извиняюсь и краснею. Думаю, ну все, сейчас точно даст мне под зад. Доигрался.
Но надо отдать ей должное. Она быстро успокаивается, ложится поудобнее, обнимает меня за плечи, холодными пальчиками щекочет спину, как будто перебирает клавиши на пианино. Я стараюсь не смотреть ей в глаза. У нее маленькая упругая грудь и плоский живот. А пупок – вообще загляденье. Я таких красивых пупков никогда в жизни не видел, реально. Мне даже захотелось нажать на него пальцем, но подумал, что это будет слишком.
Начинаю гладить ее грудь, играюсь с сосками. Но ей явно не нужны прелюдии. Она профессионально берет дело в свои руки и запускает процесс. Механическими движениями подгибает колени. И, наконец, прикрывает глаза. И мне сразу становится легче и проще…
Мы не целуемся. Я стараюсь не смотреть ей в лицо. Она тоже отводит голову в сторону, чтобы даже ненароком не взглянуть на меня. Как будто если мы встретимся взглядами, это будет конец…
Все прошло быстро и гладко. Я бы сказал – без особых достижений. Да и как тут могло что-то быть? Без огня, без желания, без эмоций. Со странным чувством внутреннего опустошения и тоски, я снова побежал в душевую, а когда вернулся, она уже спала.
«Ничего себе! Разве так бывает?» - подумал я. Но раз это случилось, значит, бывает и такое. И что – разве она не человек? Не может устать?
Как бедный родственник присел на край кровати рядом с ней. Смотрю. Лицо какое-то каменное, как у куклы, хоть и симпатичное. Только макияжа многовато. Она спала как мумия, не шевелясь. Хотелось ущипнуть ее, чтобы понять – живая, нет? Но я сдержался.
И вот я сидел в чужой комнате, в чужой постели, с чужой девушкой, и не знал, куда себя деть. Не мог же я тоже лечь спать вместе с ней! Хотел новых ощущений? Ну вот, получай.
…Вдруг я вспомнил темноглазую Лампочку, лучик света из прошлой жизни. Ее улыбку. Смех. Ее губы. Ночные прогулки по темным улицам. Смешные и грустные детские разговоры о смысле жизни. Наивные признания в любви.
Когда она с семьей переехала в другой город, свет погас. Я остался один, в темноте. За эти несколько лет я ей даже ни разу не написал и не позвонил. Я не знал, что писать, и что говорить – тоже…
Интересно, могло ли у нас с ней что-нибудь получиться, если бы я ее отыскал? Представляю, как в незнакомом городе нахожу ее улицу, дом, квартиру. Поднимаюсь на нужный этаж. Нажимаю на звонок. Она открывает дверь. Все такая же: темноволосая, загадочная, странноватая. И я такой с порога: «привет, Лампочка, мы с тобой не виделись целых три года, и даже не созванивались ни разу, э-ге-гей! Вот он я! Скучала?» Черт, какое убожество! Пытаюсь придумать продолжение этой дурацкой истории, но фантазия на этом иссякает. У всего есть свой предел. Даже у фантазии.
Вот бы можно было все исправить, изменить, переиграть… Но разве это возможно?
Есть такие люди, что при воспоминании о них тебя прямо в трубочку сворачивает. Хоть об стену бейся.
…Мы сидели на скамейке в каком-то парке. Болтали о чем-то. Не помню, день там был или вечер. Наверно, вечер. И вдруг она схватила меня за руку, впилась ногтями и чуть ли не крикнула: «МЯУ!»
Вот зачем это все лезет в голову?? Сейчас!
Мне стало ужасно тоскливо от этих мыслей. Хотелось срочно сделать что-нибудь эдакое, чтобы отвлечься. Я нагнулся и чмокнул девчонку в лоб. Тихонечко так, почти не коснувшись. Она тут же проснулась. Изумрудными глазами сверкнула в мою сторону.
- Ты че – маньяк? – сгребла на себя все одеяло, испугалась. Вот же я кретин!
- Нет, нет, прости! - стал я оправдываться, сам до дрожи испугавшись ее реакции. Отступил назад. Прикрывшись одеялом, она поспешно одевалась. Сперва надела лифчик, застегнула его, потом натянула кофточку, встала и тут же запрыгнула в узенькую юбку. Я проклинал свою минутную слабость… Стал быстро соображать, что делать. Взял из куртки кошелек, дрожащими руками отсчитал пару бумажек. Положил на стол. Потом добавил еще одну.
Она успела застегнуть все пуговицы и замки, разглаживала волосы. Вроде успокоилась, но смотрела на меня подозрительно. Подошла к столу. Взяла деньги, пересчитала, двинулась вперед. Я хотел ее пропустить, попятился назад, споткнулся о лежащие на полу кроссовки, и упал. И так сильно ударился головой о тумбочку, что аж искры из глаз полетели.
И вот тут случилась эта фигня.
Меня мгновенно окутал густой мрак, как будто я оказался в каком-то длинном неосвященном коридоре. Или в подземелье. Тьма была абсолютная, беспросветная. Какой-то частью сознания я понимал, что секунду назад находился в комнате мотеля и там горел свет, и типа «что черт возьми со мной происходит?», но вторая половина почему-то была уверена, что я вдруг загадочным образом перенесся непонятно куда и что тут мне (я это чувствовал) грозит очень большая опасность.
Мне казалось, что я куда-то бреду, но в то же время понимал, что никуда не двигаюсь. Я пытался руками что-нибудь нащупать, но они хватали только воздух. Воздух был холодный.
Потом мне послышались чьи-то жалобные голоса, молящие о помощи. Разобрать то, о чем они просили конкретно, было невозможно, речь их была по большей мере бессвязной. Но от этого становилось еще страшнее. Я моргал, вертел головой, но ничего видно не было. Голоса то отдалялись, то приближались. Но так никто из них до меня и не добрался.
[justify]И вдруг меня охватила такая тоска, что я стал задыхаться. Казалось, сейчас умру. Все стало бессмысленным, пустым. Страх пожирал меня изнутри. В