Магомедович, — веришь в Бога-то?
МАМЕДОВ
Как мне, правоверному, не верить?
ПОРАДОВ
А в картишки играем иногда?!…
МАМЕДОВ
Скажешь тоже. Что, и не выпить теперь? Я, например, люблю этот сорт виски, с Афгана…
ПОРАДОВ
Конечно, конечно, понимаю. Но это же лицемерие и, следовательно — грех.
МАМЕДОВ
Грех — жизнь сама. А это школа. Не будь и ты лицемером, как бы ты этого банкира толстопузого обставил.
ПОРАДОВ
(делая ход конём).
И не говори. Главное дело, всё по закону, а он откат требует. Я ему — это же мои, целевые бюджетные деньги для поддержки фермерства. А он, скотина, — «нам же банкирам тоже как-то жить нужно»! Неприятное впечатление. Никак не могу привыкнуть. Кстати, Ваня
(обращается к зятю),
виски не у Брехмана ли брал?
ВАНЯ
Да что Вы! Это ещё из дьютифри, когда летели из Израиля.
ПОРАДОВ
Правильно.
МАМЕДОВ
А что ответил Израиль?
ПОРАДОВ
Нормальные ребята — евреи, не то, что этот местный прохиндей. Поставки нового оборудования начнут уже с 5 ноября.
ВАНЯ
Чирвы как-будто взбесились.
МАМЕДОВ
Чего им неймётся? Мы им предлагали поучаствовать капиталами. По сути, одно дело делаем: их молочко — наш комбикормовый завод-автомат.
ВАНЯ
Боюсь, хлебнём ещё! Не хочет Екатерина покупать наши корма. Или, как водится, в цене не сойдёмся. И за пределы станицы не вывезем. Пулемёты же не поставишь.
МАМЕДОВ
Лучше худой мир, чем добрая свора.
(Кладёт королеву на доску.)
Выиграл, кстати.
ПОРАДОВ
Нет, не воевать мы приехали. Да и землю вроде они по-доброму отдали.
ЮЛИЯ
Ничего себе! Отдали! По тройной цене!
МАМЕДОВ
Екатерина — хитрющая лисица. Хотя, зачем обижать прекрасное животное. Продали землицу, а теперь обратно, захотели? Неуютно в нашей станице стало.
ЮЛИЯ
Эту мафиозную семейку Чирв просто бесит, что мы говорим — наша станица! А они понимают, — что она — их станица! Их собственная!
EXT. У МЕСТНОЙ ГОСТИНИЦЫ.
Стёпа провожает Яну.
СТЁПА
(волнуясь).
Прости за нескромный вопрос, Ян. У тебя есть кто-нибудь?
ЯНА
Ну… понеслось. Чего вы, мужики, такие странные к ночи делаетесь? У каждого, Стёпа, кто-нибудь, да есть… Куча родственников, например…
СТЁПА
Я не про это…
ЯНА
А… С кем живёт эта московская девочка-конфетка?
СТЁПА
(смешно кивает).
Точно, конфетка… Парень… или?..
ЯНА
О, да… Это не девушка… Митя его зовут, наш фотокор из нашей газеты. Очень прилично снимает. За репортаж о войне получил «Золотой глаз», слыхал?..
Мимо Стёпы и Яны проходят двое несущие надувную лодку на головах.
СТЁПА
Чё-то помню такое… Лично у меня правило, где работаешь, там никаких романов.
ЯНА
Понимаю. Ценное правило. Однако, свободного губернатора я себе пока не отхватила.
СТЁПА
Ха, ха. Помощник не сойдёт?!
ЯНА
Перспективный?
СТЁПА
Говорят, даже очень…
ЯНА
Ух, ты… Поднимаешься прямо в моих глазах… (Вздыхает.) Спасибо тебе, Стёпа за шашлык. Он такой классный, прямо таял во рту.
СТЁПА
(охотно меняет тему).
Так свежайшее мясо. Я в Москве, когда был в последний раз, мне впаривали, что у них отменная баранина… Ха! Я спец. по этим делам…
ЯНА
С детства на шашлыках, да на парном молочке?
СТЁПА
Нет… Жили, на самом деле, небогато. Мать всё время твердила: учись Стёпа, беги отсюда в город, да побыстрее, пока не затянуло тебя это деревенское болото.
ЯНА
Ай ай ай! Но тут так здорово и здорово! Я иногда просто мечтаю всё бросить, и на природу умотать, ко всем чертям...
СТЁПА
Даун шифтинг?! Модное течение! Это отдыхать хорошо в деревне, — дачникам. Если жить здесь, значит и пахать, как папа Карло... Тут хлеба тебе никто за просто так не даст. Разве, что писателем по-тихому пристроиться, типа Шолохова?
ЯНА
Времена прошли. Никогда уже читать не будут, как раньше. Следовательно, на хлеб с маслом этим делом не заработать.
СТЁПА
То-то мы в журналисты и паблик-релейшн пошли! Ты тоже «походу», писателем мечтала в детстве стать?
ЯНА
Бери выше, поэтом… «Мечты, мечты! Где ваша сладость?! Где ты, ночная радость?!..»
Мимо ребят, в сторону реки, проносятся мальчишки на лошадях. В ночьное!
Подошли к дверям гостиницы.
ЯНА
Прости, Стёпа, на чай не приглашаю. Ус-та-ла…
СТЁПА
(с показным сожалением).
Если честно, и не мечтал. Я у тётки ночую. Мой телефон, если что…
ЯНА
(перебивая).
Если что… Блин, а я его почему-то запомнила, ещё в Москве, представляешь?..
EXT. УЛИЦА ЕКАТЕРИНИНСКОЙ.
Утро нового дня. Радио на улице сообщает что-то знакомым голосом, после очередной песни.
Екатерина сидит у микрофона в местной радиостудии.
ЕКАТЕРИНА
Дорогие станичники. Скоро общероссийский день выборов в местные органы власти.
РАДИО
(голосом Екатерины).
С радушием ждём вас на избирательном участке. Теперь он расположен в здании новой школы. У нашей станицы всегда была высокая, почти стопроцентная явка. Не подкачаем же и на этот раз…
EXT.УЛИЦА ЕКАТЕРИНИНСКОЙ.
Начальник милиции Спиридонов идёт на работу. Благо, это совсем рядом с его «замком». Здоровается со станичниками.
Навстречу едва ковыляет Федька с разбитым лицом.
СПИРИДОНОВ
Доброго здоровьечка!
ФЕДЬКА
(сдерживая слёзы).
И Вам не хворать.
СПИРИДОНОВ
(крайне по-доброму и заинтересовано).
Федор, друг сердешый, да как же тебя угораздило?!
ФЕДЬКА
Упал… С груши.
СПИРИДОНОВ
Бедолага, да у тебя вся морда…
ФЕДЬКА
По-моему, и ребро сломано.
СПИРИДОНОВ
Иди ты! Вот несчастье! Надо бы к врачу. Хотя, какие нынче врачи?..
ФЕДЬКА
Ничего, заживёт ещё…
СПИРИДОНОВ
Ой, Федька. Рано груши-то начал собирать.
ФЕДЬКА
Да я…
СПИРИДОНОВ
Ну, да. Ну, да… Будь осторожен впредь. А то, помнишь, Кузьмич Бурцев, в прошлом годе, тоже… Но, вроде не грушу, постой-постой, — яблоню, кажись, опиливал мотопилой. Под мухой, конечно. Так оступился, и ноженьки свои по самое небалуйся оттяпал…
ФЕДЬКА
Вон оно как!..
EXT. ШОССЕ.
Бензовоз едет в город за бензином.
ИНТ. КЛУБ СТАНИЦЫ «ЕКАТЕРИНИНСКАЯ».
Репетиция хора. В пустом темном зале сидят Яна и Стёпа.
ХОР
«А девушка плачет над быстрой рекой…».
ЯНА
(аплодирует).
Здорово! Супер как профессионально! Сто раз слышала, но так чтобы хорошо… За душу цепляет! До слёз…
НАТАША
(руководитель хора, подсаживается к ним).
Мы долго думали над репертуаром, искали, даже на стихи местного поэта песни писали. Не то… Чего-то не хватает… А души… всего-навсего. Широты, тоски, восторга!..
ЯНА
Молодцы! Так замучила попса! А ваше — временем проверено. И слова как будто не очень, даже несовершенные в чём-то.
НАТАША
(поправляет).
Наивные…
ЯНА
Вот… Вот…
СТЁПА
Не наивные, — простые. Потому — понятные…
НАТАША
Кстати, отразите, там, Яна, в статье своей…
ЯНА
Очерке.
НАТАША
Ну, Вам виднее… Что все наши заслуги творческие, — всё благодаря Екатерине Сергеевне. Её деньги, помещение, инструменты.
ЯНА
Конечно. Но раньше у вас и в клубе, как Вы говорили, всё отлично было?
НАТАША
Хору 50 лет… В общем… Клуб, конечно, был разорён до последнего кирпича, до последней половицы. Всё вынесли. Знаете, как муравьи все растащили. И тут — хозяева появились в станице, — семья Чирв.
СТЁПА
Будет хлеб, будет и песня!
НАТАША
Ещё какая будет! Только послушайте, чего откопали.
Наташа встаёт и взмахивает рукой.
ХОР
Широка река Кубань течёт
Меж степей и старых ив,
Сорок лет одна казачка ждёт
Будто бы её любимый жив.
Ещё год и встретятся они,
Над рекой, над мутною водой,
Только где-то их родимый сын
Потерял дороженьку домой…
Ни коня, ни шашки нет давно,
Дом, и тот забрали за оброк…
Да и нет казачки у ворот…
Просто треплет ветошь ветерок.
Стихи и музыка Александра Богданчикова. Copyright © 2010. All rights Reserved.
ИНТ. СТАНИЧНОЕ КАФЕ «У ЕКАТЕРИНЫ».
«Широка Кубань река…» (и здесь продолжает звучать казачья песня). За богатым и щедрым столом сидят Яна, Стёпа. Напротив Екатерина. Чуть поодаль быстро-быстро, по-холопски едят Вова Волк и Илюша.
ЕКАТЕРИНА
Стараемся, стараемся народу угодить. Клуб, хор возродили, можно сказать из небытия, кружки разные, секции спортивные…
ЯНА
Какая Вы молодец!
Наташа из хора встретилась взглядом с Яной и подмигнула.
ЕКАТЕРИНА
Спасибо, дочка. Улыбка у тебя хорошая. Тут, года как три, понаехали какие-то смурные журналюги, да писали про нас такую, прости, господи, непотребщину.
СТЁПА
Заказ это был, Екатерина Сергевна.
ЕКАТЕРИНА
Конечно, заказ. Чего сомневаться? Сейчас везде сплошной заказ. На всё. А у тебя какой?
ЯНА
(смеётся).
Мой заказ — о станице, о традициях, о людях ваших прекрасных написать.
ЕКАТЕРИНА
О человеке мечты и труда, как говорили раньше? Правильно! Дело это очень замечательное! Прошло то время, когда наши люди думали только о хлебе насущном. Теперь поостыли, успокоились, наелись, зажили. Зацвела родина наша…
СТЁПА
(с мирной ехидцей).
Жить стало лучше, жить стало веселей! А тут кризис! Бац!..
ЕКАТЕРИНА
Кризис, дорогой, у нас в головах! А в «Гордости Родины» его, кризиcа, как не было, так и нет!
(Провела ладонью по столу)
Что нам засуха?! Выстоим! Как не раз бывало! Люди-то у нас — чисто золотые! Вы, Яночка, обязательно посмотрите всё как следует. Поживите, не спешите, да и, честно говоря, отдохните от суеты московской да интриг столичных.
В кафе входит запыхавшийся глава администрации Иван Кузьмич Пинчук в сером тесноватом костюмчике.
Екатерина посмотрела на него с укоризной. Маханула, не глядя, стопку водки. Девчата из самодеятельности запели тихую песню.
ПИНЧУК
Доброго денёчка!
ЕКАТЕРИНА
Непорядок, Кузьмич! Тут тебя гости дорогие московские заждались.
ПИНЧУК
Неужто московские? Какой же наш Стёпа московский гость? Разве что девушка?
ЕКАТЕРИНА
Корреспондент!
ПИНЧУК
Хорошо, что приехали. Рад, рад. Так Вы, Екатериночка Сергеевна, лучше любого из нас гостя встретить можете.
ЕКАТЕРИНА
Я всё могу! И это тоже! Только, вот беда, времечко моё на исходе. Убегаю, улетаю!
(Отламывает ломоть от каравая и выходит из-за стола).
Всё! На тебя, Пинчук, оставляю гостей. Рублёвку екатерининскую покажи, не забудь, пусть посмотрят, как народ наш жить стал.
ЯНА
(привстаёт).
Спасибо большое, Екатерина Сергеевна. Так здорово всё! Только один к Вам вопрос.
ЕКАТЕРИНА
Ну, давай, милая.
ЯНА
(оживлённо).
Вы знаете, о чём я подумала? Это же невероятно!
ЕКАТЕРИНА
(заволновалась, засовывая кусок каравая в рот).
Ну, не томи.
ЯНА
Какое совпадение! Станица Екатерининская! А вы — Екатерина!
ПИНЧУК
(подобострастно).
Настоящая Екатерина!
ЕКАТЕРИНА
(смеётся).
А что, по-твоему, «Заветы Ильича» было бы лучше?! (Разворачивается и быстро уходит, за ней охранники). Лечу! Лечу!
Хор замолк и дружно поклонился в пояс вслед уходящим.
ПИНЧУК
(Стёпе)
А ты не рассказал?
СТЁПА
А что?..
ПИНЧУК
(присаживается за стол).
Я присяду?..
(Все кивают, Пинчук садится, наливает себе водки, хор уходит).
Отец Екатерины Сергевны был тут председателем колхоза, гремел на всю страну. Да Вы, вероятно, дамочка, слышали.
ЯНА
(подала руку Пинчуку).
Яна.
Нет, кажется, не слышала...
ПИНЧУК
Так вот… В самую перестройку переименовать попросили станицу. А как?! Тут к месту и дочь — Екатерина, наследница! Понятное дело!
СТЁПА
А все думают, что в честь императрицы Екатерины!
ПИНЧУК
Хм! Конечно! А совпало-то неплохо?!
ИНТ. МАГАЗИН ТОВАРИЩА БРЕХМАНА.
Среди многочисленных пустых бутылок с заморскими этикетками, кучи казачьих шашек Марк Израилевич Брехман старательно разводит какие-то жидкости в подсобке, прикусывая язык от усердия.
Неподалёку его работники — таджики Саид и Хуршед ведут какую-то
