герлфренды.
А что нужно для этого? — уточняю. — Квартира, конечно, отдельная, немного денег на содержание...
ТАНЯ.
И ты?
МАЛЬКОВ.
Да, нет, конечно. Я ведь женат, — сказал.
ТАНЯ.
Понятно, Сережа, денег было маловато. Неадекватное предложение?!
МАЛЬКОВ.
Вообще-то, правда.
ТАНЯ.
Я для тебя хорошенький вариант в этом смысле.
МАЛЬКОВ.
Танечка, я просто счастлив, что такая девчонка…
ТАНЯ.
Сережа, а я еще ничего не решила. И не решала… И наша встреча ничего не значит. Просто так...
МАЛЬКОВ (с грустью).
Так… получилось.
ТАНЯ.
Получилось — и получилось.
Да ты смотри, сам меня не разыскивай и не поджидай.
(Достает из шкафа пейджер и протягивает ему.)
Пейджера у тебя нет, наверное? Я пошлю тебе сообщение, если нужно будет.
МАЛЬКОВ (радостно).
Я так и подумал, — мафия!
ТАНЯ (прикладывает палец к губам).
Тсс! (Смеется.) Добро пожаловать в семью.
Мальков становится на колени и целует Тане руку. Затем обнимает ее за бедра и притягивает к себе.
По Ланскому шоссе мчится автомобиль Малькова. Радио сообщает о погоде. Напоминает о времени радиослушателям.
РАДИО.
Еще раз доброе утро. Сейчас в Питере 8.00.
Строительная площадка подземного перехода.
Из машины выходит Мальков, деловито поправляя пейджер на поясе.
ЯХОНТОВ.
Тебя, говорят, повысили?
МАЛЬКОВ (испуганно, про себя).
Неужели так быстро?
(Яхонтову). С чего ты взял?
ЯХОНТОВ.
А вот это что за штуковина на штанах такая? У нас только в управлении мужики с такими ходят.
МАЛЬКОВ (маскируя пейджер под пиджаком).
Ой не надо, не надо. Сейчас даже у детей сотовые, а это пейджер всего-навсего.
ЯХОНТОВ.
Не, я своим детям не покупал еще. В самый раз после ботинок старшему и куплю. Зима скоро.
МАЛЬКОВ.
Ой зима, зима! Лужу-то хоть осушили? А то не подземный переход у нас получится, а ледовый дворец к чемпионату мира.
ЯХОНТОВ.
Сергей Ваныч, тут дело такое странное выходит. Охренеть можно!
МАЛЬКОВ (с тревогой).
Плывун?
ЯХОНТОВ.
Вроде место простое. Мы же земелю-то сверлили, не раз. Вроде ничего. А тут вдруг пустоты какие-то!
МАЛЬКОВ.
Пустоты?
ЯХОНТОВ.
Ты давеча уехал, а воду как пылесосом гигантским кто-то высосал в момент, со свистом!
МАЛЬКОВ (удивленно).
Ну?.. Может, ребята перепугались? Я же предупредил… Чтобы через пять минут…
ЯХОНТОВ.
Ваныч, чего гадать, давай лучше посмотрим. Я пока выше никому не докладывал.
МАЛЬКОВ.
Чего докладывать? Может дело рядовое? Разберемся.
ЯХОНТОВ.
Боюсь, не рядовое; придется разведку новую проводить на предмет пещеры карстовой. Недавно читал, как под Тулой где-то все озеро в воронку ушло вместе с рыбаками и лодками.
МАЛЬКОВ.
Под Тулой, говоришь?
Идут в котлован.
ТИТРЫ: Москва. Тверская. 8. 15.
Жена Малькова с дочкой и отцом-дедушкой выходят из такси.
ЖЕНА МАЛЬКОВА.
Слава Богу, дома!
ДОЧЬ МАЛЬКОВА.
А мы в Питере живем! В нашем Питере наш дом!
ЖЕНА МАЛЬКОВА (к своему отцу, показывает на огромную лужу возле дома).
Москва-Москва, как у нас уже стало, как в Питере. Лужа как Маркизова посреди Тверской.
ОТЕЦ (недоуменно, вынимая чемодан из багажника).
Вчера ведь не было никакой лужи. Авария, наверное!
Ты, доча, за Сережей приглядывай. Не ночевал дома-то. Загулял, кобель.
ЖЕНА МАЛЬКОВА.
То есть, как не ночевал, папа?
ОТЕЦ.
А мы звонили с матерью, для интереса! Не было дома его, не было!
ЖЕНА МАЛЬКОВА.
Вот зачем эти проверки? Строительство у него. Может, аврал? А вы мне душу бередите. Все хорошо у нас с Сережей. Понятно?! Хо-ро-шо!
ОТЕЦ (бурчит недовольно).
Хорошо. Вам, молодым, слова не скажи. Сам не спал из-за вас обоих. А мать? Тоже переживает!
А Сережа твой — карьерист! На москвичке женился, на москвичке!
ЖЕНА МАЛЬКОВА.
И что с того? Живем-то в Петербурге. Питер, кстати, куда интелигентней, чем наша, …ваша Москва.
ОТЕЦ (ерничая) .
Интелигентней! (Отходчиво). Прижилась, доча, на чужбине, прижилась… предательница.
Обходят лужу.
Санкт-Петербург. Строительная площадка. 8. 20.
Мальков и Яхонтов с фонарем осматривают стены и пол. Замечают большую трещину.
ЯХОНТОВ.
Принеси-ка, брат Сергей Иваныч, мне «володьку».
МАЛЬКОВ (хихикает).
Володька до такой степени упитый валяется?
ЯХОНТОВ (серьезнее).
А, не знаешь «володьку-то»? Мы кувалду володькою величаем по обыкновению. Мы, работяги, так «володьку» и зовем — «володькою».
МАЛЬКОВ (машет рукой).
То Володьку, то кувалду. Кого кем величают? Так и не понял.
Но кувалду тащит.
ЯХОНТОВ.
Боюсь я карстовых пустот, ужас как боюсь.
(Бьет кувалдой по трещине в стене. Раздается звук, свидетельствующий о наличие там, за стеной, какого-то помещения.)
Ничего себе! Мать твою! Никак вороночка?!
МАЛЬКОВ (ничего не понимая, светит фонарем).
Да ты посмотри! Елы-палы!
Пласт грунта выпадает к их ногам, и им открывается грязная пещера.
МАЛЬКОВ.
Вот куда водичка ушла!
Просовывает голову в трещину.
ЯХОНТОВ.
Погоди, чудик. Что я отцу твоему расскажу, если тебя в эту грязюку утянет?! Надо начальству докладывать. Нештатная ситуация.
МАЛЬКОВ.
Погоди ты с начальством своим, я тебе начальство! Я за объект отвечаю.
ЯХОНТОВ.
То ж не объект, — явление природы. Аномальное!
МАЛЬКОВ.
Начитался, старый! Чудес не бывает. Яма как яма. (Задумчиво) а вода-то ушла вся! Елы-палы! (Присвистывает.)
Сколько земли потребуется! Бетона?! Просто так, песочком, не присыпешь.
Кабинет начальника строительства скоростной магистрали Санкт-Петербург — Москва.
Надпись на табличке «Ковалевский».
На кабинетных часах 8.45 утра. Идет планерка.
КОВАЛЕВСКИЙ.
Печальное у нас известие, господа. Наша кредитная линия вчера закрыта. Окончательно и бесповоротно. Англичане словно испугались чего-то.
УЧАСТНИК СОВЕЩАНИЯ.
Так резко? Возмутительно! Кто их спугнул?! Никак проделки слуг народных?! Некоторых депутатиков продажных?! Я, кажется догадываюсь...
КОВАЛЕВСКИЙ.
Что тут гадать?! Деньги решают все!
УЧАСТНИК СОВЕЩАНИЯ.
Пардон, но почему НАШИ деньги всего не решили? Я думаю, это рука Москвы!
ДРУГОЙ УЧАСТНИК СОВЕЩАНИЯ.
Да бросьте, вы, товарищи, Москву винить во всем. Дорога нужна всем. Москве — в первую очередь.
УЧАСТНИК СОВЕЩАНИЯ.
Не смешите! Кому нужна скорость, те летают самолетами! Своими персональными самолетами, заметьте!
КОВАЛЕВСКИЙ.
Неужели вы полагаете, что наша стройка задумана для того, чтобы кому-то там ездить?! Для того, чтобы обеспечить пассажирские перевозки?!
Ха-ха! Наив! Какой наив! Кому от этого станет лучше: три часа ехать или четыре с половиной, как
